Девочка моего брата - Юлия Рябинина

— Тише, Илья, тише, — мать суетливо начала выталкивать меня за порог.

— Мам, но я же слышал! Почему у Егора закрыты глаза? — мне казалось, что океан разочарование затопил меня изнутри. — Или я опоздал? — переводя взгляд на мать, произнес уже шепотом.

— Илюшенька, — мать вцепилась мне в руку и потащила в коридор, я перестал сопротивляться.

— Мам, что произошло? — никак не мог уняться я.

— Да все хорошо Илья, — на губах матери наконец-то появилась улыбка, ровно после того, как за ее спиной захлопнулась дверь.

— Но…

— Илья, ну что ты как маленький? Егор действительно очнулся, Илья. И это радость для нас. Он нас с отцом даже признал. Представь, — губы матери предательски задрожали, но она тут же взяла себя в руки.

— Он спит? — не мог я никак разобраться в том, что происходит.

— Спит Илюша, теперь спит, — мать еле сдерживала радость в голосе, — мы с отцом тут побудем. Доктор сказал, так будет лучше. А как там внук? Как Даня? Что говорят врачи?

— Да, я собственно потому и приехал. Хотел с доктором переговорить. Врач, у которого под наблюдением Марик, сказал, что ему необходимо будет делать переливание крови.

— Матушка Небесная Заступница, — вставила мать.

— Мы, конечно же с Даней сдали кровь. Но врач переживает, что она может не подойти Марику и тогда, донором для мальчика должен стать отец…

Я смотрел матери в лицо и видел, как оно с каждым сказанным мною словом меняется. И я не мог понять, что происходит с матушкой в данную секунду, потому что в глазах эмоций было не разобрать, а на губах улыбка была блуждающая.

— … и я бы хотел уточнить у доктора. Можно ли кровь Егора являться в данный момент донорской.

— Нет, Илья. Не может, — покачал головой мать, а я открыл рот от изумления.

Откуда ей это известно? Или может она уже спросила у доктора?

— С чего ты взяла мам? — я все же задал этот вопрос, потому как женщина неожиданно сникла.

— Потому что Марик, не его сын, — сухо ответила она.

— Что значит не его сын? С чего ты взяла? Да, Марик вылитый Егорка. Да и я все посчитал, по датам все сходится…

— Это твой сын Илья, — обрубила меня мать.

— Что? — вылупился на нее, как на нечто не земное.

— Да, Илья, Марик твой сын. И как ты сам-то этого не увидел?! Внучек, очень сильно похож на тебя, а не на Егорку, — губ матери коснулась еле заметная улыбка.

— Но этого не может быть!? — хлопая глазами, проговорил сипло.

Дверь за нашими спинами скрипнула и я, обернувшись, увидел отца.

— Что происходит? — сделал отец шаг к нам и встал за спиной матери.

— А наш Илюшка узнал, что у него есть сын, — чуть повернула мать голову к отцу и подмигнула ему.

— ТЫ ему сказала? — вздернул бровь вверх отец.

— Ты тоже знал? — вперив взгляд в отца.

— Сын, ну мы с мамой сразу это знали, — кивнул он.

— У Егора просто не может быть детей, Илья. Егор бесплоден, — грустно проговорила она.

— Почему? Почему, вы мне это не сказали? — я не мог поверить в услышанное, оттого изо рта сыпались невразумительные вопросы.

— Я думала, Даня тебе сама должна об этом сказать, — пожала плечами мать.

— Но она уверенна, что Марик сын Егора?! — стараясь держать голос под контролем, сказал как можно спокойнее.

— Тогда… — мать неоднозначно посмотрела на меня, — … вам есть что обсудить, не так ли?!

— Но откуда ты знаешь, что Егор бесплоден? — не хотел сдаваться я.

— Помнишь, когда он в девятом классе переболел паротитом?

В памяти тут же всплыл образ братишки с отекшим лицом, помню ржал над ним тогда как конь… А оказалось, что вон оно как все обернулось.

— Помню, — кивнул в ответ и заозирался по сторонам в поисках кушетки или кресла на которое можно было присесть, ноги от чего-то совершенно отказывались держать меня.

— Илья, ты только в этот раз не сглупи. Девочку не отпускай и не отталкивай, — подал голос отец, — и когда с Ликой будешь разговаривать скажи, что все это в прошлом, и мы любим и ее и Марика. Ничего не изменилось.

Отец говорил о каких-то мирских вещах, а я до сих пор не мог осознать, что Марк мой сын. Сын, о котором я ничего не знал. Сын, рождение которого я пропустил. Не видел ни его первых зубов, ни первых шагов… Черт!

Вскакиваю с места. Я больше не допущу этого и пусть весь мир катиться со всеми его законами и предрассудками к чертям, Даню с сыном, я больше не отпущу.

— Илья! — слышу уже в спину оклик матери, но я даже не повернулся.

Внутренний эмоциональный ураган был настолько силен, что казалось еще немного и он вывернет меня наизнанку.

Мне понадобилось немного времени, чтобы спуститься вниз и добраться до автомобиля. Повернув ключ в зажигании, резко вдавил газ в пол.

Я гребанный мудак, которому, нет прощения!

Никогда себе этого не прощу, что столько времени упустил.

Гнал машину на предельной скорости. Хотел как можно скорее оказаться рядом со своей девочкой и со своим сыном. Только бы успеть. Только бы не опоздать. А ведь именно это чувство внутри и засело, и только сейчас я это понял. Понял то, что могу опоздать навстречу со своей судьбой.

Обратный путь занял намного меньше времени, и только быстрая езда не позволила мне, за этот короткий временной отрезок, сойти сума. Бросив машину на парковке, пулей выскочил из нее и стараясь не заострять внимание на том, что скажу мое девочке, когда окажусь с ней рядом, направился внутрь здания.

Оказавшись в стенах больничного фае, взглядом сразу же отыскал, среди снующих туда сюда людей в белых халатах, Даню. Девушка, сжавшись в комочек, сидела на краю кушетки, уставившись в пустоту неподвижным взглядом. При виде ее такой маленькой, беззащитной, одинокой, сердце в груди сжалось, от боли за нее.

Быстро сократив расстояние между нами, ни чего не говоря, обхватил ее руками и тесно прижал к себе, зарывшись носом в ее волосы.

— Даня, девочка моя, — с жаром выдыхаю и следом же вбираю ее запах на вдохе в легкие.

— Как там Егор? — глухим, без эмоциональным голосом спросила Даня.

"Давай же, соберись тряпка. Сейчас именно тот момент, когда нужно сказать ей правду!"

Дал себе мысленную команду, и набрав побольше воздуха в легкие, но при этом не глядя ей в глаза произношу на одном выдохе:

— Нам не нужен больше Егор, Даня. Марк мой сын, — сказал и замер.

Я почувствовал, что и Даня в моих руках замерла. Вытянулась в струнку и впервые секунды даже дышать перестала.

— Этого не может быть?! — больным голосом проговорила она.