Квантовая любовь - Майк Чен

– Попробуй хоть раз в жизни высказать все, что накипело. Ты этого заслуживаешь.

Картер слушал, и лицо его постепенно менялось. Наконец он встал. Глаза заблестели, словно перед ним вдруг открылся целый океан возможностей. Он был весь напряжен, метал взгляды по комнате, думая, как поступить дальше.

– Последишь за планшетом? В алгоритме ошибки, поэтому может понадобиться второй заход, если Дэвид попросит… Я недолго.

Тихо поблагодарив ее, без дальнейших объяснений он медленно прошагал в другой конец коридора и закрылся в комнате.

Прошло десять минут. До Марианы доносился сквозь стены его приглушенный голос, но она нарочно не слушала и старалась внимательно следить за планшетом. На экране шла обработка данных: тянулась бесконечная череда цифр и аббревиатур, мелькнуло слово «компиляция».

Наблюдая, как процесс ползет к завершению, Мариана просматривала записи в открытом блокноте: «Длина ускорителя = 20,6 мили. База данных указывает на ограничения в „переносе массы“: спросить у М. Скорости частиц: полный бред. Ошибка в данных или в алгоритме? Что такое „объект испытаний“ и почему он весит 5,6 гр.?».

Наконец она услышала, как раздвинулась дверь. Из коридора вышел Картер. В его глазах отражалась буря эмоций. Было ясно: произошло что-то важное.

– Ну как?

– Плохо, – ответил он и, засмеявшись, добавил: – Во всяком случае, для них.

– Я понимаю, что мы с тобой не настолько еще знакомы… – нерешительно начала Мариана.

В голове завертелось: «Как лучше себя вести – может, встать и обнять его? Кто мы – друзья? Коллеги? Товарищи по несчастью?..»

Мариана знала одно: у них не было сейчас никого, кроме друг друга. А значит, необходимо помочь.

– В общем, если хочешь… можем поговорить.

Картер сделал неуверенный шаг к ней навстречу, посмотрел в лицо. Но снова отвел глаза и произнес мягко:

– Да ничего… Как бы то ни было, а на душе и впрямь стало легче.

Он взял в руки планшет и, не глядя на Мариану, со сдержанной улыбкой добавил:

– Без тебя я никогда не смог бы…

Он хмуро задумался, закусив нижнюю губу.

– Если бы не ты… мне и в голову не пришло бы на такое решиться. Благодаря тебе я понял, что у меня есть выбор.

– Решиться нетрудно, когда нет последствий.

– Согласен… Но гораздо важнее, когда рядом с тобой человек, который тебя поддержит. Впервые в жизни я вдруг понял, что все возможно.

Он смотрел на нее спокойным взглядом, и на какое-то мгновение Мариана вдруг замерла, растворившись в его глазах. Все вокруг приобрело необыкновенную ясность: шум вентилятора, капли вечерней росы на оконном стекле, тихий стрекот планшетов…

– С прошедшим днем рождения, – выдохнула она.

Ей захотелось сказать что-нибудь прекрасное, ну или хотя бы…

– Готово! – раздался голос Дэвида. – В строке номер девять тысяч сорок девять допущена ошибка. Чтобы завершить обработку, необходимо исследовать параметры. Боюсь, это займет еще один день.

– Еще день! – вздохнул Картер. – Значит, к двенадцати сорока двум завтрашнего дня уже не успеваем?

– К двенадцати сорока двум добавь еще часов шесть, – засмеялся Дэвид. – Да и то если сразу исправить ошибку.

Картер скривился от досады и отчаяния. Мариана хорошо знала, что эта гримаса появляется на его лице, когда конец уже близко, а никаких конкретных шагов не сделано.

Тяжело вздохнув, Картер покачал головой:

– Что ж, будем работать дальше.

Глава 23

– Нам нужен перерыв, – заявил Картер с порога.

Петля сделала еще несколько повторов, а друзья все бились над засекреченными результатами испытаний в архиве Беккета. С каждой попыткой они подбирались все ближе к цели. С помощью алгоритмов Дэвид обрабатывал миллионы точек данных, фиксирующих абсолютно все: от потребления энергии и скорости частиц до структурной устойчивости. Некоторые столбцы полностью состояли из неизвестных аббревиатур, и в таких случаях лучшее, что друзья могли придумать, – это искать несоответствия.

Большого успеха они не добились, но такой метод позволил различить в данных Беккета три отдельные закономерности. В чем они заключались, было неясно. Мариана предложила сосредоточить анализ на структурной устойчивости. Иными словами, проигнорировать ускорение частиц и выяснить суть поломки, ставшей причиной ужасного взрыва.

Однако Картер не мог сосредоточиться. Он отвлекался, где-то пропадал, а Мариана, вооруженная новыми знаниями в области анализа данных, тем временем неуклонно продвигалась вперед. Постепенно детали мозаики вставали на свои места – скорее, благодаря помощи Дэвида в тестировании и определении параметров, а не из-за ее собственной научной интуиции. Дэвид помогал на удивление охотно и даже научил ее кое-каким несложным экспериментам. Но Картер держался на расстоянии. О ссоре с родителями он больше не упоминал. Мариана не лезла с расспросами, боясь нарушить личные границы, которые в условиях петли были и так не слишком надежны.

Неожиданное заявление Картера в четверг утром о необходимости сделать перерыв не очень ее удивило.

– Перерыв? – переспросила она, жестом приглашая его зайти и прислушиваясь, как Мэгги царапает что-то за спинкой дивана. – Я вот решила присесть и не спеша выпить кофе. Чем не перерыв?

– Надавала мне заданий, а сама кофе, видишь ли, пьет, – успел пожаловаться Дэвид, прежде чем Мариана отключила звук.

– Хочешь в поход? – спросила она. – Это без меня.

– Зачем в поход? Я имею в виду настоящий, полноценный отдых. Давай сегодня?

Он скрестил руки над головой, а потом заглянул под диван.

– Когда же я наконец увижу твою неуловимую кошку?

– Не бойся, ты не единственный. С моей мамой она тоже не желает знаться. И с отцом Шэй.

Мариана наклонилась за диван: из любимого укрытия Мэгги торчал пушистый кончик хвоста.

– Итак, чем займемся? – спросила она. – Я думала разобраться с последним набором данных, попробовать изменить алгоритм, как ты мне показывал… Данные по удержанию энергии отклонились на долю процента. Но меня сбила с толку одна имитационная модель.

Мариана подошла к стопке планшетов и начала перебирать их, пока не нашла нужный.

– Почему эта переменная – перенос массы – составляет пять целых и шесть десятых грамма во втором круге испытаний?

– Ой… звучит заумно.

– Это гораздо больше чем частица… Когда проводились испытания с такой массой, это повлияло на удержание энергии…

– Стой-стой, сбавь обороты… – сказал Картер. – Ты что, диссертацию защищаешь?

– Меня иногда заносит, – рассмеялась она, не отрывая глаз от планшета с таблицей данных. – Как говорила Шэй, в такие минуты я переключаюсь в «режим Марианы».

Картер выставил ладони вперед:

– Давай-ка перейдем в режим отдыха. На несколько часов. Повтор все равно уже заканчивается.

После поездки в Уимблдон работа не прерывалась ни на минуту. Даже в Лондон они ездили с определенной целью. Полностью прекратить исследование, как