Грешная женщина - Дениза Иган

– «Так что же получается, – говорит женщина, – Ро, добравшись до конца анекдота, улыбнулся, – меня поимели?» А моряк ей отвечает: «Именно это я и сказал, мадам».

Эдвард разразился хохотом, и через несколько секунд Уорд тоже издал несколько смешков. Когда веселье затихло, Ро и Эдвард переглянулись, Ро вытянул ногу и пнул стул своего друга.

– В чем дело, сэр капитан? До тебя так и не дошел смысл анекдота? Тебе нужны объяснения?

Уорд слегка усмехнулся и тряхнул головой:

– Только не твои.

Эдвард нахмурился. Он провел с Уордом уже два месяца, но мог поклясться, что за все это время так и не смог завладеть его вниманием дольше чем на пять минут. Сначала Эдварду было все равно, потому что в постели его ждала страстная новобрачная. Но по мере того как темперамент Эми стел все сильнее влиять на другие стороны брака, Эдвард начал замечать, что Уорд необычно рассеян.

– Ладно, приятель, хватит уже! Что случилось, почему ты ведешь себя как тупой баран?

– Тупой баран?

– Я бы воспользовался более подходящим выражением, но все же надеюсь, что ты пошевелишь задом и объяснишь нам, в чем дело.

Уорд криво улыбнулся Ро, налил себе еще портвейна и вежливо спросил:

– Это обязательно?

– Черт побери, – произнес Ро с очень забавным английским акцентом и потянулся за портвейном. – Ты вообще когда-нибудь отвечаешь на прямые вопросы или все время задаешь новые? Я не постесняюсь сказать тебе, Моn Capitaine,[5]что это ужасно утомляет.

Уорд пожал плечами.

– Он, так себя ведет с самой моей свадьбы, – вмешался Эдвард. – Как ни стараюсь, не могу вытянуть из него ни одного разумного слова. Просто довел меня до исступления.

– Правда? – неторопливо спросил Ро, кинув понимающий взгляд на Уорда. – Ну что ж, в таком случае все очень просто. Он помешался на какой-то девке.

Уорд поперхнулся портвейном и уронил графин, а Эдвард расхохотался:

– Черт, Ро, брак не изменил тебя ни на йоту!

Глаза Ро хитро заблестели.

– Как она выглядит? Рыжая и грудастая? Или блондинка с выпяченными красными… гм… губами?

– Черт, Ро, Уорд никогда не гонялся за юбками.

– Разве теперь их не называют кринолинами? – отозвался Уорд, пытаясь носовым платком вытереть пролитый портвейн. – Я слышал, что леди в Англии снова носят юбки на обручах.

– Какой ужас, сэр капитан! Где такой чопорный и благопристойный человек, как ты, мог нахвататься подобных слухов?

– И заметь, сведения совершенно свежие. Последняя женщина, о которой ты рассказывал… – Эдвард быстренько подсчитал, – была с тобой два года назад. Та белобрысая актриса. Как ее звали, Ро? Эмма?

– Эсмеральда, из Нью-Йорка, насколько я помню. Циничный смех Ро замер. Всего два месяца назад Эдвард очень сильно любил Эми, а теперь не мог понять, какого черта его угораздило вляпаться в супружество с настолько неуправляемой женщиной. Темперамент хорош в постели, но вне ее жена должна быть послушной.

– Два года без женщины! Ей-богу, друг, – со смешком сказал Ро, – ты просто святой!

Эдвард расхохотался. Уорд едва заметно улыбнулся, и его взгляд снова остекленел.

– Черт побери, он опять! – Ро небрежно всмотрелся в лицо Уорда. – Слушай, ты уверен, что он не пьян? Может, этот портвейн здорово ударил ему в голову?

– Черт возьми, нет! Он разлил половину проклятой бутылки, когда ты… – Эдвард замолчал, до него дошло. – Клянусь Богом, это правда! Уорд нашел себе женщину!

– Нет! – воскликнул Ро. – Уж не подумываешь ли ты о женитьбе и о том, чтобы настрогать полный дом маленьких морячков, старина? Это, случаем, не Пенелопа Кёртис, нет?

– Ни за что, – поддразнил друга Эдвард. – Она слишком хорошенькая, чтобы клюнуть на это ястребиное лицо. Как насчет Корнелии Ховард? У нее такой крючковатый нос, что она могла и не заметить клюва Уорда.

Уорд ухмыльнулся и помотал головой:

– Вы, ребята, сильно сбились с курса.

– Ну, тогда она из нью-йоркского общества, – решительно заявил Ро. – Думаю, из Ливингстонов. Или из Моррисов.

Эдвард покачал головой:

– Не может быть.

– Эдвард, я ошеломлен! Да он лучше будет пить мой портвейн, чем выплясывать перед обыкновенной женской юбкой!