Хозяйка разорённого поместья Эшворт-холл - Айлин Лин

– Милорд, – начала она негромко, но твёрдо, – прежде чем вы зададите мне свои вопросы, я хочу, чтобы вы кое-что изучили, тогда, вероятно, и вопросов у вас не останется… Итак, вот здесь записи управляющего поместья за последние годы. Тут вы найдёте подробные отчёты о доходах, расходах, об арендаторах и выводы о состоянии земель.

Я подтянул к себе первую стопку и вчитался в мелкий, аккуратный почерк. Цифры, таблицы, заметки на полях.

– Вот это дневник моего отца. Его попытки спасти поместье. Последние четыре года его жизни.

Кожаный потёртый переплёт. Дневник Тобиаса.

Девушка замолчала и выжидающе посмотрела на меня. Я медленно кивнул и приступил к изучению.

Первые страницы рисовали картину благополучия. Десять лет назад Эшворт-холл процветал. Доходы от аренды земель, от мельницы, от мостового сбора складывались в приличную сумму. Арендаторов было много, жаловались редко. Потом, года через три, появились первые тревожные нотки.

Я перелистнул страницу, записи управляющего стали ещё мрачнее.

«Северные поля превращаются в болото. Три арендатора ушли, отказавшись платить за непригодную землю». «Барон Эшворт сообщил, что пока денег на ремонт нет. Он готовится к свадьбе и вложил почти всё, что у него было в торговое предприятие в Дэноурте».

Я поднял глаза на леди Айрис. Она сидела неподвижно, наблюдая за мной.

– Какое предприятие? – спросил я.

– Перевозка специй морским путём, – ответила она тихо. – Отец никогда не говорил мне об этом подробно, но, судя по дневнику, предприятие обанкротилось через полтора года. Он потерял все вложенные средства.

Я кивнул и вернулся к чтению.

Дальше ситуация только ухудшилась. Арендаторы уходили один за другим. Доходы падали. Но барон так и не смог найти средства для решения проблем. Последние записи управляющий сделал два года назад, после чего уволился.

Я отложил последний лист и сразу перешёл к дневнику.

«Я женился на Дарене в надежде, что она родит мне сына…»

«Заболел. Лекарь не знает, что со мной. Слабость, головокружения, потеря аппетита. Может, это просто от переживаний?».

Записи становились всё короче, некоторые слова остались и вовсе недописанными.

«Взял заём у Колфилда. Пять тысяч золотых под залог поместья. Срок возврата – два года. Это последний шанс». «Больше не могу вставать. Лежу и думаю, что оставлю Айрис одну. Прости меня, дочка».

Я медленно закрыл дневник.

Тишина в комнате была абсолютной. Подтянул к себе следующую стопку. Долговые обязательства.

Барон Тобиас Эшворт берёт в долг у лорда Горация Колфилда сумму в размере пяти тысяч золотых крон под залог всего поместья Эшворт-холл со всеми землями, строениями и деревнями. Срок возврата равен двум годам с момента подписания…

Закончив, поднял голову и только сейчас заметил горящую масляную лампу. За окнами уже царил глубоки вечер, пели цикады. Надо же, как быстро пролетело время!

Я посмотрел на осунувшееся лицо леди Айрис и тут всё понял: она пытается спасти своё наследство, она не хочет потерять дом, остаться нищей, в таком случае ей придётся пойти работать гувернанткой или отправиться в монастырь. Или выйти замуж за того, кто позарится на её благородную фамилию.

– Лорд Льюис, – одинокая слеза скатилась по гладкой девичьей щеке, – отца больше нет, я могу рассчитывать только на себя и свои силы. Вы через полгода тоже уедете, а я останусь. Понимая всё это, я взяла себя в руки и начала действовать. Как только прошли похороны отца, я отправилась в Торнтон, заглянула к мастерам, чтобы получить толковые советы; многие дни провела в библиотеке, изучая информацию, способную помочь мне исправить имеющуюся ситуацию. А ещё работа помогает не думать об отце. В делах легче переносить утрату.

Юная леди говорила прямо, ни разу не отведя от меня взор. И я сдался. Пусть и не до конца поверил в её знания из «библиотеки».

– Леди Айрис, я не буду вам мешать, более того, помогу, чем смогу, хотите, возьму у своего отца пять тысяч золотых крон?

– Это не решит проблему долга, милорд, – она прижала платочек к глазам, промокая слёзы.

– Но у вас будет куда больше времени эту сумму накопить, – возразил я.

– Давайте к этому вопросу вернёмся, когда прижмёт, то есть в том случае, если я не справлюсь.

– Вы настолько уверены, что ваши задумки принесут плоды? – скептически приподнял брови я. – Проезд по мосту и помол зерна – это не то, что может дать вам большой доход.

– Я и не делаю на них ставку. И мост, и мельница помогут мне обеспечить едой жителей моих земель, отремонтировать хотя бы отчасти этот дом.

– Но тогда как вы планируете рассчитаться с Колфилдом? – не скрывая удивления, спросил я.

– Есть одна идея… Возможно, я расскажу вам о ней позже. А пока это мой секрет. Что же… – девушка встала со стула и добавила: – Миссис Стоун поди уж заждалась нас в столовой, пойдёмте, поужинаем, лорд Льюис.

Глава 20. Ужин

Найджел

Главная столовая была погружена в полумрак, замерев на пороге, я огляделся и невольно поёжился. Ощущения были не очень приятные, будто оказался в пещере. Зал, предназначенный для приёма большого количества гостей, сейчас был пуст и мрачен. Я прошёл вперёд и мои шаги эхом разнеслись по тонущим в густой тени углам.

Единственным источником света служили несколько свечей в простом железном канделябре, который поставили в центре длинного дубового стола.

Камин зиял чёрным провалом. Сквозь щели между досками, закрывающими высокие окна, доносился шелест листвы и мирный, громкий стрекот кузнечиков. Этот будничный звук уходящего лета делал некую безжизненность помещения ещё более пронзительной.

Признаюсь, я не ждал от сегодняшнего ужина ничего особенного, ведь в обед мне в опочивальню принесли склизкую кашу с редкими вкраплениями волокон какого-то мяса. Я думал, что и на вечерней трапезе меня ждёт овсянка на воде в деревянной миске, да чёрствая краюха хлеба. В лучшем случае добавят кружку кислого эля.

Но то, что я увидел на столе, заставило меня в изумлении замедлить шаг.

Это был не пир аристократов, но и не ужин бедняков.

– Не стойте столбом, лорд Льюис, присаживайтесь, – мне показалось или в голосе леди Айрис проскользнули насмешливые нотки? – С недавних пор у нас вошло в привычку весьма плотно ужинать, и пусть это неправильно, набивать живот перед сном, но после сложного трудового дня есть хочется просто зверски.

Я прошёл вперёд и замер подле стула с треснутой спинкой, не отрывая глаз, гипнотизировал стол, ломившийся от снеди: массивное деревянное блюдо с тремя заячьими тушками, зажаренные до золотистой корочки, в