Притворись нашей мамой. Дочери - Регина Янтарная

Амир

– Аким, здравствуй, – мать выходит к брату почившего мужа, улыбается благодарной улыбкой.

– Камилла, – рад тебя видеть, – дядя натягивает дежурную улыбку, протягивает матери большой пакет. – Подарки, гостинцы.

– Спасибо, дорогой.

Дочки сгрудились за спиной бабушки, поглядывают на деда с опаской.

Аким раздет девочкам подарки, отправляет их «поиграть».

– Ну, здравствуй, Назар, – дядя хлопает старшего племянника по плечу. Рад, что ты приехал по первому зову.

Хмыкаю. Можно подумать, у брата был выбор.

Слишком много денег мы тогда одолжили у дяди на лечение Лейлы, теперь должны ему до самой смерти.

– Дядя, ты знаешь, как сильно я благодарен тебе, – Назар едва заметно улыбается.

– Амир, – дядя смотрит на меня так, будто впервые видит. – Как дочки?

– Нормально, тьфу-тьфу, – делаю вид, что сплевываю через плечо, чтобы не сглазить.

– Нравится им здесь?

– Нравится. Только я немного переживаю, что до школы далеко.

– Ничего. Скоро переедете в город. Вы же мне оба как сыновья, я позаботился о вас!

Становится страшно. Когда дядя говорит о заботе, пред глазами всегда кадры, будто он роет свежую могилу. Вот и сейчас нервничаю по-настоящему. Если дядя даже не дождался утра, когда мы приедем к нему, значит, он что-то задумал.

– Я вам обоим нашел невест! – мужское лицо озаряет наглая улыбка.

– Обоим? – теряю моральное равновесие. Хорошо хоть сидел, иначе бы рухнул.

– Обоим! – сообщает радостно и безапелляционно.

– Ты Назар поедешь в Москву знакомиться со своей девушкой Алиной. Дочь – моего старинного приятеля. А твоя невеста, Амир, живет в Сочи. Дочь одного очень нужного мне человека. Достойная женщина, вдова. Вы подружитесь.

Сердце делает кульбит и норовит остановиться.

Молчу.

Мать и брат глядят на меня, ждут, расскажу ли я дяде о девушке в подполе, которую называю своей женой.

Такая ситуация со мной происходит всего лишь второй раз в жизни.

Когда от моих слов сказанных или скрытых от чужого слуха зависит жизнь дорогого мне человека. На одной чаше весов – жизнь женщины, которую люблю, на второй – мое благополучие, счастье.

Делаю выбор в пользу чужой жизни.

– Спасибо, дядя, цежу сквозь зубы. Как зовут женщину, которую ты мне выбрал?

– Ясина.

– Красивое имя, – хрипло выговаривает Назар, высверливая во мне дырки.

Прячу глаза ото всех в чашке чая, которую мне принесла старшая дочь.

Дядя ловит Лилию за руку, ухмыляется, рассматривая мою малышку как товар.

– Скоро подрастет, мы найдем ей выгодного жениха!

Адреналин выбрасывается в кровь, несется к мозгу. Ощущаю энергетический удар. Меня бомбит, едва сдерживаюсь. Как он смеет решать за меня судьбу моих детей.

Неужели тогда, когда спасал Лейлу, я продал и судьбы дочерей?

– Рано ей еще думать о женихах, – за внучку заступается моя мать, – иди Лиля к себе.

– Ничего, Ясина их воспитает. У нее своих четверо детей. Справится.

Четверо? Плюс трое. Силы улыбаться на исходе. Перестаю сопротивляться, и хандра топит меня.

– Ладно, племяннички, повидался я с вами. Порадовал вас новостями. Мне пора. До сих пор ведь не нашли рыжую гадину. Убежала! И в Москве мои люди караулят ее у дома, у училища. Нет Наташи нигде, как в воду канула. Кстати, – дядя прищуривает глаза, – одаривает моего брата заинтересованным взглядом. – Дело есть к тебе одно деликатное. Надо будет в Москве девушку найти, поговорить нежно-ласково с ее близкими, может, кто знает куда убежала.

Назар понимающе кивает головой.

– Найду, дядя, даже не переживай!

Дядя тяжело поднимается, идет к дверям. В этот момент со стороны кухни раздается громкий стук.

– Кто там? – встревоженно пялится, делает шаг в сторону пустой кухни.

– Ой, беда-беда, – громко жалуется мать, – крысы завелись в подполе. Никак извести не могу. Боюсь их.

– Камилла, – лицо дяди искажается гримасой отвращения, – я тебе пришлю службу по отлову крыс. – Ты уж туда Лилию не отправляй! Поняла! Матур кызы (красивая девочка). Беречь ее надо.

В бешенстве сжимаю руки в кулаки до побелевших костяшек. Аким дочь Лейлы с товаром сравнивает. Как он смеет? Старый мерзавец! Раскроил бы ему череп.