Замок среди деревьев - Рэчел Линдсей

— Уверена, что так и есть. — Голос Стефании немного дрожал. — Но вы мне льстите, если полагаете, что я могу встать между ними.

— Я не намерена вам льстить, но я знаю своего сына и вижу, как он на вас смотрит.

— Вам просто почудилось, графиня…

— Напротив. Я знаю, что вы нисколько не поощряли его. Но женщины всегда бегали за ним, а вы, с вашим холодным английским отношением к мужчинам, упорно его игнорировали. Думаю, — сухо добавила графиня, — он нашел в этом неотразимую новизну.

Вспомнив, как в последние несколько дней она сама страстно желала броситься в его объятия, Стефания горько усмехнулась.

— Это не шутка, — упрекнула ее старая леди. — Ради вашего собственного счастья вам лучше немедленно уехать.

— И это единственная причина? — тихо спросила Стефания. — Или у вас есть еще какие-то основания хотеть, чтобы я уехала?

Графиня не отвела своих черных глаз.

— Это единственная причина. Я думаю о будущем Карлоса.

Стефания ничего не ответила. Все, что сказала сейчас графиня, могло иметь двойной смысл. Действительно ли старая леди боится, что Карлос влюбится в англичанку, или знает, что Стефания побывала в потайной комнате башни? Но и на тот, и на другой вопрос едва ли удастся получить ответ.

— Вам нечего беспокоиться. — Девушка встала. — Я уеду так скоро, как смогу.

— Я рада. Есть вещи, более заслуживающие внимания, чем деньги.

— Знаю, — спокойно ответила Стефания. — Мир и покой в душе. Вы этого никогда не купите.

Опасаясь, что если задержится хоть на минуту, то не сможет сдержать слез, девушка поспешила уйти с террасы. Она шла опустив глаза и заметила Карлоса, лишь когда тот оказался рядом с ней. Она бы наткнулась на него, если бы он не выставил вперед руки.

— Вы всегда в спешке. Что на этот раз случилось?

Стефания пробормотала что-то невнятное и попыталась пройти мимо, но граф преградил ей дорогу:

— Я вас искал.

— Зачем?

Он достал из кармана небольшой кусочек радужного бархата.

— Жаник нашла этот образец в Лиссабоне. Она думает, что этот материал подойдет для одной из стен в моей спальне. Идемте, я покажу вам.

— Это не может подождать?

— Я бы предпочел сделать это прямо сейчас, если, конечно, вы не заняты. Возможно, вы собирались повидаться с сестрой?

— Только не утром. Я встречаюсь с ней позже.

— В таком случае у вас нет повода для отказа.

Прежде чем она смогла найти подходящий ответ, граф уже зашагал к восточному крылу. Затрепетав, девушка последовала за ним, глядя на его темные волосы, широкие плечи и страстно желая оказаться где-нибудь за миллион миль отсюда.

В дальнем конце коридора он распахнул двойные двери, ведущие в графскую спальню замка. Богато обставленная массивной мебелью в стиле барокко, она более походила на музейный зал, нежели на обычную комнату, в которой спят. На возвышении стояла огромная кровать под балдахином. Плотные радужные портьеры ниспадали красивыми складками по обе стороны от позолоченных столбов. У окна, задрапированного таким же материалом, стояли инкрустированный туалетный столик и банкетка.

— Что вы о ней думаете? — спросил граф.

— Не в моем вкусе, — прямо ответила Стефания.

— И не в моем тоже. Но комната прекрасно расположена. Подойдите к окну и полюбуйтесь видом.

Девушка последовала за ним и выглянула в окно. Перед ней расстилался пологий лесистый склон. В отдалении мерцало голубое море, почти сливаясь с небом. За застекленной дверью оказался большой балкон, и Карлос вышел на него.

— Я думаю поставить здесь садовую мебель, столик для завтрака да еще несколько кадок с растениями.

— Но ведь здесь давно никто не живет…

— Это свадебные апартаменты, и скоро они понадобятся.

Стефания, вспыхнув, отвернулась.

— Понятно. Тогда, возможно, вы расскажете мне о своих предложениях по обустройству спальни?

— Пожалуйста. — Он протянул ей кусочек радужного бархата, который уже показывал внизу. — Мы хотели бы покрыть стены этим материалом.

Девушка взяла бархат и вернулась в комнату.

— Мне бы это не понравилось, — медленно сказала она. — Бархат слишком тяжел для спальни… Он слишком плотный. Я предпочла бы побольше свежего воздуха.

Одна черная бровь удивленно взлетела вверх, когда Карлос взглянул на девушку.

— Какое отношение стены имеют к свежему воздуху?

— Бархат прекрасно собирает пыль, — объяснила Стефания. — Обои гораздо удобнее.

— А, теперь понимаю.

— Но мое мнение значения не имеет. Это ваша комната… Вам здесь спать. — Стефания замолчала, слегка порозовев.

— Не стоит смущаться. Это пока еще не моя комната.

— Но будет вашей, когда вы женитесь. — Девушка тотчас пожалела о своих словах и отвернулась, делая вид, что тщательно обследует стену.

— Конечно, — спокойно кивнул он, — все наследники рода Мароков рождались здесь. — Он закрыл окно и вышел на середину комнаты. — Если вы не рекомендуете бархат, нам надо подумать о чем-то другом.

— Пожалуйста, не полагайтесь только на мое мнение, — поспешно сказала Стефания. — Вам следует посоветоваться с Жаник.

— Но я хочу спросить у вас, — тихо ответил он.

— Не понимаю почему.

— Не понимаете? — Граф быстро преодолел расстояние между ними и повернул девушку лицом к себе. — Смотрите на меня, Стефания, — приказал он.

Понимая, что не подчиниться ему невозможно, девушка подняла голову. Его глаза были так близко, темные и серьезные, что она могла видеть в них свое отражение.

— Почему вы упорно продолжаете изводить меня? — хрипло спросил он. — Я никогда еще не встречал девушки, которая обходилась бы со мной так.

— Вероятно, в этом и есть моя привлекательность!

— Бросьте! Сарказм вам не идет.

— Я никогда не уступлю вам, Карлос.

— Вы достаточно ясно дали это понять. Что с вами происходит, Стефания? С того момента, как мы познакомились, я чувствовал, что между нами возникло влечение. Что изменилось за последнее время?

— После нашей беседы прошлой ночью вы не имеете права так со мной говорить.

— Забудьте, что я говорил прошлой ночью. Когда я в ярости, могу сказать все, что придет в голову. Но когда я от вас вдали, я так отчаянно хочу вас, что…

— Прекратите! — Она попыталась вырваться, но его хватка стала крепче.

— Прекратите! Прекратите! И это все, что вы можете мне сказать? Вы просто боитесь страсти, Стефания, боитесь позволить себе любить.