Должница - Надежда Волгина

Юля

Телефон «чирикнул» в тишине и темноте спальни. На экране высветилось знакомое имя, и яркий свет привычно выхватил полоску потолка. Юля ждала этого момента, хоть и уже хотела спать. Но короткая переписка на грани сна и яви стала уже частью ее настоящей жизни. И если бы сегодня Кирилл не написал, чего-то, завершающего день, ей не хватило.

«Привет! Как дела?»

Стандартная фраза – он всегда начинал с нее. Фраза, на которую невозможно ответить именно из-за того, как много всего она в себя вмещает.

«Все хорошо».

Как говорится, каков привет… Нет, ну а что он хочет, чтобы она подробно начала описывать ему события дня, который и самой ей показался длиннее обычного? Так в двух словах всего и не расскажешь, да и Юля не считала себя мастером слова – длинные тексты всегда давались ей с трудом, а уж с клавиатуры телефона и подавно.

Сегодня она написала заявление на увольнение. И когда пришла с ним к начальнице, то имела с ней серьезный разговор.

Ирина Андреевна, которую за глаза, но добродушно, все они называли Лаврушкой, удивилась такому решению Юли.

- Не ожидала, честно говоря, - проговорила главбух, разглядывая ровные буквы на листе. – Что-то случилось? – посмотрела она на Юлю.

Случилось, но уже довольно давно. В ее жизни появился мужчина, который изменил все. И теперь она в очередной раз вынуждена идти на поводу его желаний.

- По семейным обстоятельствам, - отделалась Юля общим ответом.

Ну не рассказывать же начальнице, что каждый месяц отныне ей нужна неделя отдыха, что такие условия не предоставит ей ни один работодатель.

- Семейные обстоятельства бывают разными, согласна. Но насколько я знаю, у тебя есть маленький ребенок. Неработающая мать вряд ли сможет нормально обеспечивать свое дитя. Или ты нашла другую работу?

Вот уж в чем Юля точно не нуждалась с недавних пор, так это в деньгах. На следующий же день после памятного разговора с Кириллом, когда он выдвинул свои условия по дальнейшему общению с сыном, на ее счет в банке упала довольно внушительная сумма. Отец ребенка не поскупился – сумма в несколько раз превышала месячный заработок Юли. Она даже была немного шокирована его щедростью, как и напугана, ведь не известно, что еще он потребует от них за такое вознаграждение. Но вернуть деньги она точно не сможет, да и они ей нужны, как ни крути, пусть и не в таком количестве.

Но обо всем этом Юля, конечно же, не стала рассказывать начальнице. Даже от близкой подруги этот факт она скрыла, когда та накинулась на нее с гневной отповедью.

- И ты согласилась?! Совсем ненормальная? Он же теперь веревки из тебя будет вить – требовать всего, что придет в его извращенную голову!..

Разговор состоялся, когда Юля сообщила Диане об увольнении. Специально сделала это под конец обеденного перерыва, чтобы не затягивать. Да и желания что-то объяснять, как и вдаваться в подробности, у нее не было.

- Ди, по-другому не получится.

- Что не получится? Зачем тебе вообще увольняться? Ну отвози ему на неделю Денчика, мотайся в Питер на выходных. Пусть поиграет в отца, пока не наиграется. А ты тут неделю будешь балду пинать.

- Нет, это точно не вариант. Я должна быть рядом с сыном.

Объяснять и эту свою точку зрения Юля тоже не стала. Во-первых, тот, у кого нет детей, вряд ли сможет понять ее, а во-вторых, у нее просто не было желания что-то и кому-то доказывать. Она так решила и точка – мать не должна расставаться с ребенком. А воспоминания о последнем расставании до сих пор выворачивали душу наизнанку, Юля так и не простила себя пока, что ее сын из-за нее заболел.

- Значит, ты решила стать его содержанкой, - умозаключила Диана, и прозвучало это как-то не по-доброму.

Юлю и саму не радовало такое положение вещей, но и на то, что найдет в лице подруги поддержку, она уже не рассчитывала. Благо тот разговор закончился очень быстро, вместе с обедом. А возвращаться к нему Юля больше не хотела. И даже когда Диана пару раз еще пыталась завести его снова, Юля всячески уходила от темы. В конечном итоге, кажется, Диана на нее обиделась и вот уже несколько дней даже не звонила. Ничего, со временем все наладится и вернется в прежнее русло – так хотелось думать Юле, но самой же в это не верилось. Скорее, по-прежнему уже никогда не станет.

«Как Денис?»

Кирилл неизменно называл сына только так – полным именем, не используя даже уменьшительно-ласкательную производную. В его устах имя сына всегда звучало как-то особенно сухо и неизменно царапало Юле слух.

«Хорошо. Сегодня в саду сообщила, что со следующего месяца вывожу его на время», - сообщила Юля.

Там даже обрадовались. Иногда Юле казалось, что воспитатели (не все, конечно, но некоторые из них, особенно недобросовестные) делают все возможное, чтобы детей в группу ходило как можно меньше. Не раз она уже ругалась с воспитательницей Дениски из-за распахнутого настежь окна в туалете. Зимой! В мороз! А между прочим, детишки бегают в туалет босиком – никто даже не следит, чтобы они обувались, когда приспичивает во время дневного сна. И вот из тепла группы и постельки малыш сразу же попадает в леденящий холод, шлепает босыми ножками по кафельному полу, сидит на ледяном горшке и, как результат, вечные сопли зимой. А если к соплям добавляется еще и кашель, то из сада такого малыша выводят по состоянию здоровья. Да и не только это служило поводом для ругани с воспитателями – забирала сынишку Юля тоже с улицы, в любую погоду, где с детьми гуляли так долго, пока не придет последний родитель. А Юля как раз и была из таких – последних.

В общем, возможности не водить сына в сад Юля даже отчасти радовалась, хоть и понимала, что общение со сверстниками ребенку нужно, что сидя с ним дома и гуляя раз в день во дворе, она Дениске такого дать не сможет.

«Сегодня закончили ремонт в детской», - сообщил Кирилл.

Юля уже знала, что одну из комнат в своем доме он решил переоборудовать под детскую. Готовился к приезду сына основательно. И она была ему за это благодарна. Понятия не имела, что саму ее ждет в доме Кирилла, но в первую очередь думала о сыне. А еще было немного любопытно, как же он живет. Ведь совсем скоро ей представится возможность оказаться на личной территории Кирилла, в том месте, куда до нее не ступала женская нога. Не в том плане, что женщины не приходили к Кириллу в дом, а в том, что ни одна из них не задерживалась там надолго. В этом, почему-то, Юля не сомневалась. А ей предстояло провести там целую неделю, пусть и в качестве приложения к ребенку.

Что можно ответить Кириллу по поводу детской? Пока Юля размышляла, он снова написал:

«Не терпится, когда ты увидишь. Интересно твое мнение».

Неужели его и в правду интересует ее мнение? Слабо в это верилось. Сообщения от Кирилла всегда приходили такие сухие, безэмоциональные. Как вот это, в которое он вкладывал особенный смысл – Юля это чувствовала на интуитивном уровне, но не верила.