Последняя роль для попаданки, или Кто убил Золушку? - Алена Ягинская

— О чем ты думаешь? — тихо спросил Высочество. Он приобнял меня, согревая, и взял за руку.

— О том, что не хочу просыпаться, — ответила.

А может и не просыпаться, а? Нет, нельзя. Жизнь — самый ценный дар, никто не вправе решать, когда ей оборваться, и мне нельзя сдаваться. А вот немного передохнуть — вполне.

— Очень красиво здесь, тихо, спокойно. Как в сказке, — заметила я.

Немного страшной, но вполне реальной сказке про Золушку, которую на самом деле никто не любит…

— Предлагаю пообедать здесь, — сказал Тристиан, — я распоряжусь.

Он поднялся и ушел, а мы с Филиппом остались. И он еще плотнее придвинул меня к себе, а мне почему-то стало холодно и пусто с той, стороны, где сидел его друг. Нет, надо просыпаться, не нравится мне все это…

* * *

— Что будет, если мы ничего не найдем? И что мне сказать Луизе? Я должна была сегодня с Виолетт идти искать свиток, — я начала задавать вопросы, потому что оказаться наедине с моим неженихом в этом чудесном месте было… тревожно?

Принц пожал плечами:

— Ну, так ищите. Я велю привести леди Сиймижур сюда, можешь повторить с ней обратный путь, а после ужина жду тебя в библиотеке, ты обещала помочь мне.

— Мы же разобрали все свитки, — заметила, незаметно стараясь отодвинуться от Высочества.

Да что со мной? Пока сидели втроем рядом, тесно прижавшись, все нормально было, а сейчас неловкость какую-то ощущаю…

— Я приказал собрать туда свитки из кабинетов сановников. Надо, кстати их сверить с каталогом. Если ты не против, разумеется.

— Я? Нет, конечно, я помогу вам, ваше…

— Филипп, ты зовешь меня по имени, помнишь?

— Да, Филипп, конечно, я помогу.

— Отлично, — принц улыбнулся, и внутри меня что-то дрогнуло, насколько открыто и обаятельно у него это получилось. — Насчет твоего брата, не понимаю твоей тревоги, курсы при Корпусе — отличный вариант, многие туда стремятся попасть. Там прекрасные преподаватели, полное обеспечение, подготовка выше всяких похвал. Подумай, если ты сама уедешь в Академию, то так и так не сможешь с ним видеться, а в Корпусе он будет под хорошим присмотром, и твоя мачеха не сможет тобой манипулировать.

Мысль о том, чтобы расстаться с Санькой была невыносима, они била по оголенным нервам и выворачивала душу наизнанку, мне и сейчас больше всего на свете хотелось вернуться к себе в покои, потому что надеялась, что брат придет туда, но я сказала:

— Благодарю, Филипп, я подумаю над вашими словами. А если Луиза потребует отдать ей иглу?

— Отдашь, скажешь, что ничего не нашла. Не переживай, твою мачеху уже взяли под наблюдение. Мы обязательно выясним, для чего ей понадобился свиток. А пока держи, — он снял со своей руки кольцо и собрался надеть его мне.

— Что это? — спросил он, узрев, что выбранный им палец уже занят другим колечком, которое я якобы теряла в кабинете Тристиана. — Оно фонит магией.

— Не знаю, — призналась я. — Точнее, не помню. Мне кажется, оно всегда было со мной.

Я тоже посмотрела на кольцо и немного напряглась. В голове свербела мысль, что нельзя трогать незнакомые вещи — вдруг рванет? А тут неизвестная, наполненная магией вещь, на моем пальце. Но и снимать его категорически не хотелось, оно ощущалось каким-то родным, что ли?

— Я спрошу у брата, мне кажется, это его подарок.

— Это довольно дорогой артефакт, судя по тому, как он скрывает свой фон.

— Простите, я не понимаю.

— Каждый артефакт имеет магический фон, по которому можно если не понять, то достаточно точно предположить его назначение. Твоя иголка имеет функционал поисковика, она должна среагировать на близость предмета с определенным магическим фоном. А артефакты высшего уровня имеют затертый фон, плетения на них смазаны, чтобы не понятно было, для чего их создали и вообще оставались невидимыми для магов, если их не искать специально. А твое колечко имеет нулевой фон, то есть оно абсолютно точно подстроилось под ауру, лишь иногда что-то проскальзывает. Сомневаюсь, что брат мог тебе подарить такой дорогой артефакт, но спросить надо.

Я подумала, что сейчас принц потребует отдать колечко ему и внутренне напряглась, готовясь бороться за свою собственность, но он промолчал, и только надел мне на палец еще одно кольцо.

— Это детектор ядов. Но тебе придется касаться всего, что ты хочешь проверить, ему нужен прямой контакт.

— Кольцом? — не поняла я.

Сразу представила, как сую руку в чай. Фу, зря вспомнила.

— Нет, чем угодно — вилкой, ложкой, рукой, главное чтобы был контакт. Оно предупредит, если есть что-то опасное в пище.

— Благодарю вас, Филипп, — сказал я.

А кольцо незаметно изменило размер и вполне уютно уместилось у меня на руке. Не успела я налюбоваться украшением, как появился Трис и служанки с тележками.

Еще немного времени у них ушло на сервировку небольшого столика, а я вдруг поняла, что ужасно, просто чудовищно голодна.

Когда Высочество махнул рукой, приглашая начать трапезу, я немного поколебалась, стоит ли мне изображать воспитанную леди с птичьим аппетитом, а потом решила, да ну нафиг, все равно через десять дней меня отсюда выпрут, и стала выбирать самые вкусные блюда. Лакей услужливо наполнял мне тарелку, а я даже вспомнила науку матушки и вроде не сильно напугала моих сотрапезников. По крайней мере, на этот раз обошлось без язвительных замечаний в адрес моей прожорливости.

В конце трапезы Тристиан налил в бокал что-то очень похожее на вино и протянул мне.

— Нет, нет, я не буду! — замотала я головой. — Я не пью спиртного!

— Да? И не надо, это не вино, это зелье.

— Тем более!

— Вам потребуются силы, вам еще по дворцу за свитком гоняться, не надо, чтобы леди Сиймижур задумалась, чем вы занимались все утро. Скажете, что его Высочество перехватил вас от королевы, и у вас было свидание, — усмехнулся Тристиан.

И вот вроде логично, да? А подвох ощущается!

— Нет, — помотала я головой. — Я так не скажу!

— Отчего же? — Трис прищурился.

Задумалась. Не хочу никаких свиданий! Это раз. И чтобы об этом говорили, тоже не хочу. И тут меня осенило:

— Это неприлично, я не могу быть наедине с вами, ой!..

Блин, мне то вроде как все равно, но я же сейчас Леврония! Упс, я же вроде еще и в принца влюблена должна быть? Или нет? Ау, подсознание, чего молчишь-то, я же сейчас спектакль провалю! Хоть