Ночные удовольствия - Шеррилин Кеньон

— Но разве тебе не бывает одиноко? — спросила Аманда.

— Ты можешь быть одинокой и в толпе.

— Думаю, да. Но все-таки…

Он скосил на нее взгляд.

— Почему бы тебе не спросить о том, что ты действительно хочешь узнать?

— Если ты читаешь мои мысли, почему ты сам не ответишь?

Его губы растянулись в улыбке, как у волка, только что обнаружившего новую добычу.

— Да, милая, я думаю, что ты неописуемо сексуальна. И я ничего не хочу так сильно, как отвезти тебя к себе и сделать так, чтобы пальцы на твоих ногах свернулись в трубочку.

Жар опалил лицо девушки.

— Ненавижу, когда ты так делаешь. Ты еще хуже Табиты. Господи, неужели у всех Темных Охотников есть такие силы.

— Нет, детка, только у меня. — Ответил Хантер, а потом добавил, — У каждого из нас свой набор способностей.

— Должна признаться, я бы действительно хотела, чтобы у тебя был какой-нибудь другой.

— Хорошо, сладкая. На тебя это больше не действует. Никакого чтения мыслей.

Глядя на него, Аманда осознала, что, несмотря на буйный нрав и привычку строить из себя мачо, под всем этим он скрывал благородное сердце.

— Ты хороший человек, Хантер.

— Ты имеешь в виду, хороший вампир.

— Да, но ты не пьешь кровь.

Уголок его губ дернулся.

— Это Юлиан рассказал тебе, так ведь?

— Да. Он сказал, что Темные Охотники в отличие от Апполитов избежали этой части проклятия Апполона.

— Для справки, — бросил он предупреждающим тоном, — Нам не нужна кровь для жизни, но некоторые Темные Охотники, которых называют Кормящимися, пьют ее. — Хантер переключил передачу. — Думаю, прошлой ночью вы с Юлианом проговорили намного дольше, чем следовало бы.

— Возможно.

Но с другой стороны Хантер стал ее любимой темой. Она продержала бедного Юлиана полночи, расспрашивая о Кириане и Темных Охотниках.

— Это правда, что Даймоны живут только двадцать семь лет?

Он кивнул.

— Вот почему они так опасны. Большинство Апполитов готовы на все, лишь бы выиграть еще один день.

По информации, добытой у Юлиана, именно поэтому Темные Охотники были бездушными. Это не давало Даймонам заполучить самые сильные души. Чем сильнее та была, тем дольше жили они.

— Такие, как ты, — сказал Кириан, — это главная приманка для Даймонов. Когда они забирают душу, они вбирают все способности вместе с ней.

Аманда фыркнула.

— Нет у меня никаких особенных сил.

— Ты можешь верить любой лжи, если это сделает тебя счастливой.

— Это не ложь, — сказала, защищаясь, Аманда. — У меня нет абсолютно никаких способностей. По крайней мере, если это не предполагает перемалывания цифр.

— Ну, хорошо, мельница, я тебе верю.

Его слова говорили об этом, но голос выдавал прямо противоположное. Сузив глаза на этого упрямца, она указала ему дорогу к своему дому.

Когда они подъехали ближе, девушка увидела облака серого дыма, поднимающегося в ночное небо.

— Это пожар?

— Да, и, кажется, серьезный.

— О, нет, — выдохнула Аманда, когда они приблизились, и она увидела, что это горит ее дом.

Но Хантер даже не остановился, направившись к дому Табиты, где полыхал еще один пожар.

Слезы затуманили глаза, когда она неуклюже пыталась нащупать ручку двери.

— Табита! — закричала Аманда, в ужасе от того, что ее сестра может быть внутри.

Не успела она моргнуть, как Хантер уже выскочил из машины и вбежал в горящий дом.

С колотящимся сердцем Аманда выбралась наружу.

Скидывая туфли на высоких каблуках, она забежала на крыльцо, но не отважилась войти внутрь с босыми ногами.

— Хантер? — позвала девушка, пытаясь разглядеть что-нибудь сквозь языки пламени. — Табита!

Пожалуйста, пусть с тобой будет все в порядке, Табби. Пожалуйста, будь на работе!

Пока она ожидала увидеть или услышать Кириана, мотоцикл пролетел через двор Табиты и с визгом затормозил у тротуара.

Двигаясь молниеносно, мужчина стащил черный шлем с головы, бросил его на землю и рванул к дому так быстро, что Аманда даже не успела разглядеть его. Он вернулся в тот же момент, как Хантер вышел из дверей, неся на руках соседку Табиты.

Аманда прошла за Кирианом на газон, куда он уложил Эллисон.

— Табиты там нет, — сказал он, склонив голову к неподвижному телу Эллисон. — Она сильно надышалась дымом. Кириан оглядел улицу вокруг; несколько соседей стояли неподалеку, но никто из них не спешил помочь.

— Где эта чертова скорая? — прорычал Хантер.

Терминатор подбежал к ним. Он лизнул в лицо сначала Эллисон, а потом Аманду.

Поглаживая черную с белыми пятнами собаку, Аманда подняла глаза, чтобы разглядеть мужчину, который приехал на мотоцикле. Он был настолько же красив, как и Хантер, и все же, в нем было что-то неземное. Мистическое.

Его светлые волосы были пострижено коротко, кроме двух длинных косичек, спадающих с его левого виска до середины груди. На нем была черная мотоциклетная куртка на молнии с красным и золотистым кельтским орнаментом и толстый золотой торквес[21], охватывающий шею.

Мужчина присел позади Хантера и провел рукой в перчатке в нескольких сантиметрах над телом Эллисон.

— У нее обожжены легкие, — тихо произнес он.

— Ты можешь ей помочь, Талон? — спросил Хантер.

Талон кивнул. Он снял перчатки, и положил ладони на ребра Эллисон.

Через несколько секунд дыхание Эллисон выровнялось.

Талон встретился взглядом с Амандой. Она задрожала, увидев, что у него такие же точно глаза, как и у Кириана.

В этом новом Темном Охотнике было что-то странное и тревожащее.

Он весь излучал спокойствие, словно бездонный пруд. В нем была какая-то невозмутимая безмятежность, которая одновременно и привлекала, и страшила.

И до нее дошло, что должно быть происходило нечто действительно ужасное. Почему бы еще тут в это же время появился другой Темный Охотник?

— Это Десидериус устроил поджоги, так ведь? — спросила Аманда.