Наотмашь - Марина Кистяева

Губы сжаты. Руки на пояснице, большие пальцы за поясом брюк.

Майя, увидев его сердитым и неприступным, немного стушевалась, растерянно моргнув. Она ожидала более лояльной встречи. Где-то в глубине души даже надеялась, что он подхватит её на руки и донесет до кровати. А там…

Холод в глазах заморозил Майю. Она повела плечами, пытаясь скинуть наваждение. Шаль немного сползла, Майя дернулась, чтобы её поправить, вернуть на место.

– Я не буду спать с тобой, Майя.

Она готова была услышать что угодно, но не подобное заявление, произнесенное четко, размеренно.

У неё даже рот приоткрылся от удивления. В голове образовалась пустота. Шок.

– Почему? – выдохнула Майя на автомате, не осознавая до конца, что говорит. – В смысле… Стой, а …

Она замолчала, наконец, услышав тот бессвязный бред, что говорила.

А дальше пришёл откат. Это как на море. Смотришь на волну, уходящую обратно в море, и не ожидаешь, что последующая неожиданно окажется сильнее и собьет тебя с ног.

Их взгляды встретились. Его и её. Пусть их и разделяло небольшое расстояние, Майе казалось, что её куда-то уносит. Далеко, безвозвратно, и не за что зацепиться, ухватиться. Нет спасательного круга и крепкой руки.

Ей только что дали звонкую оплеуху.

Майя вспыхнула, как спичка.

Багов наперед видел все её действия, считывал, как открытую книгу.

И…

Оттолкнул.

– Ты всё слышала, Майя.

Лучше бы он молчал.

Честное слово.

Ей хватило унижения с лихвой.

– Да пошёл ты нахер, Багов! – огрызнулась она, перестав себя контролировать.

Из двух зол необходимо было выбрать меньшее – слезы или злость. Она выбрала первое.

И не прогадала.

Вадим Багов не привык, чтобы его посылали. Он тоже оказался не готов к тому, что такая приличная девочка, как она может и умеет ругаться.

Но Майе было уже не до размышлений. Её колотило, и хорошо, что не от волнения. Она и так достаточно переволновалась.

Дура!

Прихорашивалась? Готовилась? Представляла, как ЭТО с ним?..

Вдвойне дура!

– Кого и куда ты послала?!

Она не ошиблась в своих предположениях. Вадим оскорбился, но ей было уже всё равно. Она хотела уйти. И не только с кухни.

Глубоко дыша и не смотря больше на мужа, Майя двинулась в сторону двери.

Сделала она ровно два шага.

Потому что сильная рука с темными волосами, с широким кожаным браслетом на кисти схватила её за локоть и рванула в сторону.

К себе.

Майя ахнула, а потом, когда её впечатали спиной в твердую, сравнимую с гранитом, грудную клетку, рванулась снова куда-то. Вперед, в коридор – да не имело значения! Подальше от мужа с его заскоками! Слезы всё же застлали глаза, обида распирала грудь.

– Пусти!

– Нет. Ты разве не за этим пришла сюда? Спровоцировать меня?

– Пусти, я сказала!

Она начала вырываться. Её держали крепко, не поспоришь. Из рук Вадима сложно вырваться, но она постарается. И больше не будет такой идиоткой, придумавшей себе черте что!

– Тихо, я сказал, – неласково рыкнул Вадим, но её уже несло.

Какого черта он её удерживает? Оттолкнул, а теперь сжимает?

– Ребенку навредишь, дурочка!

Стоило ему упомянуть про ребенка, как она сразу же замерла. Сердце продолжало оглушать своим стуком, отдаваясь в виски. Майя до боли прикусила губу. Дыши, девочка, дыши… Сейчас Вадим её отпустит, и она поднимется к себе, запрется, ляжет на кровать и немного поплачет.

Но её планам не суждено было осуществиться.

– Значит, ты решила меня соблазнить, Майюшка, да? – голос Вадима понизился до хрипотцы, она, настолько поглощенная собственными переживаниями, этого не заметила.

Девушку больше волновали руки мужа, которые по-прежнему с силой удерживали её. В пылу легкой борьбы шаль сползла с плеч и теперь задержалась на пояснице, между их телами.

Майя ничего не ответила, нащупала одну его руку и постаралась оторвать от себя.

Тщетно.

– Что произошло в твоей голове, девочка? Где и когда перемкнуло? – каждое его слово отдавало жесткостью, не оставляя шанса на смягчение.

Оно ей и не требовалось.

– Ты сама мне рассказывала про своего женишка. Как не хотела по долгу!.. – к Вадиму снова вернулись рычащие нотки, но, как ни странно, они её не пугали. Хотя и должны были. Ситуация не из простых. Она прижата спиной к очень разгневанному мужчине. А то, что Багов зол, сомневаться не приходилось.

Ну и пусть! Позлится немного, может, дури поуменьшится.

Она упрямо сжала губы, не желая больше с ним разговаривать.

– Что он тебя принуждал, а ты… Что сейчас произошло, Майя? Такие девочки как ты, ложатся в постель только по любви. Это я уже понял, выводы сделал. Полюбить ты меня никак за это время не могла! Поэтому я и спрашиваю, что ты надумала?

Майя откинула голову назад, не без злого умысла. Хотела врезать затылком ему. Хоть куда-то.

– Ничего я не надумала. Кровь приливает к матке и… Проблемы у меня из-за этого, больно, дискомфортно! Но раз муж не хочет удовлетворить потребности жены, я найду того, кто… Ай!

Её развернули настолько резко, что она запуталась в собственных ногах, и если бы крепкие руки мужа не удерживали бы её, она точно позорно упала бы. Пришлось даже вцепиться в плечи Вадима.

Но тот и сам не собирался её отпускать.

О, нет!

Он усилил захват, поймав её подбородок, крепко сжал и заставил смотреть себе в лицо.

– Кого ты себе там найдешь?!

Если Майя раньше думала, что она разозлила Багова и даже, наивная, этому радовалась, то она сильно заблуждалась. Очень сильно.

Потому что то, что она увидела в потемневших глазах мужа, иначе, как бешенством, назвать было нельзя. Они яростно пылали, обещая испепелить её, неся угрозу и гнев. Возможно, даже разрушение. Она видела его срывающемся, видела орущим.

Но таким…

Казалось, она из теплой уютной кухни в одночасье перенеслась в горы и стоит у самого обрыва, где внизу бушует горная река, скрывающая острые камни. Упадет – и от неё ничего не останется. Сразу же разобьется.

Пальцы Вадима крепко держали её подбородок, и между тем не причиняли боли. Он всё же контролировал себя.

– Никого, – выдохнула Майя, не замечая, как сминает его футболку.

Мужчина дышал тяжело. Рваные, скупые звуки срывались с его рта, крылья носа раздувались. Кадык дернулся.