Он пишет мою книгу! - Софи Бриошь

К маме я старался не заезжать. С тех пор, как она стала жить с этим Васюткиным Николаем. Ещё и расписалась с ним зачем-то.

Долгое время я с ней вообще из-за этого не общался. Не мог принять её выбор.

Ну, ладно, с отцом у неё давно не заладилось, но из всех остальных мужчин выбрать того, кто был поганым бизнес – партнёром бывшего мужа – это странно.

Потом, конечно, общение возобновились, но на жёстких условиях с моей стороны: о Николае ни слова.

Мама клялась, что её знакомство с Николаем и их общение началось само по себе, что они оба долгое время не знали, что мой отец их общий "хороший" знакомый. Но в такие сказки про "я не знала, с кем встречалась" я не верю.

Отец успел мне рассказать, как Николай фактически выгнал его из бизнеса, подмяв все грузоперевозки под себя. К сожалению, вскоре после этого отец погиб. Я думаю, он переживал из-за предательства партнера по бизнесу и поэтому был не внимателен за рулём.

Мама, конечно, верила в версию Николая и пыталась мне рассказать, но я даже слушать её не стал.

У нас с отцом были плохие отношения, можно сказать – их не было. Он бросил нас с матерью, когда из простого дальнобойщика вырос во владельца маленькой транспортной компании. Деньги, гулянки, женщины – мать не стала долго терпеть поведение отца. Я уже был студентом и мне было всё равно. Единственное, что я у него попросил однажды: деньги для реализации одной из моих бизнес-идей. Отец отказал, сославшись на то, что партнер – Васюткин – категорически против. Вскоре случился их конфликт и гибель отца.

Его смерть лишила меня возможности с ним помириться, он так и не увидел, что и без его помощи я стал самостоятельным и обеспеченным парнем.

И во всем этом я видел роль Васюткина. И ненавидел его.

Каким бы ни был отец человеком, но всё равно Васюткин не может быть мне другом. А мама…

Я уже давно стараюсь не думать о её поступке. Я маме не судья.

Сегодня я к ней заехал, она попросила отвезти её на дачу. Видимо, Николай был занят.

– Стёпа, сынок. Как ты похудел! – мама охнула, увидев меня.

– Да всё нормально, мам, – отмахнулся я, – ты лучше посмотри как меня подлатали в санатории. Скоро буду как новенький.

– Ну да, ну да. Хорошо стало. Но для меня ты и так и эдак самый красивый.

– Ты зачем Гале сказала про то, что у меня деньги есть? Она же чуть было не сбежала от меня. И слава богу! Но ты её тормознула и вернула, поманив монетой, – я маме в шутливом тоне всё говорю. Ни к чему ей расстраиваться из-за моих дел.

– Ой, Стёпа. Я сама не рада. Я же думала она хорошая девочка. Ну испугалась немного. Хотела её успокоить, что, мол, не самый безвыходный случай. Есть чем оплатить лечение за границей. Люди всем миром собирают, а тут, вроде как, и сами справимся. Думала, она обрадуется за тебя. А она как давай расспрашивать: сколько денег, да останется ли что-то после лечения. Ты представляешь, Стёпа? До такой степени не постеснялась.

Мама у меня настолько наивная, даже смешно. Она думает, что меркантильные девицы существуют только в бразильских сериалах. Выдуманные персоны. Эдакие миккимаусихи. А в жизни ДО ТАКОЙ степени никто на чужие бабки не падок.

– Мам, не нужно было тебе вмешиваться. Но уже неважно. Мы расстались.

– А ведь я думала, что дело в твоей несерьезности, – вздохнула мама, – с одной повстречался – расстались, с другой-разбежались… А тут такие девушки, что и не удивительно.

Но печально! Одному тоже не дело жить.

– Нормально. Живу, работаю, книжки читаю. Никто не мешает, – подмигнул я маме.

– Да, уж… Книжки это, важно, конечно, – покачала головой мама, – у Николая, кстати, дочка книжки пишет.

– Мама! Не начинай. Мы договорились, о нём не говорить!

– А я не о нём. О книжках! Дочь его прислала недавно ссылку, где в интернете её истории можно почитать. Он сразу мне показал.

Стёпа, а ведь интересно пишет! Сроду бы не подумала. Я привыкла, что писатели это Достоевский, Толстой. Ну, Акунин, хотя бы. Или заграничные авторы. А тут девушка пишет, представляешь! Дочка Колина. И хорошо. Тебе, парню, не интересно будет, там женские романы. Про любовь. Но, погоди, я тебе просто покажу.