Любви много не бывает! - Ольга Варанова

Вопреки ожиданиям меня никто не ждал у двери моей уютной квартирки. Но я так устала после тяжёлой смены в больнице, что не было сил на разочарования. После горячего душа, едва коснувшись головой подушки, уснула.

Сквозь сон я ощутила осторожные поцелуи. Меня окутал знакомый запах моего мужчины. Цитрусовый, с небольшой горчинкой.

Губы Марка коснулись позвонков на шее, скользнули по изгибу плеча.

— Соня-я-я… — прикусывая мочку уха, пьяно шептал он.

Его руки нетерпеливо сжимали мою талию, спускались ниже и подразнивающе оттягивали резинку пижамных шортиков.

Я выгнулась, упираясь попой в пах мужчины. Марк прижался сильнее, показывая своё возбуждение.

Повернув голову, потянулась к его губам.

— Доброе утро, малышка. Хочу тебя-я-я…

Марк напористо ворвался в мой рот языком, подминая под себя. Я пискнула от неожиданности. А затем простонала, когда его пальцы, наконец, коснулись чувствительной плоти.

Он навис надо мной, шумно втягивая воздух, продолжая свои сладкие пытки.

Обняв парня за широкие плечи, я откинула голову на подушку, широко расставив бёдра. Марк стянул с меня единственную преграду между нами и вошёл. Обхватив его бёдрами, упёрлась пятками в крепкие ягодицы, требуя большего. В ответ на это получила лишь улыбку и будоражащие ласки игривого языка.

Марк обвёл ареолу соска, втянув его в рот, губами прошёлся по чувствительной коже на ключицах, нежно укусил за подбородок.

Томно всхлипнув от наслаждения, я зарылась в густые тёмные пряди любимого. Его нежность, всегда была так восхитительна, и я забывала обо всех обидах, которые он наносил мне неосознанно.

— Марк, я… сейчас, — выдохнула в его губы, покусывая их.

Он ускорился, сжимая меня в своих объятиях, шептал что-то неразборчивое. А я задыхалась от подступившего экстаза.

— Хорошая моя…

Марк целовал страстно и в момент наивысшего наслаждения произнёс мною такие долгожданные слова:

— Я люблю тебя… Вера…

А потом, перекатившись на спину, обнял и просто уснул. Уснул!

Я глубоко дышала, пытаясь переварить услышанное. Может, это глупая оговорка? Или…

Закрыв глаза руками, я резко поднялась с кровати. Стянула простынь с бормочущего мужчины, глотая вмиг нахлынувшие слёзы.

В ушах, словно эхо звучало «я люблю тебя, Вера». Внутренности разрывало от горькой обиды. Это липкое чувство боли и несбывшихся надежд.

Я села на постель, где несколько минут назад, была ещё счастлива. Перевела пустой взгляд на валяющиеся вещи Марка. И на каком-то равнодушном автоматизме подобрала их с пола.

Из кармана джинсов выпал телефон. Я подняла его, случайно нажав на боковые кнопки. На экране высветилось уведомление от абонента с именем «Вера».

Словно в каком-то ревностном бреду, дрожащими пальцами открыла сообщение от человека, которому, судя по всему, было адресовано признание.

«Марик, позвони. Целую».

Подняла взгляд на иконку с фотографией и застыла…

На меня смотрела красивая миниатюрная блондинка с короткой стрижкой. Яркие голубые глаза, искренняя лучистая улыбка, полные губы. Цепляющая внешность.

И можно было никак не заострять внимание на ней. Ведь неважно, как выглядит та, другая. Но очевидное сходство со мной заставило меня похолодеть.

Или я была похожа на неё?

Я перевела взгляд на мужчину, с которым делила постель уже больше, чем полгода. Находясь в достаточно долгих отношениях с ним, я ему доверяла, не обращала внимания на очевидные «звоночки» его безразличия, продолжала жить в романтической иллюзии.

Как же гадко было после открывшейся правды! Всё это время я была заменой? Способом забыться? Чем?

Конечно, можно было спихнуть всё на алкоголь. Придумать ему жалкое оправдание, найти объяснение и поверить в свои же доводы. Но как? Я — не знала…

А потом поняла, что терпеть такое точно не буду. Хватит!

— Вставай! — я зло прошипела, расталкивая Марка.

Он промычал что-то нечленораздельное и перевернулся на другой бок. Швырнув в него его джинсы, прикрикнула ещё раз.

— Сонь, чего ты шумишь? — буркнул Марк.

Я попыталась растормошить его. И на этот раз он, наконец, открыл свои бесстыжие глаза.

— Проваливай, Высоцкий.

Марк приподнялся, сонно растёр лицо.

— Что?

— Проваливай, — повторила я.

— Может, ты объяснишь, что происходит?

— Веру спроси.

При упоминании имени блондинки Марк замер и изменился в лице.

Вслед вещам я кинула на кровать телефон, с открытым сообщением от девушки. Не гордилась своим поступком, но сейчас была зла.

— Ты рылась в моём телефоне?

— Хотела передать слова любви Вере. Ведь ты по случайности сказал их мне, — язвительно произнесла я.

— Что ты хочешь от меня услышать? — одеваясь, возмутился он.

— Хоть какое-то объяснение? — иронизировала я.

Но его не последовало…

Марк, проходя мимо, потянулся в мою сторону. Я ожидала поцелуй, проявления какой-то ласки в оправдание. Но он лишь наклонился за своей рубашкой.

Это было чертовски больно и унизительно. Надеяться…

Марк ничего не отрицал. Молча покинул мою квартиру, даже не извинившись.

Затем хлопнула входная дверь. И я разрыдалась.

От лица Марка

— Какого хера, сейчас произошло? — вслух возмутился я, как только оказался на лестничной клетке.

Я вполне мог придумать правдоподобную ложь. В конце концов, сделал бы вид, что не понимал, о чём шла речь.

Жутко хотелось вернуться. И не для того, чтобы в очередной раз соврать девушке. А сказать ей, что ничего не обещал. Мы никогда не говорили о наших отношениях. Всё было как-то просто, обоюдно и хорошо. С моей стороны. Я думал: её всё устраивает, как и меня.

Видимо, для Сони наша связь значила гораздо больше.

Может, всё к лучшему? И стоит сейчас оборвать все нити, пока ещё не так больно.

Правда, я признался в чувствах, назвав девушку другим именем.

Идиот!

Запахивая пальто уже у выхода из подъезда, вышел на улицу и недовольно зажмурился от яркого зимнего солнца. Морозный воздух слегка взбодрил после бессонной ночи. И подняв воротник, я поплёлся в сторону остановки.

Дома я оказался довольно быстро. И после горячего душа уснул как убитый.

С Соней мы больше не виделись.

Несколько дней пребывал в каком-то раздрае. Порывался позвонить ей, извиниться. Всё-таки я поступил, как мудак…

Но прошла неделя, за ней — другая. И я отпустил ситуацию, погрузившись в работу.

Так пролетел месяц…

Весна ворвалась в холодный зимний город, радуя каждого жителя. Но только не меня. Я раздражался по любому поводу, срывался на коллег и близких. Одним словом, вымещал свою злость на других.

А тут ещё будущая чета Давыдовых сообщила радостную новость, которая не была для меня сюрпризом.