Под знаком Близнецов - Розамунда Пилчер

— …и составила длинный список людей, которых следует пригласить.

Джейсон, который никак не мог взять в толк, почему все так разволновались, прожевал бекон и спросил:

— А меня пригласят?

Но его вопрос остался без ответа.

— Вы сказали ей «нет»? — спросила сиделка, вперившись в Изабель стальным взглядом.

— Конечно, сказала.

— И что она ответила?

— Сделала вид, что не услышала.

— Это невозможно, — заявила сиделка. — Нечего даже обсуждать. Миссис Армстронг нездорова. Ей нельзя волноваться. Неужели она собирается участвовать в этой вечеринке?

— Надеюсь, вы настоите на том, чтобы она не выходила из комнаты.

— Но зачем?! — воскликнула миссис Уотти. — Зачем устраивать еще одну вечеринку? Мы еще не навели порядок после вчерашнего ужина.

Изабель вздохнула.

— Из-за Розы. Она хочет, чтобы все познакомились с Розой.

Все повернулись к Флоре. Флора, которую это сообщение ужаснуло больше других, покраснела.

— Но я не хочу никакой вечеринки. Когда я сказала, что останусь, потому что так хочет Таппи, я понятия не имела, что она задумала.

Изабель похлопала ее по руке.

— Вчера вечером Таппи сама не имела об этом понятия. Идея пришла ей в голову сегодня, рано утром. Так что это не твоя вина. Это всего лишь страсть Таппи принимать гостей.

Флора попыталась найти какие-нибудь возражения практического толка.

— Но на подготовку просто нет времени. Если надо рассылать приглашения, одной недели недостаточно…

Однако оказалось, что все уже продумано.

— Приглашения можно сделать по телефону, — сказала Изабель и покорно добавила: — Звонить придется мне.

Сестра Маклеод решила, что безумие продолжается слишком долго. Она подвинула стул и села. Накрахмаленный перед ее фартука вздулся на груди, так что она стала напоминать зобастого голубя.

— Надо твердо сказать «нет», — громко объявила она.

Миссис Уотти и Изабель разом вздохнули.

— Это не так легко, сестра, — сказала миссис Уотти. — Мы с мисс Изабель слишком хорошо знаем миссис Армстронг. Если уж она приняла решение, ее не переубедить.

Джейсон взял кусок поджаренного хлеба и намазал его маслом.

— Я еще ни разу не был на танцевальном вечере, — заметил он, но на его слова опять никто не обратил внимания.

— Может быть, с миссис Армстронг поговорит Энтони? — с надеждой предложила сиделка.

Но миссис Уотти и Изабель покачали головами. От Энтони не будет никакого толка. Кроме того, он все еще спит, наверстывая упущенное, и никто не собирается беспокоить его.

— Ну что ж, если никто из членов семьи не способен разубедить миссис Армстронг, — сказала сиделка тоном, ясно демонстрирующим, какого она низкого мнения о присутствующих, — тогда это сделает доктор Кайл.

Услышав имя доктора, миссис Уотти и Изабель заметно повеселели. Почему-то никто из них не подумал о Хью.

— Доктор Кайл, — задумчиво повторила миссис Уотти. — Да, это хорошая идея. Доктора она должна послушаться. Он придет осмотреть ее сегодня?

— Да, — сказала сиделка. — Он собирался зайти после обеда.

Миссис Уотти оперлась локтями о стол и понизила голос, как заговорщица.

— Тогда давайте не будем пока ее расстраивать. Я думаю, вы согласитесь с этим, сестра. Пусть это сделает доктор Кайл.

Таким образом, решение проблемы было успешно отложено на неопределенное время, и Флора в душе невольно посочувствовала Хью Кайлу.

Утро шло своим чередом. Флора помогла миссис Уотти убрать посуду после завтрака, пропылесосила ковер в столовой и накрыла стол к обеду. Изабель надела шляпку и повезла Джейсона в церковь. Миссис Уотти начала готовить обед, а Флора, проинструктированная сиделкой, собралась пойти наверх к Таппи.

— Ни в коем случае не следует говорить с ней о танцевальном вечере. Если она начнет разговор, смените тему.

Флора уже почти вышла из кухни, когда ее окликнула миссис Уотти. Вытерев руки, она открыла ящик и вынула большой бумажный пакет с мотками серой шерсти, из которой собиралась связать свитер для Джейсона.

— Вам как раз будет чем заняться. Вы с миссис Армстронг перемотаете мне шерсть. Не понимаю, почему они продают ее в мотках, а не в клубках.

Флора послушно взяла пряжу и поднялась наверх, в комнату Таппи. Войдя, она сразу увидела, что Таппи выглядит гораздо лучше. Темные круги под глазами исчезли, лицо посвежело. Таппи приподнялась и протянула руки навстречу Флоре.

— Как хорошо, что ты зашла. Дай я тебя поцелую. Какая ты хорошенькая! — По случаю воскресенья Флора надела юбку и шерстяной свитер. — Знаешь, я в первый раз увидела твои ноги. Не понимаю, почему с такими ногами ты все время ходишь в брюках. — Они поцеловались. Флора хотела было отстраниться, но Таппи удержала ее. — Ты сердишься на меня?

— Сержусь?

— Из-за того, что я уговорила тебя остаться. Я знаю, с моей стороны это было не совсем честно, но мне так хотелось, чтобы ты не уезжала, и я не смогла придумать другого способа переубедить тебя.

Флора была обезоружена. Она улыбнулась.

— Нет, я не сержусь.

— Я ведь знаю, что у тебя нет никаких срочных дел в Лондоне, а мне будет приятно, если ты побудешь здесь еще немного.

Она выпустила Флору из объятий, и та села на край кровати.

— Кстати, теперь вы совсем влипли, — сказала Флора, решив пренебречь инструкциями сиделки. — Вы это понимаете?

— Я даже не понимаю, что значит «влипла».

— Это значит, что вам сильно попадет за еще одну вечеринку.

— Ах, это, — хмыкнула Таппи, довольная собой. — Бедная Изабель чуть было не лишилась чувств, когда я объявила ей о своих планах.

— Напрасно вы это затеяли.

— Почему? Почему бы не устроить еще одну вечеринку? Раз я прикована к постели, должна же я чем-то занять себя.

— Вам нужно выздоравливать, а не выдумывать безумные идеи.

— Ничего безумного тут нет. В этом доме столько раз устраивались вечеринки, что все пойдет, как по рельсам. Кроме того, никому ничего не придется делать. Я все организовала.

— Изабель придется провести целый день на телефоне, обзванивая приглашенных.

— Да, но она не возражает против этого. Заодно посидит, отдохнет, а то все время на ногах.

— Но ведь надо подготовить дом, поставить цветы, передвинуть мебель.

— Мебель будет двигать Уотти. Это не отнимет много времени. А что касается цветов… — Таппи на минутку задумалась. — Цветами можешь заняться ты.