Госпожа "Нет". Измена Альянсу - Екатерина Каблукова

— Нет, ваше величество. Ей стало плохо после церемонии. Я отвез ее в госпиталь, чтобы не допустить слухов. Наверняка сказали бы, что мы покушались на вечно противостоящего нам адвоката.

Эдвард кивнул. Значит, благодаря Рочестеру у него одной головной болью меньше.

— Вы зря подали в отставку, — покачал он головой.

— Так было проще сосредоточиться на главном, ваше величество.

— Давать мне советы через вдовствующую императрицу?

— В том числе.

— Не желаете вернуться?

— К сожалению, доктора не рекомендуют. Приходится прислушиваться к их советам. А вы можете и дальше прислушиваться к моим, если сочтете нужным.

— Спасибо, — Эдвард встал и протянул руку которую бывший министр иностранных дел крепко пожал. — Что ж, отложим все до того момента, когда госпожу Дарру выпишут из госпиталя.

— Если позволит, ваше величество…

— Сэр Рочестер!

— Так вот, если ваше величество позволит обратить внимание, что ваш первый секретарь, сэр Тобиас тоже находится в этом госпитале.

— И как я понимаю, его необходимо навестить, — подхватил мысль Эдвард.

— Следует проявлять благосклонность к тем, кто предан стране и монарху.

— А также высокому жалованию!

— Мы все не без греха, ваше величество.

Эдвард кивнул в ответ на почтительный поклон и вышел.

— Куда теперь? — поинтересовался Стивен, ожидающий императора у флаера.

— В королевский госпиталь. Предупреди там всех. И Стив..

— Ваше величество?

— Что обычно приносят, когда навещают больных?

— Кажется, ораншады.

— Скажите, чтобы к моему приезду их купили, мне просто необходимо навестить сэра Тоби!

Глава 14

Назойливое пищание ворвалось в ее сознание, спугнув сон. Хороший добрый сон. Она шла с дочерью по дороге, прибитой пылью и зноем. Вокруг цвели ромашки, Алекс то отбегала от нее, то подбегала — и ей все казалось, что вот-вот коснется. Пусть не обнимет, но все равно…

И они говорили. Не ругались об учебе, поведении и цвете волос, а просто разговаривали. Какое это счастье.

О том, как обе тоскуют по бабушке, о том, как Алекс бредит космическими исследованиями и хочет принимать в них участие. Боже мой, а она и думать забыла об этом увлечении дочери, была уверена, что та его переросла и успокоилась. О том, как Эмбер устала, но не может себе позволить расслабиться и вздохнуть, потому что…

— Почему? — вдруг остановилась дочь и посмотрела на нее такими же точно зелеными глазами, требовательно и недовольно.

Даже во сне Эмбер вздрогнула — как в зеркало посмотрела. И не сказать, что ей понравилось. Холодная, безэмоциональная женщина, отражавшаяся там раздражала.

— Почему ты не можешь бросить все? Даже не бросить — это не надо. Просто чуть успокоиться. Меньше работать. Отпустить прошлое, в конце концов.

— Не знаю, — пролепетала Эмбер, как будто это она была нахальной девчонкой, которую спалили за прогулами. — Я так привыкла все эти годы…

— Твоя одержимость не дает тебе покоя. И, мама, почему ты решила, что виски пила я?

— А кто? — тут Эмбер взяла себя в руки и привычно возмутилась. Тут же прикусила язык — дочь шла на контакт. И надо же было ей ляпнуть.

Но Алекс, в отличии от реальности, не стала лезть в бутылку или сразу закрываться. Она только огорченно покачала головой. И ответила:

— Мама-мама. Не ты ли всегда утверждала, что надо рассматривать все факты до конца. Вообще-то в доме нас трое.

— Что?

Она смотрела на дочь, понимая, что именно сейчас ей откроется что-то важное, они договорят — и снова начнут общаться как раньше, стоит лишь ей не проснуться на противный звук будильника, который пищал все быстрее и быстрее. Да так, что ей стали мерещиться еще и встревоженные голоса.

— Пульс…

— Давление падает.

— Держим ее.

— Док, у вас?

— Растет…

Дочь исчезла, навалилась пустота. Какая-то противно-горячая, душная, давящая около сердца.

Писк стал затихать, уже не раздражая, но тревожа неправильностью.

— Алекс? — позвала она, он дочь не откликнулась.

Неужели их разговор ей только причудился? В любом случае, надо найти дочь и поговорить. Хорошо, если бы их заперли в подвале, и никто из них не мог сбежать, пока они не договорятся. В любом случае, надо будет задать вопросы госпоже Львофф. Неудобные вопросы.

На этом она и очнулась. Пустота отступила. Дышалось намного легче. Эмбер открыла глаза и вздрогнула. Безликий потолок, высокие бортики, за которыми не видно даже стен. Где это она?

— Избегайте резких движений, — раздался рядом излишне доброжелательный и спокойный голос. Таким разговаривали киборги в госпиталях, что ухаживали за больными.

— Где я? — прохрипела Эмбер, которая словно разучилась разговаривать.

— Королевский госпиталь, госпожа Дарра.

Голос звучал так же ровно. Она провела рукой по лбу, словно это могло помочь вспомнить.

— Как я сюда попала?

— Вам стало плохо, вы упали в обморок во время церемонии, лорд Фейрфакс вызвал медиков.

Имя показалось знакомым. Не то она слышала его, не то читала где-то… В любом случае, надо будет потом поблагодарить этого человека.

Тем более, что она в королевском госпитале … Следовательно, еще на Альвионе. Её не выслали, а значит, есть шанс все исправить.

— Алекс! — она дернулась, намереваясь вскочить и попытаться связаться с дочерью. Объяснить, попробовать убедить… Голова закружилась и она со стоном рухнула обратно.

— Не торопитесь, — ворчливо произнес робот. — Показатели все еще нестабильны. Тахикардия, повышенное давление.

— Моя дочь!

— Она в безопасности. О ней позаботятся.

— Мне нужен мой галафон, — она все-таки села, не взирая на недовольный писк приборов.

— Гаджеты выдаются только по разрешению лечащего врача.

— И где же он?

— Время обхода восемнадцать ноль-ноль.

Эмбер поняла, что спорить или угрожать бесполезно — искуственный интеллект вряд ли поведется. Скорее, в таких случаях программой заложено впрыснуть пациенту успокоительного.

— А который час? — решила уточнить она.

— Шестнадцать часов тридцать минут.

Эмбер кивнула и снова откинулась на подушки, обреченно рассматривая белый потолок палаты. В конце концов, полтора часа не так и много. К тому же она прекрасно знала, что прочитает в новостной ленте и сколькими сообщениями ее завалили. Друзья, коллеги, репортеры, Эш…

Эшли будет в ярости. Черт побери, да он уже был в ярости, когда звонил ей днем. До ее обморока.

Интересно, сделает ли он хоть что-то? И как именно он будет действовать? Как друг или как политик? Вряд ли ему удастся совместить.

— Что мне теперь делать? — прошептала Эмбер.

— Могу предложить для просмотра комедию… — искусственный интеллект истолковал ее вопрос по-своему.

Женщина усмехнулась и хотела было отказаться, но потом махнула рукой. Все равно, до прихода врача делать было абсолютно нечего.

Перед глазами развернулся вирт-экран. Замелькали кадры. Эмбер почти не всматривалась в них, слишком погруженная в свои мысли.