Евгений. Элизабет - Людмила Анатольевна Нестер

Усмехнувшись, я кивнул.

А девушка растворилась в портале.

Из воспоминаний императрицы Элизабет

Кабинет встретил меня долгожданной тишиной. Прикрыв глаза, я скинула с себя туфли и ступила босыми ногами на мягкий ворс ковра.

В душе поселилось непонятное мне спокойствие, которое слегка пугало новизной ощущений.

Я всегда куда-то бежала, к чему-то стремилась – я переживала, опасалась, а иногда даже боролась с непосильными для себя страхами, точнее, пыталась с ними бороться. Оттого я всегда старалась избегать одиночества, но оно считало иначе и ежедневно напоминало о себе, создавая в моей груди страшный пожар, отражающий всю мою боль.

Мне ведь до сих пор не удалось оправиться после потери близких: у меня не нашлось ни времени, ни сил для этого.

С привычной мне усмешкой я бережно провела рукой по столу, а затем по спинке мягкого бархатного кресла.

Воспоминания не заставили себя долго ждать и вновь ворвались в мое сознание скопом: вот я маленькая забираюсь на колени к отцу, и мне все равно, что у него работа, ведь я ничего в этом не смыслю, мне намного интереснее та штучка на столе, которой папа отчего-то не разрешает касаться; а вот я взрослая стою напротив сердитых родителей: мы сестрой сбежали ночью в город, тогда я тоже не понимала, отчего они так переживают, мне просто хотелось веселиться и наслаждаться жизнью.

Я улыбнулась, вспомнив, как яростно меня тогда защищала Андриана. Родители всегда гордились ею. Гордились нами.

Однако грустить мне больше не позволили – от раздавшегося стука в дверь я вздрогнула.

Мотнув головой, будто прогоняя все ненужные мысли, я села на свое законное место.

– Войдите, – приказала я и тут же откинулась на спинку кресла в ожидании позднего посетителя.

Маска полного равнодушия и уверенности снова была надета.

– Моя госпожа, – Мэтт вошел осторожно, тихо прикрыв дверь.

Склонив голову набок, я поприветствовала его легкой улыбкой. Однако стоит признать, что совсем не ожидала его визита.

– Что такое, Мэтт? Глава твоего рода снова поддерживает главу дома Роузов в попытке меня свергнуть с престола?

– Вовсе нет, – усмехнулся тот, качнув головой, – наверное… – Последнее было произнесено неуверенно, что заставило меня до боли прикусить губу, скрывая рвущийся наружу смех.

– Элизабет… – Веселье спало, стоило ему произнести мое имя. – Я по вам скучал.

Мои пальцы, нервно стучащие все это время по гладкой поверхности стола, замерли. Я вновь осмотрела его стоящую фигуру, оценивая острый взгляд, прямую осанку, дорогой костюм. И с каким-то больным равнодушием отметила, что во мне больше не вызывает никаких эмоций ни его широкий разворот плеч, ни слегка огрубевшие красивые руки, что так нравились мне когда-то.

Темнид понял мое молчание неправильно, двинувшись ко мне. Вскинув ладонь вверх, я заставила его остановиться и тут же уловила исходившие от мужчины эмоции: страх, разочарование, боль.

«Слишком много боли для этого кабинета», – с прискорбием отметила я.

– Отныне обращайся ко мне только соответственно моему статусу, Мэтт, – твердые властные нотки в моем голосе ввели мужчину в ступор.

– В чем я провинился, Ваше Величество?

«В том, что не защитил меня тогда на скале», – сказала бы разочаровавшаяся в этом мужчине девушка, которая, к слову, проявилась в моей личности совсем недавно.

Впрочем, темнид не обязан меня защищать. Защита – моя обязанность, я императрица, а он мой подданный.

Но тем не менее страсть к этому мужчине резко угасла. Бурный роман превратился в неприязнь с двух сторон.

– Ты можешь меня убить после этих слов, но… ты разбила мне сердце, Эли.

Открытая злость темнида мне совсем не понравилась, а еще больше не понравился исходивший от него гнилой запах знакомой мне эмоции – мести.

Неужели Мэтт подумал о том, чтобы примкнуть к своему дядюшке? Они планировали повторить восстание, полагаясь на то, что моя сила со временем должна сгореть. Правда, ни один из них не знал о том, что она лишь растет.

Вот же будет сюрприз…

– Разрешите вас покинуть, госпожа, – мужчина склонился, не подозревая о моих планах на него.

Отпустить одного из сильнейших магов в логово предателей? Самой подтолкнуть его к мести?

А ведь когда-то он был моим тайным агентом.

– Не разрешаю, – теперь ухмылялась я, наблюдая за тем, как недовольно поджимаются губы у собеседника.

Закинув ногу на ногу, я смело встретилась со взглядом Мэтта.

Мое выражение лица, осанка – буквально все кричало о том, что хозяйка здесь я и никто не имеет права ослушаться моего приказа.

Все будет так, как желаю я, а несогласным нет места в моей империи.

– Ты отныне становишься главой дома Янтарных в городе Янтарь. Поздравлю с повышением.

«Это же граница империи!» – прочитала я по его горящим яростью глазам.

– Смею возразить, но ведь в городе Янтарь уже есть глава. Я не имею никакого права занимать его место.

– Неужели я не сказала? Ты женишься на дочери Кристофера, он давно просил у меня отставки и достойного жениха для единственной дочери.

– Это честь для меня, Ваше Величество, – прошептал темнид.

– Теперь можешь идти. На сборы у тебя два дня.

«Иначе будешь казнен за непослушание». Небольшая недоговоренность практически неосязаемо витала в воздухе, но этого хватило для того, чтобы хорошенько напугать мужчину.

Ушел он так же тихо, как и появился.

Я же вспомнила о своем обещании показать Евгению больше земель Темнидской империи.

Евгений

Наверное, нет ничего удивительного в том, что после того как Элизабет исчезла, я завалился спать и проснулся только ближе к восьми вечера.

– И где вы с Линой были? – спросил Руд недовольно.

– Спроси у нее, не моя это тайна, – поморщился я, пытаясь окончательно проснуться. – Кинь лучше бутылку с водой.

Благодарно кивнув соседу, я жадно начал пить, а затем устало откинулся на подушку.

– Слушай, если у вас что-то есть, то…

– Расслабься, ничего у нас нет, – отмахнулся я и все-таки поднялся. – А ты, я смотрю, переключился с Аделины на свою подружку детства?

– Не лезь лучше в это, – предупредил меня Руд, отчего я лишь усмехнулся. – И я ни на кого не переключился, Жень. Просто переживаю за Лину, я с ней знаком еще с рождения, даже где-то фотка есть, где мы с ней в одной кроватке лежим.

– Неинтересно, – хмыкнул я, мотнув головой, и направился к письменному столу. – Слушай, когда ты разгребешь этот бардак? Я уже запутался, где мое, а где твое…

– Кстати, тебе кто-то записку отправил недавно, где-то там на столе