Дитя феникса - Барбара Эрскин

Джон бросил письмо в сторону и, дойдя до окна, кинул взгляд на западный берег реки. Стоял чудный майский день. С высоты крепостной башни он видел вдалеке живые изгороди боярышника и сады, окутанные розовой дымкой. Ослепительно сияло солнце, отражаясь в широкой реке как в зеркале. Его лучи проникали в низкие песчаные холмы, растянувшиеся по побережью, где разгружались две галеры.

– Дядя, ведь она еще совсем ребенок. – Он стал загибать пальцы. – Ведь ей, должно быть, не больше одиннадцати! Что же мне с ней делать?

– Для начала отправь ее служанок распаковывать вещи и покажи ей свои владения на возможно большем расстоянии от замка, – отрывисто произнес дядя. – Я хочу сохранить дружбу с этим старым лисом, да так, чтобы наш союз был прочным – не разлей вода, но при этом держать с ним дистанцию. И ты должен прилагать все силы, чтобы вести себя так же. Что же до Элейн, воспитай ее такой женой, какую себе желаешь. Покажи ей, кто хозяин, и она будет бесценным приобретением для тебя, мой мальчик. Когда меня не станет, а ты будешь графом Честером и Хантингтоном, ты станешь одним из самых влиятельных людей в Англии. Союзником Уэльса, женатым на племяннице короля Генриха, и если Александр[2]останется бездетным, быть может, и королем Шотландии. Тогда мало кто в христианском мире сможет бросить тебе вызов. – Он усмехнулся. – Ты счастливый человек. Думаю, Ливелин вручает тебе богатый дар. – Он отвернулся, видя, что у Джона начинается приступ кашля. – А чтобы обеспечить наследование, тебе следует родить одного, а еще лучше двух сыновей, как только она сможет иметь детей.

Джон с сожалением усмехнулся, вытерев рот.

– Возможно, она знает несколько древних валлийских снадобий от кашля и сделает из меня достойного воина для тебя, дядя, – спокойно сказал он. Джон отлично понимал, какое сильное разочарование он доставляет своему дюжему дяде.

III

Элейн била дрожь, когда сквозь огромную арку они въезжали в замок Честер. Она посмотрела на знамена, реявшие над башней, и подъехала поближе к Ронвен. На секунду они остановили коней, потом она увидела, как у дверей крепости, на большой деревянной лестнице, появилась группа вооруженных мужчин.

«Должно быть, Ранульф, граф Честер, – догадалась она, – этот небольшого роста и благородного вида седой человек с румяным лицом и пронзительным взглядом; а какой-то мужчина рядом с ним – наверное, ее муж?» Она внимательно посмотрела на молодого человека. Как она и опасалась, он не походил на мужчину из ее снов. Он был гладко выбрит, худощав, одет в платье богатого клирика. Его золотистые волосы сияли на солнце. Он оставил своего спутника и сбежал по ступеням к ней. Элейн даже затаила дыхание.

Молодой человек подходил к ней все ближе.

– Леди Элейн?.. – Он взял ее руку в свою и поднес к губам. – Добро пожаловать.

Повозки и всадники, сопровождавшие их, все еще въезжали во двор замка и собирались вокруг них. Но Элейн видела только улыбающиеся голубые глаза своего мужа.

IV

– Во имя всех святых, дядя! Я не могу спать с этим ребенком! – Джон в ужасе посмотрел на графа Честера. – Она ведь еще совсем дитя.

– В этих поместьях есть девочки на год моложе ее, и они путаются с кем попало, – парировал лорд Честер. – Она достаточно взрослая для этого. И ты будешь дураком, если быстро не сделаешь ее своей женой. Если ты промедлишь, то кто-нибудь опередит тебя, и тогда тебе придется воспитывать своим наследником незаконнорожденного ребенка! – Он смягчил выражения. Он даже намекать не хотел на слабое здоровье племянника. – Делай, как я велел. Отправь всех ее слуг распаковывать вещи, затащи ее в постель, и пусть как можно быстрее она родит тебе ребенка. Если будешь как следует ее кормить, ее фигура станет очень соблазнительной.

– Спасибо за совет, дядя. – Джон плотно сжал губы. – Но пока я бы предпочел, чтобы у нее были свои покои в замке. Тетушка Клеменс освободила для нее и служанок две комнаты в западной башне. Когда она повзрослеет и свыкнется с жизнью вдали от дома, я обязательно подумаю о твоем совете. – Уходя, он не слышал недовольного вздоха дяди и не видел, как тот скептически покачал головой.

V

– Ну как, нравится? – Джон тихо появился за спиной Элейн. Она стояла перед высоким окном, печально вглядываясь в многолюдные улицы Честера.

Она резко вскочила с виноватым видом.

– Для меня этот город слишком большой и шумный, милорд. – Она искоса посмотрела на него. У него было доброе лицо и нежные руки: теперь он не казался таким страшным, как прежде. Пока он ничем не выдавал своей склонности разлучить ее с Ронвен и завлечь в постель.

– Все города такие, – с улыбкой произнес он, осматривая ее худое, веснушчатое лицо, рыжие волосы и большие зеленые глаза. Высокая для своих лет, она едва доставала ему до плеча. – Вам придется привыкнуть к городской жизни. Каждый год мы будем посещать многие города и городки, – со вздохом сказал он. – Лондон, Честер, Йорк, Эдинбург, Перт.

– Вы хотите сказать, что здесь мы не останемся? – Конечно, она знала об этом. Никто не сидит на одном месте. Даже ее отец время от времени посещает свои дворцы и замки в Гвинеде. Но Абер всегда был для него домом, его любимым местом. Абер находился неподалеку от Честера. Она посмотрела на него, стараясь скрыть страх и унижение. Элейн не могла не услышать, как в соседней комнате Ронвен препирается с Лунед. Она смотрела на этого незнакомца, и голоса женщин придавали ей уверенности.

– Но ведь мы вернемся сюда? – спросила она хриплым голосом. Элейн старалась побороть ужас и отчаяние и скрыть свои чувства от его испытующего взора.

Молодой граф улыбнулся, и его голубые глаза смягчились.

– Мы будем часто возвращаться сюда, обещаю, – сказал он.

VI

Две недели спустя граф Хантингтон позвал к себе Ронвен.

– Леди Ронвен! Насколько я понимаю, вы были няней моей жены и знаете ее с младенчества. – Он сел поближе к камину и испытующе посмотрел на нее. Эта женщина была по-своему красива. Темно-серые глаза, прямая и гордая осанка.

– Я должен поблагодарить вас за то, что вы так заботились о ней все эти годы. – Он церемонно встал со стула и через всю комнату подошел к столу. – Это делает вам честь, мадам, и надеюсь, что это, – он взял со стола кошелек, – будет справедливой наградой за ваши труды. – Он вложил кошелек в руку Ронвен.

Та пристально рассмотрела кошелек, ощутив тяжесть монет под мягкой кожей.