Конец игры - Крис Райан

Зак оглянулся. Они были на полпути к угасающему огню. Он снова посмотрел вперед.

Его сердце замерло.

Ветка Рикки погасла.

Медведь тоже заметил это. Он начал шагать вперед. Рикки отшатнулся.

— Беги! — заорал Зак. — Беги!

Поздно. Зверь набирал скорость. Рикки повернулся, чтобы бежать к огню, но было ясно, что он не успеет. Зак опустил Малкольма на снег, а затем бросился к другому своему товарищу, не совсем понимая, как поможет ему отразить нападение медведя, но понимая, что он должен что-то сделать…

Медведь был в трех метрах от Рикки, когда снова встал на задние лапы. Он угрожающе навис над ним…

Он взревел.

Время замедлилось.

Криков не было. Медведь беззвучно поднял обе огромные передние лапы и приготовился к убийству. Рикки не кричал. Наступила ужасная, пугающая тишина.

Но тишину внезапно нарушил громкий треск, от которого у Зака ​​зазвенело в ушах, а с верхушек деревьев посыпался снег.

Он сразу понял, что это такое.

Выстрел.

Он посмотрел на себя, чтобы увидеть, не попали ли в него.

17

ТАША

— Вот и все, — сказал голос в голове Рикки. — Сейчас ты умрешь.

Ему казалось, что все его тело кричит, когда медведь вытянулся во весь рост над ним. Пока пролетали секунды, он предчувствовал, как уродливые когти впиваются в его плоть. Он почти чувствовал, как медведь вспарывает ему живот, чтобы вытащить его мягкие органы.

Он попытался бежать дальше к огню, но его ноги не слушались…

Ба-бах!

Рикки знал, что это был выстрел. Их нашли ли власти? Они стреляли в Зака ​​и, может, даже в Рикки и Малкольма?

Но тут в уши ударил другой странный звук. Сердитое скуление, и исходило оно от медведя. В мерцающем оранжевом свете костра он увидел вспышку темной жидкой полосы на снегу. Медведь упал на бок в четырех метрах от того места, где стоял Рикки.

Тишина. Он огляделся, чтобы увидеть, откуда раздался выстрел.

Зверь снова зарычал. Звук был наполнен болью.

— Назад! — прошипел Зак позади него. — Опасно, когда раненый…

— Но кто только что стрелял…

— Это не имеет значения. Назад!

Словно подтверждая опасения Зака, медведь внезапно ударил лапой, промахнувшись всего в нескольких сантиметрах от Рикки. Рикки отпрыгнул и уже собирался бежать к огню, когда раздался еще один выстрел.

Все тело медведя вздрогнуло. На снег снова брызнула темная жидкость. Затем он упал.

— Падай! — прошипел Зак. Но Рикки уже падал. Тот, кто только что подстрелил медведя, был все еще вооружен. Нельзя было сказать, что трое подростков не были следующими.

— Нам нужно выбираться отсюда, — прошептал Рикки, пот стекал по его затылку. Зак лежал в метре позади него. Сразу за Заком — Малкольм, и он был неподвижен.

— Не без Малкольма, — сказал Зак. Он покосился за медведя на дальний конец поляны. — Смотри, — выдохнул он.

Рикки проследил за его взглядом. Сквозь темноту и все еще кружащийся снег он мог разглядеть силуэты человека и собаки. Человек не был особенно высоким и двигался не очень быстро. Но они шли в этом направлении — расстояние около пятидесяти метров — и собака спокойно трусила рядом. Рикки мог видеть только очертания ствола пистолета, висящего на груди человека. Рикки обнаружил, что затаил дыхание, не сводя глаз с этих странных фигур, появляющихся из темноты. С дурным предчувствием он подумал, не был ли это водитель, что пришел сюда, чтобы прикончить их. Но водитель был выше, и его походка была совсем другой.

Из двух огнестрельных ранений медведя сочилось много крови. Она топила окружающий снег. Рикки внезапно ощутил укол грусти из-за того, что это удивительное существо лишилось жизни, хотя оно было готово убить его. Но его внимание было приковано к фигуре, находившейся теперь в двадцати метрах от него. Он видел одежду немного лучше. На человеке была меховая шуба, очень похожая на шкуру мертвого медведя, и тяжелая шапка, засыпанная рыхлым снегом. Винтовка, которая только что произвела два выстрела, выглядела старой и небрежно висела на груди. Собака словно светилась в темноте, ярче и белее снега. Рикки прищурился сильнее. Это точно был не водитель. И он не думал, что это была полиция, потому что их было бы больше, и они подняли бы оружие.

Когда фигура оказалась в десяти метрах и Рикки смог разглядеть лицо, его ждал еще один сюрприз. Это была девушка с черными прядями волос, торчащими из-под шапки, и худощавым лицом с острым носом. Трудно было точно сказать, сколько ей лет, но Рикки не считал, что она намного старше его. Собака была похожа на хаски, с шокирующе белым мехом.

Девушка подошла к медведю, которого небрежно пнула ногой. Не глядя ни на Рикки, ни на Зака, ни на Малкольма, она прокричала сквозь заснеженный воздух:

— Вам повезло, что я оказалась поблизости, — она говорила очень медленно, с ярко выраженной американской протяжностью. — Этот старый медведь вас убил бы, — собака послушно села рядом с ней, когда она вытащила очень большой охотничий нож. — Что вы вообще делаете в этих краях? — спросила она, наклоняясь и мастерски вонзая нож в брюхо медведя.

Рикки и Зак поднялись на ноги.

— Мы, э-э, мы заблудились, — осторожно сказал Рикки. У него было отчетливое ощущение, что собака набросится, если девушка скажет ей.

Девушка цинично фыркнула.

— Конечно, заблудились, — сказала она, осторожно разрезая живот мертвого медведя.

— Мы, э… мы пытаемся навестить наших бабушек и дедушек.

Их легенда для прикрытия звучала довольно неубедительно здесь, в глуши, и была встречена недоверчивым взглядом девушки. Она взглянула на Малкольма.

— Что насчет того? Он мертв?

Ее слова были как удар током. Рикки и Зак бросились туда, где лежал Малкольм. Зак проверил пульс, а Рикки поднес руку ко рту, чтобы проверить дыхание. Когда он это сделал, глаза Малкольма открылись.

— Холодно, — прошептал он.

— Отведи его к огню, — приказал Зак. Они схватили друга и быстро потащили его туда, где быстро угасал их маленький костер. Они положили его на землю, затем Рикки осторожно начал разводить огонь сильнее, а Зак пытался усадить Малкольма. Все это время странная, одетая в мех девушка продолжала тихую, эффективную резню медведя.

Через пару минут она подошла к ним, собака бежала рядом с ней. Обеими руками она что-то держала. Только когда она приблизилась к огню и его оранжевому свету, Рикки увидел, что это блестящий, кровоточащий орган. Ее руки и мех были перепачканы