Опер. Девочка на спор - Анна Бигси

А чего ты ожидал, Марьянин? Сам я не знаю, чего, но, сука, бесит! Откидываю окурок и щелкаю позвонками на шее. Идиотская ситуация. Хотя нет, это все только в моей голове.

Настроение портится окончательно. Возвращаюсь к опергруппе. Невольно ищу взглядом Иву, но натыкаюсь на Шамана.

— Макс, есть версия, — обращается он ко мне, но я слишком заведен, чтобы концентрироваться на деле. Сами справятся, не маленькие уже.

— Значит отрабатывайте, — бросаю раздраженно. — Отчет мне на стол.

— А че ты бычишь? — Шаман роняет пятерню мне на плечо.

— Тебе показалось, — небрежно скидываю и иду к своей машине.

— Макс, — окрикивает.

Так же, как и он недавно, не оборачиваясь, показываю фак, сажусь в тачку и резко срываюсь с места. Тело генерирует негативную энергию, а она требует выхода. Сейчас бы в зал, да грушу поколотить, но нельзя. Ребро гребаное не дает жить нормально. Может потрахаться все же? Сколько можно хранить целибат? Только раздражение накапливается. Набираю номер Адиля, у него всегда самый зачетные девочки, и ставлю на громкую.

— Внимательно, — раздается в динамике настороженный голос торговца живым товаром.

— Девочки занятные есть? — он знает мои вкусы и всегда угадывает. Ни разу не было прокола.

— Найдем.

— Вечером заеду?

— Хорошо, — хмыкает равнодушно.

Сбрасываю. Ну вот, развлечение я себе на вечер организовал. Осталось дожить до этого вечера.

Злой как черт приезжаю в отдел. Почему злой понятия не имею. Просто бесит все и нечем залатать пустоту, что внезапно образовалась в груди. Сообщение приходит на мыло и немного отвлекает от самокопания. Открываю. Информация по ухажера сестры.

Это уже интересно, раскрываю и читаю. Крылов Геннадий Петрович. Двадцать семь лет. Мелкий наркоторговец, держит нескольких барыг и сам плотно сидит на «гере». Вот мразь. Стискиваю кулаки, что есть силы и тяжело дышу. Не дай бог дал Машке хоть раз попробовать… сдохнет, как псина под забором.

А сейчас он в отделе у соседей. Приняли сегодня с приличной дозой порошка. Сто пудов будут раскручивать на сотрудничество. А значит скоро отпустят. Я бы и сам так сделал. Информация на свободу. Пусть недолго, но все же.

Сжимаю переносицу пальцами и напряженно думаю. Я эту Машу выпорю нахрен, чтобы месяц на заднице сидеть не могла. Ребра опять начинают ныть, закидываю в рот обоезбол и запиваю водой. А может ебнуть его по тихой? Нет человека — нет проблем.

— Ну ладно, — хищно оскаливаюсь, срываюсь и еду к соседям.

Около отдела курят местные опера.

— О, Марьянин, — пожимаем руки. — А ты че магарыч так быстро принес?

— С хуя ли? — округляю глаза.

— Ну так сестру ж твою сегодня приняли, а потом отпустили, — поясняют они. — Ее Шаман забрал с девкой какой-то…

Ах, ты ж, блядь, сучонок. Под шумок решил, да? Увижу уши откручу нахрен. Всем троим. А я думаю, что это за смс-ки такие бредовые с извинениями, а тут вон откуда ноги растут.

— А, ну да, — не палю друга. — А чел с ней был, Крылов Геннадий?

— Его не отдадим, — смеются парни. Конечно, это их хлеб.

— А мне на пару слов всего лишь.

— Так в допросной. Найдешь сам?

— Разберусь, — хмыкаю и вхожу в отдел.

Все практически так же, как и у нас. Допросную нахожу без труда. Негромко стучу, дверь почти сразу открывается и меня впускают в помещение.

— Здорова, мужики, — пожимаем руки.

— И тебе не хворать. Ты как тут?

— Да вот вашему клиенту пару слов сказать хочу, — киваю на Геннадия, сидящего на лавке перед столом.

— Говори, — парни пожимают плечами и отходят.

Поднимаю этого придурка и без предупреждения заряжаю под дых. Воет сгибается пополам, а я, наконец, чувствую, как меня немного отпускает. Значит на правильном пути.

— Э, хорош, Макс, ты охренел, — парни пытаются меня остановить, но я жестом прошу подождать.

Хватаю за волосы это недоразумение и подтягиваю к себе.

— Еще раз рядом с Машкой увижу, я тебя грохну, — цежу сквозь зубы и сильнее стискиваю его волосы в кулаке.

— Не знаю никакой Машки, — выдыхает Гена.

— Это правильно, — криво усмехаюсь и бью его фейсом об тейбл. — Я предупредил.

— Да хорош! — парни оттаскивают меня в сторону. — Скорую теперь вызывать придется.

— Все, спасибо, — примирительно поднимаю руки. — С меня поляна.

— Иди уже.

Выпроваживают меня из допросной. Сворачиваю в туалет. Мою руки, тщательно смывая запах крови и этой мрази. Пожар, что полыхал внутри, немного спал и дышать стало легче. Остается надеяться, что страх победит и этот твареныш больше не сунется к Машке. А вообще я бы ей охрану приставил, или хотя бы наружку.

Надо решить эту проблему. Сажусь в машину и набираю отца. В конце концов это его дочь, пусть и разруливает весь этот треш.

— Я занят, — рявкает динамик голосом отца.

Ну нихрена себе.

— Освободись для меня. Это важно.

— Не сейчас.

— Трахаешь что ль кого? — криво усмехаюсь. То, что он изменяет своей жене давно не секрет, даже для нее.

— Макс! — рычит недовольно отец.

— Мне срочно!

Сбрасывает, а меня снова начинает раззадоривать. Да хуй ты угадал, мы поговорим сейчас.

Отец с блядями зависает всегда в одних и тех же местах. Сауна, гостиница, тихий ресторан на окраине. Начну с третьего. Просто, потому что сам хочу есть. Совмещу приятное с полезным.

Паркуюсь и уверенно иду внутрь. Бывал здесь ни раз и примерно ориентируюсь.

— У вас заказан столик? — встречает меня девушка-администратор.

— Меня ждут, — кидаю небрежно и осматриваюсь в поисках отца.

— Как вас зовут?

— Трофимов в какой кабинке? — отвечаю вопросом на вопрос.

— Простите, но к нему нельзя, — девушка напрягается, но старается не подавать вида.

Дурочка, со мной сотрудничать нужно, а не подставлять.

— Мне можно, — отдаю ей ксиву. — Сама скажешь или мне все кабинки проверить?

— Третья, — вздыхает обреченно девушка и возвращает корочки.

Первая, вторая, третья. Решительно подходу и толкаю дверь.

— Какого… — отец не успевает договорить, наши глаза встречаются, и мы оба застываем от неожиданности.

Мельком осматриваюсь. Ладонь отца по-хозяйски лежит на женской спине. Такой, сука знакомой спине, шее, волосам.

— Да ну нахуй… — вырывается само собой, но очень четко передает то смятение, что творится внутри.

Девушка оборачивается, а меня словно кипятком обваривают. Мгновенно узнаю Иванну. Все сразу встает на свои места и показывает, какой я идиот.

— Личное, — мои губы сами собой кривятся в едкой ухмылке. — М-м, ну заебись, че…

Смериваю их обоих тяжелым взглядом, разворачиваюсь и ухожу. Есть как-то больше не хочется. Только выпить. И лучше не здесь, а то всеку еще генералу.

— Макс, подожди! — летит в спину истеричная интонация Ивы.