Новая жизнь Эвелин - Елена Крамская

Во втором зале, нагроможденные друг на друга, стояли стулья вперемешку со столами, диванами, креслами, комодами и музыкальными инструментами. Но нашего дивана, нашего «короля Луи», нигде не было.

- Простите, - я обратилась к усатому лысому мужчине, который с сосредоточенным видом натирал витрину с женскими украшениями, - Мы ищем диван в стиле Людовика XIV. Вы его еще не продали?

- Все может быть, все может быть… но точно не помню, - протянул усатый мужчина, не отрываясь от своего занятия и не поднимая на нас глаз, - Но вы могли бы, так сказать, освежить мою память. Не желаете ли что-нибудь приобрести?

- Вы что, издеваетесь? Вы всех клиентов так обслуживаете? - Сонни начал закипать. Это можно было понять по его раскрасневшемуся носу и глубокой морщине, пролегшей между бровей, - Может, обойдемся без этих ваших базарных шуточек?

- Прости, приятель, но мне нужно делать деньги, - антиквар, наконец, оторвался от витрины и смерил нас оценивающим взглядом, - Вы же хотите, чтобы я вспомнил ваш диван? А я хочу, чтобы вы что-нибудь купили в моей лавке. Это называется «бизнес».

Мужчина театрально пошевелил своими лихо закрученными усами, явно довольный своей выходкой. Я мысленно вздохнула. Передо мной стоял классический мелкий торгаш, который не упустит своего. Придется играть по его правилам.

Я огляделась по сторонам, и мой взгляд упал на вычурные каминные часы с золотыми амурчиками. Боже, какая безвкусица. Это было настолько плохо, что даже хорошо. Поставлю их в прихожей, чтобы шокировать гостей.

- Ладно, - сказала я, снимая часы с полки и ставя их на прилавок, - Возьму это.

- Вы серьезно, Эвелин? - Сонни изумленно поднял бровь, - Это же ужас какой-то! Это даже для камина в борделе слишком вычурно!

- Мистер, вы несете вздор! Это прекрасный образец стиля рококо! - антиквар тут же встрепенулся и заботливо протер тряпочкой циферблат часов.

- Да-да, мы поняли, шедевр, - нетерпеливо перебил его Сонни, - А теперь, будьте любезны, вернемся к моему дивану.

- Ах, диван, - антиквар картинно почесал затылок, - Припоминаю. Да, был такой. Я купил его на аукционе и в тот же день продал. Это же Людовик XIV! Такие вещи продают себя сами.

- И вы, конечно же, помните, кому вы его продали? - спросила я, продолжая с интересом разглядывать хлам в его лавке.

- Инструкция запрещает разглашать такие данные, - антиквар с самым серьезным видом принялся снова протирать свою многострадальную витрину, - Это конфиденциальная информация.

- Хм, - я прекрасно понимала, к чему он клонит, - Пожалуй, я куплю еще и вон ту картину для прихожей, - я указала на темное, пыльное полотно, висевшее в самом дальнем углу, - Надеюсь, это подлинник?

На картине была изображена «Маха обнаженная» Гойи.

- В нашей лавке продаются исключительно подлинники! - антиквар даже попытался состроить обиженное лицо, пока снимал со стены эту подделку. Я была уверена, что он понятия не имеет, что это за картина и что ее оригинал в Прадо всегда демонстрируют в паре со второй, «Махой одетой». Ну что ж, будет забавно повесить это в сарае у Мистера Моргана.

- Я сейчас пойду и тщательно упакую ваши бесценные покупки, - провозгласил антиквар, - А вы пока… э-э-э… можете украдкой взглянуть в мой журнал продаж, который я совершенно случайно оставил на прилавке. Но только украдкой!

Он гордо удалился в подсобку, оставив на прилавке толстую бухгалтерскую книгу.

- Нашла! - я развернула книгу к Сонни, - Вот, смотрите. Диван продан в клуб «Слепой тигр». И по странному стечению обстоятельств, я уже бывала в этом замечательном месте.

- Это же был любимый клуб Эдди! - мрачно подтвердил Сонни, - Он проводил там много времени и, как владелец части этого заведения, никогда не платил за выпивку. Смотрите, здесь - бартер. Антиквар им - диван, они ему - пожизненный бесплатный алкоголь.

- Похоже, вы нашли, что искали, - антиквар появился так же неожиданно, как и исчез, - А теперь, дамы и господа, прощайте. И, пожалуйста, не забудьте свои покупки.

Он ловко сунул мне в руки картину и тяжеленные часы, а затем почти вытолкал нас на улицу.

- Приятно было иметь с вами дело… наверное, - не удержался Сонни от язвительного комментария, когда дверь за нами захлопнулась, - Ну и жук.

- Зато у меня теперь есть почти настоящий Гойя, - усмехнулась я, - Поехали, Сонни. Наш диван ждет нас в логове тигра.

- Эвилин, ну ладно, часы в прихожую, я еще могу это понять, - ворчал Сонни, с преувеличенной осторожностью укладывая мою «Маху обнаженную» на заднее сиденье автомобиля, - Но картину-то вы куда денете? Вы уверены, что она вам нужна? Она же… голая!

Я мгновенно нашлась. Не буду вешать в сарай и смущать старика Моргана, у меня есть план получше.

- Сонни, это не просто картина, это мой подарок вашей аптеке, - я едва сдерживала смех, наблюдая за его реакцией, - Повесите напротив входа, чтобы покупатели от культурного шока скупали все, что вы им предложите. Отличный маркетинговый ход, не находите?

- Эвилин, избавьте меня от своего щедрого подарка, умоляю! - Сонни разволновался так, что на его лысине выступил пот, - Давайте лучше подарим ее первому встречному! Или, еще лучше, оставим здесь, на тротуаре! Может, кто подберет…

Я, наконец, не выдержала и рассмеялась. Сонни, видимо, не понял шутку. Он был человеком старой закалки, и изображение обнаженной «Махи» в его представлении было чем-то из ряда вон выходящим.

В моем времени такие картины печатали на кружках и футболках, но здесь, в пуританской Америке 1920-х, это было на грани скандала. Даже почтовые марки с изображениями этих картин не принимались почтовой службой. Ну да ладно. Отвезу на устричную ферму, там ее, кроме управляющего и самих устриц, никто не увидит.

В этот раз мне не пришлось долго искать клуб «Слепой тигр». Я уже знала этот неприметный переулок.

Подойдя к знакомой зеленой двери, я легонько нажала на ручку, ожидая, что она будет заперта, но дверь, скрипнув, поддалась. Однако, войдя в абсолютно пустое, безлюдное помещение, я была поражена изменениями, которые произошли здесь всего за несколько месяцев.

- Определенно,