Или все, или… - Хелен Брукс

– Джоанна, мы не ждали вас сегодня…

– Это не повод, чтобы шарить в моем кабинете! – Джоанна была в ярости.

– Я могу все объяснить. – Пьер улыбнулся еще шире. – Произошла ошибка.

– Вот именно, Пьер, и я думаю, что эту ошибку совершили вы, – отрезала Джоанна. – Вы не имеете права находиться в здании издательства, вы это знаете, я видела контракт, который вы подписали с Хоком, там об этом сказано весьма недвусмысленно. Кстати, что это за папка.

Она наклонилась и подобрала несколько листков, поэтому не видела, как Пьер кивком велел своей бывшей секретарше закрыть дверь, чтобы никто не смог услышать, что происходит в кабинете.

Джоанна мгновенно узнала бумаги, она изучала документы, касающиеся издательства «Нетта Продакшн», всю предпраздничную неделю, и это дело беспокоило все больше, когда Хок так неожиданно увез ее в Штаты. Однако она успела заподозрить что-то очень нехорошее, хотя реальные факты были погребены глубоко под ворохом бюрократической писанины и, чтобы докопаться до правды, требовались терпение и осторожность.

Она подняла голову и, взглянув в лицо Пьеру, внезапно поняла, что перед ней – ответ на все вопросы.

– Как прикажете все это понимать? – Джоанна медленно выпрямилась и в этот момент разглядела выражение его глаз – она словно почувствовала прикосновение чего-то холодного искользкого.

– Вы тупая высокомерная англичанка! – прошипел он и добавил несколько ругательств которые прозвучали тем более угрожающе, поскольку были произнесены тихо. – Всюду суете нос, лезете куда не просят, вынюхиваете, выведываете.

– Лично вы виноваты в том, что фирма обанкротилась, так? – медленно выговорила Джоанна, интуитивно завершив головоломку последним фрагментом. – Не исполнительный директор, а вы затеяли обман, и вы позволили невиновному человеку покончить с собой, когда на него пало подозрение.

– Он был никчемным идиотом. – В голосе Пьера не слышалось ни капли жалости. – А теперь отдайте бумаги, Джоанна, и ради собственного блага забудьте об этом разговоре. Неразумно с вашей стороны вставать мне поперек дороги.

– Вы угрожаете? – Ей все еще не верилось в реальность происходящего. Диалог подобного рода был более уместен в старом детективном фильме, а не в стенах крупного издательства в девять тридцать утра, в начале рабочего дня.

– Ну разумеется, и мне это обычно хорошо удается. – Пьер мотнул головой в сторону Антуанетты, и та покинула комнату с быстротой, подсказавшей Джоанне, что француженка напугана не меньше, чем она сама. – Вам достаточно будет только промолчать, и это несчастное дело умрет естественной смертью, – мягко продолжал Пьер. Он пересек комнату, остановился перед Джоанной и посмотрел в ее бледное лицо темными мерцающими глазами. – Это совсем нетрудно. – Он протянул руку и приподнял ей подбородок.

– Не пугайте меня, Пьер. – Его прикосновение внезапно развеяло страх и вернуло ее позвоночнику стальную твердость. – Я не боюсь ни вас, ни кого-либо другого. И не смейте притрагиваться ко мне.

– Вот как? – Он задумчиво оглядел ее сердитое лицо. – Возможно, я и недооценил нашу маленькую англичаночку. Тогда как вы отнесетесь к более… приятному решению проблемы? Например, к небольшому подарку на сумму, скажем…

Он назвал цифру, заставившую Джоанну изумленно раскрыть глаза. Но дар речи быстро вернулся к ней.

– Вы в самом деле считаете, что все продается? – сказала она с презрением. – Может быть, мне придется удивить вас, но меня вы купить не сможете. Эти документы сегодня же будут отправлены куда следует вместе с отчетом о нашем разговоре, и я думаю, что большую часть нового года вы увидите уже из-за решетки.

– Ну, на это не надейтесь! – Он резко наклонился и железной хваткой стиснул ее руки. – Не заставляйте меня делать вам больно.

– Убери от нее свои грязные лапы!

Пьер едва успел повернуть голову, как его поразил сильный удар, от которого он перелетел через комнату и приземлился у противоположной стены.

– Вставай! – На лицо Хока было страшно смотреть. – Я преподам тебе урок, который ты никогда не забудешь.

– Нет, Хок, нет. – Джоанна обхватила его за плечи и практически повисла наего спине, а Хок в это время пытался поднять Пьера с пола за пиджак. – Оставь его, пожалуйста, он этого не стоит.

– Я убью эту крысу.

Когда через несколько секунд прибыла полиция, которую вызвала находившаяся в состоянии истерики Антуанетта, Пьер дал себя увести. Он забыл о своих угрозах и, несмотря на то, что Хок приказал двум дюжим охранникам стеречь его до прихода полиции, сам поспешил покинуть кабинет, увлекая за собой своих конвоиров.

– Ты здорово его напугал. – Джоанна почувствовала, что ей срочно необходимо сесть, поскольку пол комнаты вдруг закачался и начал опускаться вниз.

– Я бы не то еще с ним сделал, если бы ты не вцепилась в меня. – Он сказал это очень мягко, странно глубоким голосом, что заставило Джоанну поднять голову и попытаться сфокусироваться на его лице. В следующую секунду сильные руки подняли ее в воздух, и она оказалась прижатой к его груди.

– Хок, что ты делаешь?

– То, что следовало сделать давным-давно. – Он вышел с Джоанной на руках из кабинета, миновал всхлипывающую Антуанетту и остальных служащих, застывших с разинутыми ртами, не проронил ни слова, пока они не оказались в лифте и не понеслись вниз.

– Хок, я вполне могу держаться на ногах…

– Молчи! – он сильнее прижал ее к себе, словно боялся потерять. Его сердце билось с такой силой, что Джоанна ощущала эти удары всем своим телом. В приемной они, не останавливаясь, миновали удивленных полицейских, державших поникшего Пьера.

– Но, месье Маллен, нам потребуется ваше заявление…

– К черту полицию.

Хок вышел из здания, донес Джоанну до автомобиля и так осторожно усадил на переднее сиденье, словно она была сделана из драгоценного мейсенского фарфора. Через несколько секунд он уже сидел с ней рядом.

– Хок…

– Подожди еще минутку, Джоанна.

Она бессильно подчинилась. Он стремительно доехал до какого-то пустынного переулка, граничившего с небольшим сквером, и, резко заскрежетав тормозами, остановил машину. Потом выключил мотор и, повернувшись к Джоанне, схватил ее в объятия и, не обращая внимания на ее сопротивление, припал к ее губам поцелуем, который едва не вытянул из нее душу.

– Нет, нет, Хок… – Едва она вернулась на землю из страны света и красок, в которую oн унес ее, как тут же заставила себя высвободиться из его рук.

– Да, да, Джоанна. – В голосе Хока не было насмешки, напротив – звучала какая-то болезненная искренность. Он обхватил ее лицо ладонями и устремил на нее гипнотический взгляд пронзительных синих глаз. – Пожалуйста, дорогая, не отталкивай меня.

Дорогая? Она уставилась на него в изумлении. Наверное, ей послышалось…