Шторм - Акулина Вольских

Поджав губы и нервно потирая ладони, я начала рассказывать Марку свою историю с самого начала:

— Я говорила тебе, что попала в реабилитационный лагерь?

— Говорила.

— Там я познакомилась с Брук. Примерно через полгода мы с ней смогли справиться со своими проблемами и готовы были начать жить, как раньше.

— Но что-то этому помешало.

— Да. Эшли… Это основатель нашего центра. Она как-то случайно обмолвилась, что на земле, на которой стоит центр, какой-то чиновник решил построить что-то вроде парка отдыха. Центр, разумеется, ему там не нужен, как и люди, которые в нём живут, — я глубоко вздохнула, перевела дух. — Они пытались выкупить землю, но Эшли отказалась. Тогда начались нападки. На нас натравливали все службы, которые только возможно. Пожарная инспекция, налоговая и прочие. Находили несуществующие проблемы и выписывали баснословные штрафы.

— Почему не подали в суд? — задал Марк вполне себе очевидный вопрос.

— Эшли пыталась судиться, но… только влезла в новые долги. А, поскольку финансирование центра осуществляется за счёт спонсоров, то… Многие из них, когда узнали об этой ситуации, отказались помогать. И мы остались без поддержки с огромными долгами. А потом начали приходить коллекторы с требованием как можно скорее погасить задолженность. Угрожали. Первое время мы пытались заработать обычным путём. Искали работу, не особо перебирая варианты. Мы с Брук устроились официантками в бар. Надеялись на чаевые и подработки.

Я сделала паузу и посмотрела на мужчину. Он внимательно слушал мой рассказ, не прерывая. Продолжила:

— Однажды какой-то пьяный тип начал приставать ко мне. Брук вмешалась… Мы заговорили о совести, о том, что сказала бы на это его жена. Она часто заходила к нам вместе с ним… А он так перепугался, сунул нам пару сотен, чтобы мы держали язык за зубами, и смылся. Тогда у нас и созрел план… — опустила голову вниз. Сглотнула. — Мы решили, что за все должны ответить те люди, из-за которых мы и попали в этот центр. Проще говоря — люди, которые предали своих близких. Для меня это был Уолтер. Для Брук — муж её сестры.

— Как муж сестры повлиял на Брук?

— Напрямую — никак. Он изменял её сестре. А та узнала, не выдержала и выбросилась и окна, оставив записку. Брук его едва не убила. Ему повезло, что рядом были люди и её смогли урезонить. Она после смерти сестры впала в такую депрессию… Бросила спорт, перестала общаться с близкими. Пару месяцев вообще не разговаривала.

Марк смотрел на меня не мигая. Спросил тихо:

— И вы решили через других людей наказать Уолтера и того человека, из-за которого умерла сестра Брук?

— Да. А чем они лучше? Так же рушат чужие судьбы. А мы преподносим урок.

— Как вы это делали?

— Находили в клубе подходящего человека, ждали, когда он заглотит наживку, заводили знакомство, убеждались в его намерениях, нередко провоцируя. А потом… Потом добавляли снотворное ему в выпивку и увозили в гостиницу. Дальше ты всё видел. Снимали постановочное видео, делали несколько фотографий и оставляли послание на тумбочке с номером телефона. Утром объясняли свои требования.

— Деньги? — уточнил он.

— Да. В зависимости от статуса, положения назначали откуп. Сегодняшний Сатир, например, выложит нам кругленькую сумму, чтобы остаться в тени. А мы сможем закрыть долг.

Марк провёл ладонями по своему лицу. Сложил локти на колени.

— Кайли, я понимаю, что ты и Брук… Понимаю, что вы обе многое потеряли, но это…

— Что? Гадко? Подло?

— Не правильно.

— Ты их защищаешь? — фыркнула я. — Оправдываешь их поступки?

— Нет. Но и судить их я не могу. Я не Бог.

— А какой у нас был выбор? Допустить, чтобы центр закрыли? Лишить других людей возможности жить нормально?

— Можно было найти другой способ.

— Например, какой? — я иронично подняла брови и уставилась на него в ожидании ответа.

— Придать огласке, привлечь общественность. Это дало бы резонанс. Если человек, который все это затеял, занимает пост в правительстве, он не стал бы рисковать карьерой.

— Мы пытались. Ничего не вышло.

— И Эшли дала добро на это?

— Она не знает о том, как нам достаются деньги. Мы с Брук сказали ей, что ищем неравнодушных людей, готовых оказать посильную помощь.

— Если отбросить моральные аспекты, это опасно, в конце концов, — говорил Марк строгим тоном. — Что, если бы что-то пошло не так? Что, если бы кто-то из этих людей применил силу?

Я хихикнула.

— Не у каждого из них есть за плечами двадцать лет кикбоксинга. Ты даже не представляешь, насколько Брук хороша в том, чем занимается. Так что её угрозы не стоит воспринимать, как что-то несущественное.

Марк вдруг переменился в лице, словно только что понял нечто важное.

— Подожди… Ты сказала Сатир?

— Да.

— И когда напилась тогда, упоминала Вулкана…

Я вздохнула. Ох уж эта дурацкая привычка с именами.

— Я каждому давала имя какого-то бога или мифического существа, — разъяснила нехотя. — По разным причинам. В первую очередь потому, что каждый из них считал себя на голову выше других людей. Этакие сверхсущества.