Рожденная среди звезд - Керри Лемер

Я с легкостью указываю точные данные будущей внешности робота, словно наяву представляя перед собой Лею. На это уходит слишком много времени, я дотошен к деталям, но не успеваю отправить заявку, как мне приходит оповещение, что в дом Роудов вызван медик. Словно по щелчку пальцев прихожу в бешенство и срываюсь с места… Если Роуд тронул ее хоть пальцем, ему не жить!

Лея Роуд

Все мои мысли остались в той комнате, рядом с мужем. Я не чувствую ничего, кроме нервного напряжения, сковавшего тело. Сейчас меня может успокоить только прохладный воздух и запах цветов. Ноги сами несут меня на улицу, к ярко цветущим деревьям и сочной траве, которую хочется погладить рукой, а еще лучше лечь и выкинуть все мысли из головы.

— С Вилиамом все будет хорошо, — повторяю в сотый раз, переступая порог дома, и буквально сталкиваюсь с кем-то очень твердым и пыхтящим.

Приходится задрать голову, чтобы увидеть лицо неожиданного гостя.

— Генерал? — удивленно икаю. — Что вы здесь делаете?

Он не слышит меня или делает вид, что не слышит. Крутит в разные стороны, словно куклу.

— С тобой все в порядке, — облегченно выдыхает, притягивая в свои медвежьи объятия.

— Да что с вами такое? — Возмущенно отпихиваю мужчину. — Со мной все хорошо, а вот вы точно не в порядке.

— С меня еще не сняли статус твоего опекуна, и мне прислали информацию, что в ваш дом вызван медик! — объясняется, краснея лицом и отводя взгляд. — Вилиам обидел тебя? Сделал больно? — О-о-о, а он и злым умеет быть. Хорошо, что эта злость направлена не на меня.

— Нет, врача вызвали для него. — Пришла пора мне стыдливо отводить взгляд. — Сейчас Вилиам в ренегаре и придет в себя только через сутки.

— Ясно, но почему ты здесь одна и куда направлялась до моего появления?

— Воздухом хотела подышать. — Только сейчас понимаю, что мы все еще стоим, прижавшись друг к другу, хотя я точно помню, как отходила подальше. — Здесь очень красиво.

— Хорошо, Лея, я тебя понял. И раз уж твой муж пока без сознания, я, как твой опекун, не могу оставить тебя без присмотра, — строго заявляет генерал. — Мне нужно поговорить с лечащим врачом, и потом можем отправиться на прогулку, если захочешь.

— Я не могу оставить мужа одного, если с ним что-то случится… — Нет, даже думать об этом страшно.

Не хочу снова остаться в одиночестве и бороться с целым миром, к тому же с неизвестным. Вилиам обещал помочь мне, защитить мою семью, и после случившегося между нами я чувствую к нему некую привязанность.

— Не переживай, с ним все будет хорошо, подожди меня на крыльце, я скоро приду.

Даже ответить не успеваю, а генерал уже скрылся в доме. Какие все же властные мужчины на этой планете. Они совершенно не умеют интересоваться женским мнением. От обиды уже и смотреть на этот мир перехотелось, только прилечь на мягкую кроватку и хорошенько выспаться. А собственно, что я теряю? Захотел Авелиус быть тут, так пусть мой сон охраняет.

— Фил, я буду у себя в спальне, передай генералу, что я устала и хочу отдохнуть.

— Как прикажете, госпожа Роуд, когда мне следует вас разбудить?

— Хм, когда меня будет искать врач или очнется мой муж.

Отдав распоряжение, быстро поднимаюсь на второй этаж и без лишних сомнений ложусь на мягкую постель, даже не подумав переодеться. Все потом, после отдыха! Мне уже давно не снятся сны, хорошие я имею в виду, вот и сейчас я окружена серым маревом царства Морфея. Мне просто хорошо, уютно, тепло, нет лишних мыслей, тело будто на облачке парит.

— Госпожа, просыпайтесь, — с громкостью пожарной тревоги завопил Фил. — Госпожа, вас срочно вызывает врач, а господин Грин сильно нервничает.

Кошмар, поспать не дают. Лениво потягиваюсь, осматривая комнату одним глазом. За окном глубокая ночь, а дома немного прохладно — все как я люблю.

— Уже встаю, — отвечаю, прикрыв зевок ладошкой. — Надеюсь, это действительно что-то срочное.

Платье заметно помялось, да и я, скорее всего, выгляжу не лучшим образом, но я настолько вымотана, что мне совершенно плевать, какой меня увидятмужчины. Мои нервные клетки ушли в длительный отпуск, я и так слишком долго все держала в себе и старалась вести себя правильно. Смогла принять правила этого мира, чтобы спасти свою семью, но относиться к себе как к безвольной кукле всем подряд точно не позволю. Ладно муж, у нас с ним определенная договоренность, а вот поступок Грина выбил меня из колеи.

— Госпожа Роуд, — первым мое появление заметил врач, — вы не представляете, что я выяснил.

Авелиус при моем появлении нервно дернул уголком губ в подобии улыбки и подошел непозволительно близко.

— Что-то с Вилиамом? Ему стало хуже? — Я перевела взгляд на ренегар, в котором виднелось тело супруга.

— Нет, с ним все в порядке, скоро придет в себя, — отмахнулся медик. — Я о вас, вы ведь даже не представляете, что я выяснил. — С лицом безумного ученого он потащил меня к сенсорному монитору какого-то аппарата. — Вот, смотрите.

— Э-э-э… Вы серьезно думаете, что я что-то понимаю в этих цифрах?

— Хорошо, объясню сам, — радостно соглашается. — Я сделал несколько анализов и выяснил, что вы наполовину раоланка, — огорошивает меня этот… даже не знаю, как сказать поприличней. — Более того, с помощью нашей базы ДНК мне удалось выяснить, кто ваш отец. — Он, видимо, решил, что мне мало новостей.

В комнате стало слишком душно. Захотелось сбежать отсюда и не слышать этого бреда. Ошибка, это, должно быть, просто ошибка. Мой отец — человек, бросивший меня на нерадивую мать!

— О, вижу, вы удивлены, но я обрадую вас! Я уже сообщил вашему отцу, и он летит сюда.

Медленно поднимаю взгляд, а мужчина искренне улыбается и словно ждет слов благодарности, но вместо этого произношу:

— Бегите, доктор, лучше бегите!

Глава 22

Лея

— Что, простите? — испуганно выгибает брови врач, которому, по сути, осталось не так долго жить, ведь я уже мысленно прячу его останки на заднем дворе.

Насколько же эти мужчины бесчувственные и привыкшие все держать под контролем. Неужели так сложно просто спросить? Я их научу, как женщин уважать!

— Какое вы имели право решать все за меня? — спрашиваю обманчиво спокойным голосом, а генерал продолжает жаться ко мне со спины.

Авелиус будто нарочно не замечает моего раздражения и напряженных кулаков, от которых уже побелели костяшки. Он не спрашивает моего мнения, а просто молча кладет руки на мои плечи. Я тут же