Эскорт для чудовища - Анна Шварц

Я в последний раз провожаю взглядом Лондон из окна самолета, а потом опускаю шторку. Лететь долго. Смоленский оставил меня в салоне вместе с охраной, а сам удалился в свои покои — то ли обиделся из-за вина, то ли ему просто захотелось посидеть в одиночестве, но в машине он не перекинулся со мной даже парой слов.

«Сказать? Не сказать? Что сказать?» — одолевают меня рой мыслей в голове. Они назойливо жужжат, словно настоящие насекомые, стоит мне попытаться не думать ни о чем.

Что сказать?

«Тут такое дело, Смоленский… сестра родила ребенка и попросила не говорить, что он от тебя. Я и молчала…». Отлично, Саша. Он обрадуется и похвалит тебя за умение хранить тайны.

«Ты знал, что у тебя есть дочь?». Господи, самое отвратительное начало.

«Знаешь, я долгое время была о тебе самого ужасного мнения, думая, что именно ты виновен в смерти сестры…». Ужасно долгие оправдания, я миллион раз запутаюсь и забуду от волнения, что хотела сказать.

Я бросаю взгляд на планшет Цербера по имени Антон — опять режется в свои игры. Потом смотрю на него самого. Заметив мое внимание, он отвечает мне мрачным лицом.

— Нет, даже не смотри, Александра. Я с тобой не разговариваю.

— Я сейчас с ума сойду от скуки, — вздыхаю я, — у тебя нет, случайно запасного планшета?

— Спроси у стюардессы. У них должен быть.

С тяжелым вздохом поднявшись и отстегнувшись, я беру у милой брюнеточки планшет и возвращаюсь на свое кресло. Кажется, Антон на меня зол и не станет помогать с играми. Конечно, из-за меня ему пришлось избавиться от, возможно, любимой одежды, а еще времени принять как следует душ не оставалось. От него до сих пор немножко несет вином.

Может, просто в интернете посидеть? Я вожу тоскливо пальцем по экрану планшета, даже не понимая, откуда эти двое берут игры. Скачивают, наверное, где-нибудь. Но где? Я отсталая в этом плане.

— Дай сюда, — фыркает Цербер, вырывая у меня из рук гаджет. Потом с умным видом тыкает в экран. Спустя десять минут, за которые я готова уже сожрать себя тяжелыми мыслями о матери и Майе, он возвращает мне планшет, на экране которого яркая, красочная заставка.

— Аккаунт я тебе сделал, дальше сама разберешься.

— Спасибо, — благодарю я его от души, а Цербер криво и скептически улыбается. Похоже, он считает меня полной козой. Несмотря на то, что днем ранее из-за этих ребят мне влетело от Смоленского, я чувствую себя немного виноватой, — и извини, пожалуйста, за вино. Я правда не хотела выливать его на тебя.

— Угу, — получаю я лаконичный ответ. Похоже, извинения его не впечатлили.

На какое-то время я погружаюсь в игру. Видела бы меня Катя или кто-нибудь из знакомых…одна меня вообще огрела бы чем-нибудь тяжелым по голове, потому что у нее еще свежи воспоминания о бывшем муже-геймере, который выносил из дома и продавал технику, чтобы купить какие-то там легендарные мечи и прочую фигню.

Чпок.

Я опускаю глаза вниз экрана, не понимая откуда звук. В чате внезапно вижу сообщение, выделенное синим цветом:

«ToxicToha35: Может, сходим куда-нибудь? Я угощаю»

Чего?

Я перечитываю сообщение и имя отправителя еще раз, и до меня, наконец, доходит. Обернувшись, я вижу, как Цербер сидит, усиленно что-то печатая на экране и делает вид, что не замечает, каким взглядом я на него смотрю.

Чпок.

«ToxicToha35: «еще сестра подогнала мне недавно пару билетов в театр. Мне не с кем было идти, может, ты составишь компанию?»

У меня вырывается смешок. Могу представить в театре Смоленского, но не Цербера Тоху, который сегодня при всех ляпнул, что я наложила кучу в кустах.

«Я: Извини, у меня работа и бабушка, за которой надо ухаживать =(»

Мне, конечно, немного жаль отбривать Тоху: в отличие от большинства мужчин, которых я встречала во время подобной работы, он достаточно вежливо пригласил меня на свидание. Может быть, нам бы даже было весело вдвоем и я впервые за долгое время вступила бы в отношения, но когда я вспоминаю, что он работает у Смоленского, а, значит, тот так или иначе однажды будет в курсе наших отношений, мне почему-то становится стыдно и некомфортно.

«ToxicToha35: Отмазалась, ага. Оставь хоть номер телефона. Вдруг однажды будет охота с кем-то повеселиться, а я тут как тут»

А он не привык так просто отступать…

— Саша, — раздается над макушкой и я вздрагиваю, испугавшись, а потом быстро блокирую планшет. Цербер Тоха, чуть порозовев, с каменным лицом убирает свой. Рядом с моим креслом стоит Смоленский.

— А? — я поднимаю на него взгляд, думая — увидел ли он нашу с Цербером переписку или нет? Вроде бы нет. Надеюсь.

— Дай руку.

Я протягиваю ему руку тыльной стороной вверх, недоумевая. Смоленский берет ее и переворачивает, а потом вкладывает в ладонь пачку денег. Я округляю глаза в ответ.

— Зач…

— Это твое, — коротко произносит он, — как и обещал.

Сердце начинает биться хаотично, словно у меня тахикардия. Похоже на внезапную влюбленность, только дело совсем не в ней.

— Я же сказала, что мне не… — начинаю я, но Смоленский меня перебивает:

— А я сказал, что это твое. Контракт у нас закончился. Как насчет встретиться и выпить кофе на этой неделе?