Семь предсказаний Вероники - Аннабель Ли

Я же распласталась на земле и почувствовала, как предплечье что-то больно сдавило. Жалорысь достаточно прытко пыталась утащить меня в лес. Подозреваю, если бы не рюкзак за спиной, меня бы уже поднимали на ближайшее дерево.

Дан взмахнул клинком раз, затем второй. Утробно рыча, жалорысь отказывалась выпускать добычу и защищалась длинным хвостом с ядовитым наконечником.

Все закончилось так же неожиданно, как и началось. Оглушающий магический импульс ударил по хищнику с двух сторон. Челюсть на моем плече разжалась. Я не видела, но почувствовала, как на землю упала тяжелая туша жалорыси, а затем меня резко подняли на ноги и оттащили подальше от животного. Голова кружилась. Сердце отбивало в груди чечетку и, если бы не защита, давно бы выпрыгнуло наружу.

Я запоздало поняла, что у меня подкашиваются от страха коленки и я из последних сил цепляюсь за Дана. Он поддержал меня и нахмурился. Не говоря ни слова, Ваймс одной рукой обнял меня за талию, а второй стащил с плеч рюкзак.

Удивительно, но стоять стало в разы проще.

– Что за грох, – произнес Дан, покачав в воздухе моей сумкой.

Пока Борз осматривал рысь, все молчали, отводя взгляд. По щекам Дана заходили желваки.

– Привал, – сказал преподаватель. – Итан, установи защитный купол над рысью часа на полтора. Ей хватит, чтобы очухаться. Сильно мы ее приложили. Мда. Фейн и Ваймс, вас нужно проверить на любые ранения, вплоть до царапин. Снимайте защиту.

Руки плохо слушались, но все же я смогла отстегнуть пластины на руках и нагрудник. Отодвинув ворот трикотажной кофты с длинным рукавом, я заметила синяк в районе ключицы. Слава богам, жалорысь не прокусила защиту. Радость была недолгой. Скривившись, я принялась снова надевать амуницию.

– Значит, обошлось, – заключил Борз и, окинув меня взглядом, неожиданно сообщил: – Ну, с почином, Фейн. Я думал, когда что-то этакое случится, ты будешь визжать как девчонка. Обратно-то не хочешь вернуться? Ничего страшного, если ты используешь артефакт, а мы пойдем дальше.

– Нет. Признаться, я подумываю перевестись на боевой факультет, – заявила я с серьезным видом, хотя руки все еще тряслись от пережитого шока и едва справлялись с ремешками.

Черные кустистые брови Борза поползли вверх, а затем… он рассмеялся.

– А ты не промах, – усмехнулся преподаватель, хлопнув по лопаткам так, что у меня едва не подкосились ноги. – Все, принцессы, привал окончен. Идем дальше.

Я потянулась к рюкзаку, но его перехватил Дан и с легкостью закинул на свое плечо. А ведь у него за спиной уже была ноша гораздо больше и тяжелее моей. Плюс клинок на поясе.

– Не нужно ради меня идти на такие жертвы, – покачала я головой и хотела забрать свои вещи.

Но Дан проигнорировал этот жест.

– Отдай, я сама о себе позабочусь.

– Ника, ради всех богов, хватит. Просто иди и смотри под ноги. Так ты не будешь всех задерживать.

К сожалению, Дан был прав. Я тянула всю группу назад. От осознания собственной никчемности нижняя губа задрожала. На глаза навернулись слезы. Пришлось прикусить щеку, чтобы не выдать своих чувств.

– Спасибо, – произнесла я сухо и пошла вперед.

Вскоре все снова свелось к нескончаемому пути и призрачной надежде на отдых. Без рюкзака у меня словно открылось второе дыхание. Идти стало в разы легче, и остаток пути до ночной стоянки мы преодолели без происшествий.

На небольшом участке земли, расчищенном от деревьев, имелось кострище. Кто-то выложил его по краям камнями, дабы защитить заповедник от пожара.

Все принялись разбивать лагерь. Кого-то Борз отправил за водой и подрядил собирать хворост. Остальные боевики шустро ставили двухместные палатки. Я поняла, почему у них были такие большие рюкзаки, и снова почувствовала себя виноватой. Получается, все это время кто-то нес палатку для меня…

– Ника, перебери рюкзак, – сказал Дан, ставя у моих ног сумку.

– Зачем? – удивилась я.

Послышался смешок, и Дан коршуном посмотрел на Уолта. Тому сразу стало не до смеха. Заподозрив неладное, я расстегнула застежки и стала доставать вещи. Неожиданно моя рука наткнулась на нечто твердое. Я извлекла на свет увесистый булыжник. Стало понятно, почему после второй стоянки рюкзак показался тяжелее. И равновесие я потеряла тогда из-за неправильно размещенного в сумке веса.

Вспомнилась вся та усталость и боль, которую я испытала, таща на себе этот грохов камень, и мне остро захотелось в кого-нибудь его запустить.

– Ха-ха. – Я выдавила из себя улыбку. – Что дальше? Пока я сплю, измажете мне лицо зубным порошком? – Боевики молчали. – Нет? Тогда, может быть, мне стоит что-нибудь придумать, чтобы не оставаться в долгу?

Мне снова никто не ответил. Фыркнув, я встала и отнесла булыжник к кострищу. Присев на корточки, я заметила на них нацарапанные имена.

– Мы все через это проходили, так что не злись на парней, – тихо сказал Итан, ставя рядом котелок с водой.

– Вот еще! Делать мне нечего, как злиться на глупые шутки, – ответила я, прикидывая количество камней.

Интересно, получится ли у меня подложить незаметно всем камни? Вряд ли.

– А ты мог и намекнуть, что они подложили мне… свинью, – сказала я, с укором смотря на Итана.

– Тогда ты бы не прошла посвящение.

– Боги, вы, парни, слишком зациклены на глупых ритуалах.

– Странно такое слышать от предсказательницы, – улыбнулся Итан. – Впрочем, была еще одна причина, по которой я молчал.

– Ох, вот оно что, – произнесла я, догадавшись, что он обиделся на мое молчание.

– Именно, – улыбнулся Итан. – Стоило сразу мне все рассказать, когда я подошел к тебе в столовой.

– Каюсь. Теперь мы квиты?

– Нет. Ты должна мне свидание. Я тебя час тогда прождал, – хмыкнул он и пошел собирать хворост.

Я проводила его взглядом, крайне удивившись, что Итан все еще хочет со мной куда-то пойти. Мимо чернее тучи прошел Дан. Интересно, а ему-то кто на хвост наступил?

– Фейн, потом будешь витать в облаках. Помоги с ужином, – распорядился Борз.

Сам он устало прислонился к одному из деревьев и наблюдал за приготовлениями со стороны. Я пожала плечами и пошла чистить картошку для супа.

Вскоре стало ясно, что если я и объем боевиков, то не сильно. Провиант, который несли парни, состоял в основном из… мяса. Сухофрукты и орешки были только у меня. Подозреваю, стараниями архимагессы Вериги.

Голодная, как грох, я помешивала наваристый бульон в котелке и давилась слюной. Затем, когда все сели есть, пришлось довольствоваться остатками сухофруктов и чаем. С наступлением темноты похолодало, и горячий пряный напиток с корицей и душистым перцем помог мне согреться.

– Фейн, чего это ты не ешь? – спросил Том, уплетая за обе щеки суп.

– Да так, – загадочно улыбнулась я. – Приятного аппетита, мальчики… И господин Борз.

Частый стук ложек замедлился. Все настороженно уставились на меня. Даже рука Борза с занесенной ложкой на секунду дрогнула.

– Что? – Я невинно хлопала ресницами.

Конечно, в супе ничего такого не было. Просто не хотелось упускать шанс подпортить всем аппетит.

– Она бы не стала всех нас травить, говорю тебе, – прошипел Уолт Тому. – Тем более Борза.

В ночной тишине их перешептывания слышала вся группа.

– Только если не нашла способ подпортить ужин, когда разливала суп, – заметил Итан, подмигнув мне.

Он, в отличие от остальных, за свой желудок не переживал. На Тома и Уолта было жалко смотреть. Один принюхивался к супу, второй подозрительно помешивал бульон в миске, пытаясь рассмотреть, нет ли там каких травок. К слову, они