Дьявол-южанин - Диана Уайтсайд

«Господи, он же выполнит свою угрозу!» – мысленно воскликнула Джессамин.

– Нет-нет, я… – Она потупилась. – Обещаю, что буду подчиняться тебе.

Он едва заметно улыбнулся:

– И простишь меня, хотя я вовсе не разделяю твой энтузиазм?

– Я не сержусь на тебя. И буду делать все, что от меня требуется. – Джессамин снова села и протянула руку к бокалу с вином.

– Будешь подчиняться всегда и везде? – допытывался Морган.

– Что ты имеешь в виду?

Он откинулся на спинку стула и взглянул на нее с усмешкой.

– Видишь ли, единственное место, где мы полностью доверяем друг другу, – это постель. Поэтому ты должна доказать мне здесь и сейчас, что умеешь подчиняться всегда. Или же я позабочусь о том, чтобы ты вернулась в Джексонвилл к бабушке Эулалии.

– Но, Морган!..

Он смотрел на нее все так же пристально.

– Ты отказываешься, дорогая?

– Разве моего слова недостаточно?

– А моего?

Она вздохнула и сказала правду:

– Нет, твоего недостаточно. А я… Я уже сказала, что буду слушаться тебя безоговорочно.

– Но ты должна доказать. Знаешь, я придумал новую игру… Тебе следует сидеть не за столом, а на столе.

Джессамин посмотрела на него с подозрением.

– На столе?

– Совершенно верно. Ты должна сидеть или лежать.

Она взглянула на стол, и он показался ей достаточно длинным и крепким для любовных игр.

– И что же?..

– Я буду тебя возбуждать, но имею право прикасаться только руками и губами. – Он говорил с таким видом, словно речь шла о партии в шахматы, и это делало его предложение еще более заманчивым. – Видишь ли, это будет проверка моего мастерства и твоего послушания. Так как же, дорогая, согласна?

– Только не в столовой, Морган. Ведь могут появиться слуги. Или Райли.

– Раз ты заранее начинаешь со мной спорить, тогда нет смысла продолжать совместную поездку, не так ли?

– Но, Морган…

Она посмотрела на него просительно, но он молча пожал плечами.

«Ну что ж, если он настаивает…» – подумала Джессамин. И она вдруг почувствовала, что ей все больше нравится это предложение Моргана. Конечно, она не верила ему, когда он говорил о том, что золото Ортица – просто выдумки, но кое в чем она вполне ему доверяла. В конце концов, он ведь ни разу не причинил ей боли, ни разу не унизил. Более того, все, что он делал с ней, доставляло ей необыкновенное удовольствие.

Облизав внезапно пересохшие губы, она уселась на край стола и, обхватив себя руками за плечи, вопросительно взглянула на Моргана. Он улыбнулся и кивнул с явным одобрением. Затем взял со стола салфетку и свернул ее, так что получилась длинная повязка.

– Вот, на глаза. – Он протянул ей салфетку.

– Завязать глаза? – Она взглянула на него с удивлением. – Мне нельзя смотреть?

– Нельзя.

Она вскинула руку в знак протеста, но он тут же нахмурился:

– Джессамин, ты уже отказываешься мне подчиняться?

Она со вздохом опустила глаза.

– Нет-нет, я согласна.

– Очень хорошо. – Морган взял у нее повязку и сам завязал ей глаза. – Что-нибудь видишь?

Фыркнув, она опустила повязку чуть пониже и покружила головой. Немного помолчав, пробормотала:

– Нет, ничего.

Морган мысленно улыбнулся. Она все-таки смирилась, и это очень его обрадовало. Ему требовалось, чтобы она подчинялась ему беспрекословно, даже если какие-либо приказы вызывали у нее внутренний протест.

– Вот и хорошо. Не бойся ничего, – прошептал он ей на ухо.

Взяв миску со льдом, Морган погрузил в колотый лед фужер для шампанского, утопив ножку до самого верха. Затем кончиком пальца приподнял подбородок Джессамин, а краем фужера легонько провел по ее шее.

Она вскрикнула и отпрянула, но тут же успокоилась.

Подержав немного пальцы во льду, Морган провел ими по ее ключице, и она с тихим стоном подалась ему навстречу. А по ее груди потекла тоненькая струйка воды.

– Потрогай себя между ног, – сказал Морган.

– Здесь, в столовой? – спросила она с удивлением.

– Разумеется, здесь. Приподними юбки и потрогай. Ты же не станешь утверждать, что не знаешь, как это делается.

Щеки ее залились румянцем.

– А ты… Ты не прикоснешься ко мне там ледяной водой? – прошептала она.

Морган невольно улыбнулся и посмотрел си в лицо. Он не видел ее глаз, но мог бы поклясться, что она именно этого хотела.

– Я сделаю то, что тебе захочется. Если будешь послушной.

Джессамин с громким вздохом приподняла юбки чуть выше коленей.

Морган тут же ощутил мощный прилив крови внизу живота. Сорвав с себя пиджак и галстук, он начал расстегивать рубашку.

– Повыше, Джессамин, – велел он.

Она подняла юбки еще выше, приоткрыв панталоны из тонкого белого батиста, отделанные по низу лентами и рюшами.

Морган почувствовал нестерпимое жжение в паху. Черт побери, где же Уильям хранит здесь кондомы? Может, в буфете? Скинув с плеч подтяжки, он начал обшаривать полки.

– Поласкай себя, Джессамин.

– Морган, это… неприлично. – Она тихо всхлипнула.

Он сокрушенно покачал головой:

– Джессамин, ты снова не слушаешься? Ты ведь обещала подчиняться. Ну, приступай.

Наконец он нашел то, что искал, и поспешно расстегнул брюки. В следующую секунду он услышал, как Джессамин застонала, и обернулся.

Запрокинув голову, она ласкала себя между ног, и из ее горла то и дело вырывались стоны.

Внезапно поезд дернулся, и Джессамин упала на спину. Однако она не убрала руку и продолжала возбуждать себя. «Господи, как она сейчас красива…» – подумал Морган. Взяв ее за руку, он молча склонился над ней.

– Морган, пожалуйста, быстрее, – взмолилась она. – О, пожалуйста!..

– Да, дорогая. Сейчас. – Поставив колено между ее ног, Морган склонился над ней и немного спустил брюки.

Джессамин тихо застонала, обвивая руками его шею. Взяв ее за бедра, он не стал больше мучить се и тотчас же овладел ею. Минуту спустя оба уже громко кричали, наслаждаясь остротой ощущений. Прошло еще несколько секунд, и она, содрогнувшись всем телом, затихла в изнеможении. В следующий миг затих и Морган. «Наконец-то, – подумал он, крепко прижимаясь к Джессамин. – Наконец-то я услышал ее мольбы…»

Потом он долго размышлял над безрассудством своего поступка. Разумный человек – независимо оттого, верит он или не верит в золото Ортица, – взял бы карту, а Джессамин оставил бы в городе, в безопасности. Он же потащил за собой женщину, хотя и знал, что им, скорее всего, придется столкнуться с Чарли Джоунсом. К тому же она, эта женщина, по-прежнему не считала его порядочным человеком. Слава Богу, что он хоть избавился от прежней одержимости, избавился от желания отомстить ей за унизительные дни на чердаке. Да-да, теперь-то он наконец успокоился…