Доктор Любовь - Хейли Норт

А Хантер нет.

Однако она решила, что по примеру Скарлетт из «Унесенных ветром» подумает об этом завтра. Скользнув под одеяло, Даффи не могла не улыбнуться при мысли, что их с Хантером чудесное занятие не завершено.

Чтобы покинуть спальню Даффи, Хантеру пришлось призвать на помощь все свое самообладание. С легким стуком он затворил дверь, отделившую от него Даффи.

Он с раздражением пихнул диван, на котором дрых Алоизиус.

Но этот толчок отнюдь не прервал раздражающего храпа его партнера.

– И это называется люкс, – пробормотал Хантер и отправился спать на кровать, слишком огромную для одного человека.

Утром он проснулся в гораздо лучшем расположении духа. И тут же стал будить и выпроваживать Алоизиуса в его номер, чтобы тот поскорее принял восстанавливающий душ. Поганец даже не помнил, что он устроил вчера, явившись сюда с двумя проститутками.

Возвращаясь от Алоизиуса, Хантер едва не столкнулся с седовласым официантом, стучащимся в дверь их номера.

Дверь приоткрылась. Даффи, одетая в бледно-желтое платье и выглядевшая свежее, чем нарцисс, помахала официанту.

Хантер прикрыл рукой свой щетинистый подбородок. Он был сейчас рядом с Даффи все равно, что сорная трава около цветка.

– Доброе утро, – поприветствовала его она, слишком весело для женщины, спавшей так мало. – Я заказала легкий завтрак.

– Прекрасно, – буркнул Хантер. Он должен был подумать об этом сам. Однако пока он не выпьет чашку кофе, его мозги плохо соображают.

Официант колдовал у стола в гостиной.

Хантер застыл на пороге.

Даффи подошла ближе. Спросила тревожно:

– Надеюсь, ты не возражаешь?

Должно быть, он бессознательно нахмурился.

– Конечно, нет. Ты просто ангел, что позаботилась об этом. Только…

– Только?

Держась одной рукой за свой подбородок, Хантер впитывал взглядом Даффодил Лэндри. Ее волосы светились; в блестевших глазах не было ни намека на долгую бессонную ночь; на ее лице было так мало косметики, что он не мог с уверенностью сказать, нанесла ли она ее вообще. Простое платье подчеркивало ее чудесную фигуру, не прикрывая коленей. Хантер закончил осмотр, с улыбкой отметив, что сейчас Даффи была без чулок.

– Хантер, что такое? – Терпение явно не являлось достоинством Даффи.

Хантер убрал руку от безобразия на своем лице и тихо, чтобы не услышал официант, сказал:

– Ты всегда по утрам такая красивая и свежая?

Она слегка покраснела, чем еще больше очаровала его.

– Полагаю, я должна бы сказать «да», но что делать, – Даффи подмигнула, – если потом ты увидишь меня в ином виде?

Хантеру пришла в голову забавная мысль, что это можно выяснить путем эксперимента – надо только провести вместе достаточное количество ночей. До чего жаль, что поздно вечером им нужно возвращаться в Новый Орлеан, где у него на следующее утро уже назначена встреча.

Официант громко кашлянул, видимо, опасаясь, что Хантер захочет прямо в его присутствии проверить на вкус, так ли свежа Даффи, как выглядит.

Даффи повернулась к официанту. Хантер, с усилием переключившись с секса на деньги, сказал:

– Ну, ну, я позабочусь об этом сам.

Но конечно, никакой мелочи на чаевые у него при себе не было. Только штаны и тенниска, которую он накинул перед тем, как избавиться от Алоизиуса.

Даффи держала в руке деньги.

– Все нормально, – сказала она. – У меня есть.

Благодарный официант обвел их обоих взглядом и улыбнулся:

– Вы напомнили мне меня и мою жену в те времена, когда мы только поженились. Желаю вам счастья.

Хантер привлек Даффи к себе и поблагодарил:

– Спасибо, сэр.

Официант ушел, и Даффи выскользнула из объятий Хантера.

– Перестань, Хантер!

Он был сама невинность. В конце концов, у него в этой жизни слишком много дел, чтобы он еще волновался и о том, как найти женщину, с которой можно провести остаток жизни. Любой, кто его знал, мог сказать, что он ловит женщин так же, как некоторые ловят рыбу.

– О! – Голос Даффи прозвучал почти разочарованно.

И, следя затем, как она направляется пить кофе, Хантер почувствовал какую-то пустоту. Действительно, стоит ли притвориться, хотя бы на мгновение, что Даффи его невеста?

Он тряхнул головой, отгоняя эту мысль.

– Я, пожалуй, приму душ, – сказал он.

– Конечно. Возьмешь с собой чашечку кофе?

Это обрадовало его. Он ожидал, что Даффи захочет, чтобы они чинно сели к столу, хотя сам он редко завтракал. Она налила ему кофе.

– Сливки? Сахар?

Интересно, является ли Даффи членом клуба на Сент-Чарлз-авеню, где леди обязаны носить белые перчатки? Ей шла роль хозяйки за столом, и Хантер подумал, что он и мечтать не может о такой спутнице жизни, как Даффи. Их разделяет целая пропасть.

– Сахар, пожалуйста. – Он подошел и взял чашку из ее рук. – Спасибо. – Он никому не позволит сказать, что Тельма не обучила его манерам.

Их пальцы соприкоснулись, когда чашка переходила из ее рук в его. Даффи сейчас не выглядела такой веселой, какой казалась, когда он только вошел. Но время бежало, а Хантер не мог опаздывать на съезд.

– Не принимай близко к сердцу, – произнес он мягко и обрадовался, когда она улыбнулась в ответ.

Даффи была поражена скоростью, с какой Хантер собрался, – так же как и результатом их сборов. Да он и вообще в любом обществе выделялся своими темными глазами, высоким ростом и притягательной улыбкой – доказательством тому был благотворительный вечер в пользу Клуба сирот. У Даффи дух захватило, когда она стала рядом с ним в лифте – достаточно близко, чтобы не думать ни о чем, кроме как о прошедшей ночи.

И когда они на лимузине, украшенном вымпелами, подъехали к «Конвеншн-сентер», где женщины и мужчины в черном бросились к Хантеру, Даффи поняла, что она далеко не единственная, кто подпал под его чары.

Но зато она была единственной женщиной, вышедшей с Хантером из лимузина и стоявшей рядом с ним. Ее преследовали не только любопытные, но также и завистливые взгляды. Некоторые мужчины откровенно рассматривали ее.

Хантер оберегал ее от толпы, он вел Даффи, держа свою руку у нее на талии. Встречавшей их Мелани, полной женщине, отвечавшей за организацию мероприятия, Хантер представил Даффи как свою помощницу из Нового Орлеана.

Женщина кивнула, энергично тряхнула головой и повела их в огромный зал. Она проводила Хантера за кулисы, а Даффи усадила в первом ряду зала на место в секции прессы, сказав, что Хантер после своего выступления подойдет к ней. Прежде чем покинуть ее, Мелани произнесла: