Хаиса императора драконов - Лана Ежова

Сделав глубокий вдох, я выпалила:

— Виконтесса Улиис, так вы шпионка?

Глаза женщины распахнулись, лицо побелело. Шок. Не этого она ждала от меня.

— Что?! — взвизгнула дамочка испуганно и отшатнулась, будто я укусила ее за пышную грудь.

Вонзив ногти в ладони, я шагнула к ней. Прямо глядя в округлившиеся глаза, спросила:

— Вы видели, как до смерти пытали моих родителей в застенках, и сумели уйти оттуда, значит, работаете на некромантов, правильно?

— Нет! Я не была в застенках! Я не шпионю, я переселенка, которая ищет безопасное пристанище для семьи, — женщина испугалась, и в глазах ее заплескались страх и тревога.

Эмоции, которые она обычно провоцировала у других.

Я сделала еще один решительный шаг к виконтессе — и она невольно попятилась.

Опять отступила спасовав.

— Тогда где вы увидели смерть моих родителей? — напористо потребовала ответа я. — Да еще от некромантских пыток?

— Я не видела! — глядя на меня с ненавистью, воскликнула виконтесса. — Мне рассказали!

— Кто видел и рассказал? Вы общались с человеком, вхожим в пыточные, и сумели сбежать в империю драконов? Как вам удалось? На границе вас проверили на наличие враждебных заклинаний? В ваших вещах точно нет смертельно опасных артефактов?

Я засыпала ее неудобными вопросами, но Улиис уже совладала с удивлением, что ранее пугливая жертва вдруг перешла в нападение, и зло прошипела:

— Проверили нас, не беспокойся! Два дня держали в вонючем поселении для беженцев, прежде чем пропустили! А твои родители… Никто не видел их смерть, но они точно погибли, иначе были бы здесь, с тобой, или вернулись бы в родовой особняк в Тафрии. Но их нигде нет! Да ты знаешь, что там сейчас происходит?

Глядя в злые глаза сбросившей всяческие маски аристократки, я предложила:

— Так расскажите. Но правду без преувеличений.

Думала, она спасует, начнет отнекиваться. Нет.

— Особо нечего рассказывать, — криво улыбнулась виконтесса Улиис. — Тафрия отошла под протекторат империи, но Тафра и других крупных городов провинции почти нет. И знаете, кто каждый день дожигает их остатки, внезапно пролетая над спорной территорией?

Ее глаза блестели какими-то нездоровым блеском.

— Жгут, пролетая? — растерянно пролепетала Айла и тихо-тихо спросила: — Дракониды Шаадора жгут?

Виконтесса издала некрасивый грубый смешок.

— И ведь все так думают, когда слышат о пожарах. Нет, дорогуша, некроманты и огневики со спин диких драконов разрушают потерянную провинцию.

— Как? — потрясенно выдохнула Айла.

И я разделяла ее шок: дикие драконы — магические звери, их тяжело приручить, да и не водятся они на территории королевства Литан-Эрон. Так откуда они взялись?

Скользнув взглядом вправо, напоролась на острый, пытливый взор Дорвана, стоящего в сторонке. О, а ведь я о нем на какое-то время забыла! Как и о Мидаре, спутнике Намии. Коренные шаадорцы, мужчины притихли, будто слились с местностью и при этом напряженно слушали наш разговор. Не удивлюсь, если законники используют какое-то заклинание отвода глаз, чтобы мы чувствовали себя свободно в разговоре. Лучше всего женщину можно узнать, когда ее чувства, как раскаленный металл, и язык лишился всех моральных оков. Порой такое можно услышать!

За Намию я не переживала: прямая и честная, она точно в сердцах не наговорит на государственную измену, ей нравилась империя и политика регента. А вот языка Файлы я опасалась.

— Никто не понимает, как это возможно. В голове не укладывается, что королю нужны земли потерянной провинции, а ее жители — нет.

Виконтесса думала о своем и ответила сама себе.

— Некроманты на диких ящерах жгут свои бывшие города… — недоверчиво протянула Намия, будто своими глазами не видела этого в ночь нашего побега.

— Да, странно звучит. Еще год назад и я бы в это не поверила, обозвала бы очевидца сумасшедшим, — жестко припечатала виконтесса Улиис.

А вот я, покопавшись в памяти Эрики, скажу, что все к тому шло: Тафрию ценили как источник сырья, выкачивая из ее недр ценные минералы, но никогда не воспринимали, как полноправную часть Литан-Эрона. Выше налоги для аристократов, цены — для простого народа, хуже дороги. Занять высокую должность при королевском дворе для выходца из Тафрии — невероятная удача.

Это понимали лишь те, кто видел все фрагменты неприглядной картины. Аристократы, купцы, главы гильдий, чиновники — многие наблюдали странную политику короля, но лишь некоторые попытались это изменить.

Жаль, их усилия привели к казни.

— Боги, услышали мои молитвы! — несдержанно захлопала в ладоши виконтесса. — Вильма, девочка моя золотая, умница… Я знала!

Прежде чем обернуться, я отметила выражение лица Айлы. Широко распахнутые глаза, округлившийся рот.

Реакцию вызвало появление юной копии виконтессы. Миловидную брюнетку вел под руку худощавый мужчина, еще четверо, в форме гвардейцев императора, окружали их «коробочкой». Чуть дальше хвостом шли горожане, словно стихийно образовавшаяся свита.

— Я смогла, мама! Богини мне благоволят! — звонко воскликнула девушка.

Нежно улыбнувшись, она вскинула свободную руку вверх. Широкий рукав ее скромного голубого платья сдвинулся, обнажая предплечье и открывая запястье, где радужно сияла метка богинь.

— Хаиса! Хаиса! — восторженно взвыла толпа за спиной везучей кандидатки.

— Вильма стала хаисой? — удивленно прошептала Айла и замотала головой.

Чужая память услужливо подбросила обрывки впечатлений: Вильма заучка, сухарь, желчная особа и… доносчица, которая не радуется счастью подруг.

В мешанине унаследованных воспоминаний сложно разобраться, и я оставила это на время, когда останусь в одиночестве.

И все же… Доносчицу — в императрицы? Странный выбор богинь.

А вдруг там и принц такой? И богини подбирают ему невест по принципу «каждой твари по паре»?

— Мама, я переезжаю во дворец, в покои для невест, — сообщила героиня сегодняшнего вечера. — Пришла сообщить, чтобы не беспокоились.

— Моя золотая девочка! — взволнованно закудахтала виконтесса. — Я не оставлю тебя одну! Милый, вели служанке собрать мои вещи, я иду с Вильмой.

Мужчина, отстоявший энное время в очереди, устало вздохнул и кивнул без споров.

Ко мне подскочила Айла и, вцепившись в плечо, взбудоражено прошептала:

— Если Вильма заполучила знак хаисы, то я и подавно его достойна!

Ого, как на нее подействовал успех «благочестивой Вильмы».

— Пойдешь со мной, Эри?

Вспомнив толпу девиц, уставших и злых, внутренне содрогнулась.

— Нет. Ты видела длину очереди? — хмыкнула я. — Если встать в ее конец, то только утром можно дойти до жреца.

Айла нетерпеливо повела плечами.

— Я что-нибудь придумаю, обещаю. — Кузина воодушевленно предложила: — Так ты со мной?

— Нет, спасибо.

— Ну и ладно. — Обидевшись, Айла распрямила спину и вскинула голову.

Глядя, как упрямая девушка исчезает в толпе, я закусила