Там, за зорями - Оксана Хващевская

грядками. Ей нравилось наблюдать за тем, как на темной, тяжелой земле появляются первые ровные ряды всходов. Как они подрастают и крепнут. Девушке нравилось копаться в огороде, занимаясь прополкой. Полянской нравилось думать, что теперь это все ее. Она здесь единственная и полноправная хозяйка. Она очень любила розы и осенью собиралась посадить их в саду. Собиралась навести порядок на веранде, избавив ее от хлама, переклеить на стенах обои, повесить кружевные занавески, перетащить туда старый стол и летним жарким полднем просиживать там с ноутбуком, попивая охлажденный зеленый чай с жасмином и слушая жужжание пчел. Денег, правда, на ремонт у нее не было, но Злата же успела наслушаться от местных бабушек, как здесь неплохо можно заработать на чернике и лисичках.

Походив по огороду и нарвав к обеду на салат пучок редиски и зелени, девушка вернулась в дом. Умыла лицо, заплела волосы в косу, сменила ночную сорочку на ярко-голубой топик и белые, спортивного покроя штанишки, обула свои теннисные туфли и. заперев за собой входную дверь, отправилась под навес, где стоял велосипед.

Год назад Злате вдруг жутко захотелось иметь велосипед. Она не очень хорошо умела кататься, зато так живо себя на нем представляла. Денег он стоил приличных, а у нее их не было. Пришлось ей полгода копить, экономить, откладывать из тех небольших сумм, которые ей платили в детском саду. Но желание иметь этот велосипед за полгода нисколько не померкло, наоборот, она с таким нетерпением ждала марта. И все же купила его.

Потом оказалось, она вообще плохо ездит, с трудом удерживает равновесие. У себя в городке она так ни разу и не прокатилась по тротуарам, боясь сбить кого-нибудь или попасть в аварию. Поэтому велосипед приехал сюда вместе с ней, и, бывало, Злата ездила на нем по деревне. Здесь и людей не было, и движения … Вот и сейчас она решила: самое время отправиться прокатиться, а заодно и проветриться. На романе она все равно сегодня не могла сосредоточиться…

Она выкатила велосипед на улицу, огляделась по сторонам, взобралась на сиденье и поехала, неторопливо крутя педали. Чаще всего, выезжая из Горновки, она ехала вперед. Асфальтированная дорога петляла меж полями, к небу тянулись озимые, а дальше вставал стеной лес. Там, где-то за лесом, были другие деревни и другая жизнь, там Злата никогда не бывала. И каждый раз, выезжая за деревню, она решала туда съездить и каждый раз возвращалась. Так было и сегодня.

Только сегодня она не успела даже выехать за деревню. Дорога сделала поворот, и она сразу увидела, что на лавочке у бабы Мани сидят бабульки, а подъехав ближе, узнала в них бабу Маню и Тимофеевну.

— Златуля! — окликнула ее баба Маня. — А куды гэта ты сабралася?

— Да так! Просто катаюсь, — неопределенно махнула рукой девушка и притормозила.

— Хадзi з намi пасядзi. Пагавары во са старымi!

Полянская слезла с велосипеда и, поставив его на подножку, присела на лавочку рядом со старушками.

— Ну, як табе тут у нас, Златуля? Не скучна?

— Нет, нормально. Скучать как-то даже и времени нет. Занимаюсь то тем, то этим. На огороде копаюсь, да и поливать уже надо.

— Трэба, трэба! Я тожа патрохi цягаю ваду з калодзежа толькi рука у мяне балiць, батата не нацягаеш.

— Ну, а дочки ваши что не приезжают? Прошлым летом тетя Люда с дядь Колей здесь были, да и внуки их.

— А-а-а… Дак дзецi ж у школу ходзяць. Яны у Маскве жывуць, а Людзе маёй апярацыю зрабiлi. Слабая яна зусiм. Наверна, у гэтым годзе ужо не будзем па ягады ды па грыбы хадзiць.

— Ой, да бросьте вы! Конечно, пойдете. Вон Максимовна чуть ходит, говорит, почки совсем отказывают. В огороде на коленках ползает. А в лес уже сходила посмотреть, цветет ли ягодник!

— Дык ён кожны год цвiце. А во у прошлым годзе якая жара была? Гавораць, у гэтым яшчэ сiльнейшая будзя. А Максiмауна, яна дарма, што поузая, яе яшчэ паленам не заб'еш! I выпiвая яна добра! Не чуваць, што у iх там?

— Нет. Я последние дни их не видела, — пожала плечами девушка.

— Нiна казала, пьюць! А Валя паехала у Лiду. Нiна казала, з сабой павезла здаравенную сумку. Барахла нейкага налажыла i Леначцы Тамарынай павезла, што ёй яшчэ везцi… Нiчога ж няма. А Арыша брахала, што яна у яе грыбы сушаныя сцягнула i павезла. Ну, трэба ж было што везцi.

— Я и не знала. А у вас что здесь новенького?

— А што у нас? Во выйшлi з Тьмафееунай пасядзець на лауцы. Ауталауку чакаем. А увечары у баню пойдзем. Ну а ты там, у сябе, баню не затаплiвала?

— Нет. Когда родители были, они, конечно, топили. А я сама как-то нет. Страшновато мне самой. Вдруг еще пожар устрою.

— Злат, так ты к нам прыходзь у баню. У нас харошая баня, з венiчкам бярозавым.

— Спасибо, я, может быть, в другой раз. У Леши сегодня первый эфир, и я обещала ему послушать.

— А-а-а! — протянула Ольга Тимофеевна. — Ну-ну, Аня штось казала пра гэта… Ну дак тады мо зайдзеш, я табе агуркоу нарву? У нас ужо у цяплiчцы ёсць.

— За огурцами, конечно, зайду. Спасибо!

— Звонiць табе Лёшка? — спросила ее Тимофеевна.

— Да.

— I нам з дзедам звоiць. Кажа, па дзярэунi саскучыуся. Прыедзе. Штось я нiколi раней за iм не прымячала бальшой цяi да дзярэунi, а тут во. Калi ад'язджау, казау нам з дзедам, што хацеу бы астацца.

Баба Маня хмыкнула.

— Цiмафееуна, вы з дзедам, як маленькiя! Ты на Златулю паглядзi! Канешне, не хацеу ён ехаць. I вароцiцца скора. Як жа iнакш? А скора, мо, i свадьбу iм справiм.

Полянская в некотором смущении опустила глаза.

— Ты не абiжайся на старых, унучачка. Нам тут абы пагаварыць. А Лёша харошы хлопец. Жалка толькi, што баба Соня не пабача, як замуж ты будзеш выходзiць! Яна цябе вельмi любiла…

— Да, я знаю, — только и смогла сказать девушка и, еще немного посидев с ними, поднялась. — Ладно, я пойду!

Она подошла к велосипеду и уже собралась отъехать, но в последний момент обернулась.

— А дачник сегодня здесь? Вы случайно не видели? — медленно произнесла она и чуть не прикусила себе язык.

— А дзе ж ён, асталоп гэты! — неприязненно, почти зло, ответила баба Маня. — Ездзiць з рання туды-сюды! I чаго яго чэрцi носяць! Как б ён менш сюды ездзцiу, тыя б менш пiлi!

— Угу! — только и смогла сказать девушка.

Дороша в деревне, мягко говоря, не