Хозяйка проклятой таверны - Ольга Кобзева

Поиски продолжались весь день. Эйтан с мужчинами вернулись, когда стемнело уже так, что не видно было ничего совершенно. Амадея не нашли.

А еще пропала Ларижа. Дараха скрывала это сколько могла, но вечером все открылось. Я попросила собраться всех домашних, чтобы поговорить, обсудить дальнейшие шаги, немного объяснить происходящее, извиниться за доставленные неудобства. Но все это отошло на второй план, когда выяснилось, что Ларижи с утра никто не видел.

Дараха прятала глаза, отвечая на вопросы о сестре, но врать больше не пыталась.

— Могла она Ристора выпустить? — спросила я, тщательно скрывая горечь.

— Могла, — еще больше понурила голову женщина.

— Чем же ей Айраниры не угодили, что она решила узурпатору и убийце прошлого правителя помочь?

— Не Айраниры, Марго, то есть, эйра Айранир, — быстро исправилась Дараха. Не стала ее поправлять. Ждала дальнейших рассуждений.

— Я? — не дождавшись продолжения предположила, впрочем, зная ответ. — Ей ведь не угодила лично я, так?

— Не со зла она! — молитвенно сложила руки на груди Дараха.

— Не со зла? — переспросила невесело. — Что ж, Льяра Милостивая и Великий Ахор пусть ей приговор выносят. И обычно Боги такое наказание насылают, какое ни один человек наслать не додумается.

Жахрей каждую ночь ночевал в таверне. Пока Оутор не поправится, решено было, что парнишка станет помогать. Руал поутру приходил, а ночевать к себе возвращался.

На кухне и в комнатах привычные работницы остались. Несмотря на то, что посетителей таверна пока не принимала, людей все равно было достаточно. Их нужно было кормить, порядок поддерживать, в общем, все почти, как и обычно.

Отпустила всех, кроме одаренных. С ними предстоял отдельный разговор.

— Итак, эйры, — обвела уставших мужчин проницательным взглядом. — Пора бы нам поговорить.

Представился каждый из них еще во время клятвы. Так что каждого из собравшихся я знала. Шестеро. Те, кто добровольно принес клятву вечного служения, вручив свою жизнь в мои руки.

Эйтан, эйр Артонир — самый молодой из всех. На вид не более двадцати-двадцати пяти лет. Друг детства Амаргарии. Мой, выходит.

Отрис, эйр Маронтон, сын прошлого телохранителя отца этой девочки. Лет тридцать, как мне кажется.

Итор, эйр Лафаер — самый возрастной. Виски этого мужчины уже посеребрила седина, хотя фигура все еще оставалась подтянутой, а движения уверенными и четкими.

Анджей, эйр Тольситор — смешливый мужчина лет сорока.

Брюссир, эйр Шараеш — с самым необычным цветом волос. Пряди в его волосах были не одного, как у других, а нескольких цветов. Красные, золотые и голубые. Смешно, однако, он не выглядел. Да и взгляд этого молодого мужчины заставлял поежиться. Пожалуй, его клятве я радовалась больше, чем другим. Не хотела бы иметь такого одаренного во врагах.

Адим, эйр Ураван — тоже довольно молод, неразговорчив, даже, скорее, замкнут. За все время я от него услышала всего несколько слов, не считая слов клятвы. Однако, с каждым из этих айшалис мне предстояло найти общий язык. Они — все, на кого я могу рассчитывать, больше никого нет.

Обвела всех изучающим взглядом, решаясь рассказать то, что давно уже следовало кому-то доверить.

— Эйтан, — повернулась к тому, кому доверяю все же чуть больше остальных. — Я хочу сообщить вам информацию, которая ни при каких обстоятельствах не должна стать достоянием гласности. Нужна ли дополнительная клятва?

— Нет, Амари, — качнул головой уставший парень. — Мы все принесли клятву вечного служения и преданности, она не позволит тебе навредить, не позволит выдать то, что ты запретишь.

— Но ведь и моему отцу эйры приносили подобные клятвы, — нахмурилась я. — Однако… однако он мертв.

— Нет, эйра Айранир, — взял слово Брюссир. — Эйр Айранир не брал с подданных такой клятвы. Лишь клятву верности, самую простую. Никогда раньше эйры столь массово не приносили клятвы вечного служения, даже Амадей не стал требовать ее с нас.

Это что сейчас, камень в мой огород? — выгнула удивленно бровь.

— Что ж, эйр Шараеш, — посмотрела Брюссиру прямо в глаза. — Думаю, и переворота в Орегоре до того не случалось. В любом случае, передумать вы уже не можете! — припечатала я.

— Простите, эйра Айранир, — склонил голову мужчина. — Я не собирался заронить в вас подозрение. Я не передумал и не жалею о клятве.

— Итак, эйры, — собралась с духом. Что им рассказать, что я самозванка в теле их наследницы или ограничиться информацией о потере памяти? — Наверняка вы уже успели заметить странности в моем поведении и в речи. — Еще один глубокий вдох. — Эйры, вы должны знать, что во время побега из Дархайма, когда я спасала свою жизнь во время покушения на наш род, произошло что-то, вследствие чего я полностью утратила память о прошлом! — решительно выпалила я. — Поначалу я не помнила даже своего имени, пока его не назвал Эйтан при нашей первой встрече. До сих пор я по-прежнему не помню ничего, даже своих родителей. Как не помню ничего об Орегоре и в целом о Рейтраше. Совершенно ничего.

Глава 29

После моих слов на время воцарилась тишина.

— Вы не должны были нам этого говорить! — заявил Брюссир, первым нарушая тишину. — Даже нам, даже давшим клятву! Это опрометчиво, эйра Айранир! Кто еще в курсе?

— Оутор, хозяин таверны, его жена, травница Рахшара и, возможно, некоторые из поселенцев.

— Почему вы называете Оутора хозяином таверны? — удивился Брюссир. — Мы все видим очевидную связь между вами и этим местом. Несомненно, это один из немногих живых домов, и он явно выбрал свою хозяйку. Рахшара же никакая не травница! Она — та, кого называют проводниками Бога смерти. Жнец, собирающий для Ахора сущности.

— Брюссир, не стоит меня отчитывать! — резко осадила мужчину. — Мое признание о том, что не помню прошлого не дает вам права на такой тон!

— Простите, эйра Айранир, — тут же отступил он, но по горящему взгляду явно видела, что не передумал.

— Итак, вследствие того, что вы узнали, мне нужна информация об Орегоре, даже о том, какая форма правления у нас в стране. О том, на кого я могу положиться, кому могу доверять, а кого должна опасаться. Мне нужна информация о моей силе, уроки по пользованию ею. И, самое главное, мне нужны ваши советы, как быть дальше. Возвращаться ли в столицу и что меня там ждет в этом случае.

И снова тишина на несколько минут.

— Амари, — нарушил тишину Эйтан. —