Погонялово "Маньяк" - Лидия Чайка

Никита

Когда Юля рассказала нам с Веником о том, что Лисицын уже проделал масштабную работу по разоблачению замыслов великого и ужасного Гоголева-старшего, я, мягко говоря, был в шоке. Я был в ах*е! Нахрена ему это понадобилось так скоро? Теперь у меня совершенно нет времени все уладить. Да мне завтра просто-напросто не дадут зайти в квартиру и рассказать отцу Крис про Крымова.

И это я еще воспользовался одной из дочерей Лисицына… Да Влад поступил в сто раз хуже. Он трус. Я-то влезать в дела наших родаков вообще не собираюсь. Мне пох*й на их бизнес, неудавшееся сотрудничество, взаимную неприязнь. Я люблю Кристину, и меня не колышет приказ бати достать какие-то там документы.

— …Она спит, — выглядывая из квартиры, сообщила нам Юля.

Кто бы сомневался. После такого Крис теперь накрутит себя и возненавидит… меня. И наверняка захочет порвать со мной все отношения. Только я не намерен сдаваться без боя. Я ни в чем перед ней не виноват, и потому добьюсь своего — поговорю с ней прямо сейчас. Тем более, что, скорее всего, девчонка тупо претворяется.

Под моим полным сарказма и скепсиса взглядом Вениамин дал указания разбудить среднюю сестру.

Вот, хитрюга! Моя. Прямо для меня девочка и ни для кого другого. После такой новости завалиться спать и даже не поплакать. Не верю!

Лисичка любит меня, я уверен в этом. Тот, кому ты безразличен, не сможет притворяться столь мастерски. Чувства подделать нельзя. Можно только на время заглушить. Но стоит оказаться рядом с тем, от кого у тебя сносит крышу… И все летит в задницу.

Я думал, поседею за час, что провел на лестничной клетке в обществе Лисицыных. Сначала ко мне позвонила старшая, потом — нас застукал младший. Ну а далее мы втроем обсуждали, что делать дальше: пойти к их отцу или пока не стоит. В итоге решили подождать. Вдруг к нему в руки попадет распечатка моих звонков. А если повезет, то и запись какого-нибудь разговора раздобудет. Второй момент: разобраться с Кристиной, которая безоговорочно поверила своему отцу. Тут сложнее.

Девчонка и так всячески гнала меня, бежала прочь. Она не верила словам, считая меня полной скотиной и мразью. В принципе, так оно и было. До нее. А потом меня переклинило настолько, что хоть волком вой. Мне жизненно необходимо видеть ее каждый день, чувствовать запах, прикосновения, дыхание. Боюсь, что скоро стану зависим и от поцелуев. Я испытываю почти физическую боль, когда вновь и вновь сталкиваюсь с ее недоверием. Однако, уверенность в ответных чувствах лечит. Ей нужно время. Она не может заклеймить меня только потому, что ношу фамилию отца.

Юлия и Вениамин переговаривались между собой не громко, но их батя все равно услышал. Выглянул в коридор и принялся допытываться насчет поднятой возни:

— Юля? — голос мужчины был настороженным. — Что происходит?

— Да это Веник никак в квартиру не зайдет, — принялась с ходу врать девчонка. — Все рвется обратно к своей зазнобе. Хотя, до этого уже почти зашел в дом. Любовь… Что поделать?

И это при том, что он только сегодня с ней познакомился. И переспал. А теперь, якобы собрался к ней обратно. Вот, крышесносная семейка.

— Да, блин… — выругался их младший и неохотно поплелся в квартиру. Я же предусмотрительно отступил в сторону. Мало ли, их отец решит поближе рассмотреть своих хитрожопых детей. — Она прикольная.

— И доступная, — съехидничала Юля.

— И не та, что тебе разбила сердце? — послышался из недр незнакомый мне женский голос. Наверное, мать.