Остров любви - Констанс Холл

— Идите в свою комнату, — обратился Лахлан к Регане, повернулся к собакам и приказал: — Сторожить.

Псы послушно встали по обе стороны двери.

— Мне правда не хочется, чтобы они находились внутри, — сказала Регана, косясь на огромных зверей.

— И все-таки они должны остаться с вами.

Забота Лахлана тронула девушку.

— Пусть так и будет, раз вы настаиваете, — сказала Регана.

Собаки последовали за Реганой, затем Чарли, остановившись, слизал что-то с руки леди Маргарет.

— Жалкие твари, — со вздохом произнесла леди Маргарет. — Почему ты настаиваешь, чтобы они оставались внутри?

Услышав ее голос, Чарли поспешил за Реганой в комнату. Лахлан поспешно захлопнул дверь, и ответа Регана не услышала. Она перевела взгляд на свою стражу.

— Ложитесь там. — Девушка дрожащей рукой указала в угол.

Собаки не двинулись с места и не отрываясь смотрели на нее.

— Ну что ж, наглецы, — она осторожно прошла мимо них, — делайте что хотите, только держитесь от меня подальше.

Поглядывая на собак, Регана взяла сумку и открыла. На дне обнаружила небольшую кучку пороха и свинцовую пулю — кто-то действительно разрядил «Старого Грея». К счастью, она припрятала немного пороха и пулю в коробке из-под шляпки про запас. Открыв коробку, она обнаружила, что все на месте. Осторожно перезарядила пистолет и положила под подушку. Собаки наблюдали за ней, но не двинулись с места.

— Вот и хорошо, там и оставайтесь.

Регана переоделась в ночную рубашку и достала из тайника дневник.

«Февраль 1775 г .

Жизнь закончилась. Я узнала, что ношу ребенка. Боже, помоги мне! Я не хочу детей от Балморала. Это испортит фигуру. Толстую актрису никто не возьмет, а я хочу вернуться на сцену. Я просила Балморала отвезти меня в Лондон развеяться. Он отказался, держит меня здесь словно в тюрьме. Мне кажется, он догадывается, что я хочу избавиться от ребенка. Но как это сделать?»

«Сентябрь 1775 г .

После пятнадцати часов мучений я родила мальчика, наследника. Не хочу даже смотреть на него. Ведь это из-за него мне пришлось столько страдать. Я отослала его к няньке. Балморал ходит гордый, как петух, назвал сына Лахлан. А мне все равно».

Покачав головой, Регана перелистнула несколько страниц.

«Май 1776 г .

Ужасные, просто ужасные новости. Я снова ношу ребенка. На этот раз я точно умру. Больше не вынесу такую боль. Хватит с меня. Я знаю одну бабку на севере, которая поможет мне».

Регана остановилась, руки дрожали. Никто не должен найти этот дневник, особенно Лахлан. Она не могла больше читать и с шумом захлопнула книгу.

На следующее утро девушку разбудил стук в дверь. Ей снился ужасный сон, будто ее душил тот самый человек, который требовал, чтобы она покинула замок. Регана резко открыла глаза и увидела клок серой шерсти и болтающиеся уши. Это оказалась голова Принца. Она сжалась всем телом, затем повернулась направо и увидела Чарли. Господи, какой же он огромный! Пес сопел ей прямо в ухо, положив свои длинные ноги прямо на нее. Теперь понятно, что душило ее всю ночь.

Регана собралась с силами и приказала:

— Прочь с кровати.

Голос ее дрожал и, наверное, звучал не слишком убедительно, потому что собаки хотя и подняли головы, но не двинулись с места.

— Пошли вон! — приказным тоном повторила Регана.

Дернув ушами, собаки переглянулись и спустились с кровати.

Стук в дверь повторился.

— Сейчас открою.

Регана надеялась, что это Лахлан, быстро натянула платье и пошла открывать. На пороге стоял Джиллис с подносом в руках.

— Хозяин велел принести вам завтрак.

Регана попыталась скрыть разочарование.

— А сам он где? — Регана выглянула за дверь и увидела стул. Лахлан, видимо, провел на нем всю ночь.

— У себя, мисс. Он приказал мне присматривать за вами.

— Ах вот как! Кстати, Джиллис, как вы себя чувствуете?

— Иногда дрожит рука, не знаю почему.

— Надеюсь, скоро пройдет.

— Спасибо, мисс, обязательно пройдет. Регана заметила синяк на его щеке.

— Вас кто-то обидел? Не ответив на ее вопрос, Джиллис сказал:

— Еще, бывает, кружится голова.

— Понятно. Регана вспомнила прошлую ночь, когда кто-то дрожащими руками схватил ее в темноте. Может, это был Джиллис? Ведь не подпускает же он ее к кромлеху.

— Леди Маргарет просила вас зайти к ней после завтрака, — сказал дворецкий.

— Хорошо. — Регана взяла поднос.

— Ах да, чуть не забыл. Вы оставили в комнате хозяина свой блокнот. Я положил его на поднос.

— Спасибо. А вы можете избавить меня от этих монстров? — Регана указала на собак.

Они тут же навострили уши, будто все понимали.

— Не могу, мисс. Хозяин велел вам накормить их.

— Но вы сами можете это сделать.

— Хозяин предупредил, что именно так вы и скажете. Я буду за дверью. — И Джиллис вышел из комнаты.

Принюхиваясь, собаки смотрели на Регану.

— Стоять, — скомандовала девушка и бросила взгляд на поднос.

В одной тарелке были яйца и пшеничные лепешки с маслом, в двух других — куски мяса. Почуяв запах мяса, собаки оживились.

— Сейчас я вас накормлю, — сказала Регана, бросая им еду.

Собаки в один момент проглотили мясо.

Регана пошла к леди Маргарет и с облегчением вздохнула, когда собаки наконец оставили ее в покое. Стоило вдове бросить на них испепеляющий взгляд, как псы замерли у порога.

Все утро Регана исполняла поручения хозяйки и не успела спросить о леди Макгрегор. Зато ей удалось отправить отцу письмо с символами, которые она срисовала с могильной плиты. Она знала, что это заинтересует отца.

Сама леди Маргарет была занята вышиванием.

— Может быть, наденете очки? — предложила Регана.

— Мне не нужны очки, дорогая. У меня всю жизнь превосходное зрение, — ответила леди Маргарет, с неодобрением посмотрев на Регану.

Та промолчала и стала составлять недельное меню.

— Прекрати писать, разговор еще не окончен.

— Откуда мне было знать? Я вам предложила надеть очки, вы отказались. О чем еще говорить?

— О твоих доводах, дорогая. Полагаю, у тебя их целая куча.

— Нет, добавить мне нечего. Вам решать, надевать очки или нет.

— Разумеется, мне. И ни одна нахалка не сможет меня переубедить.