Опасные игры без правил - Елена Асланова

— Я помогу тебе, — прошептала Полина.

— Поможешь чем? — удивился он, массируя кисть ее руки мягкими круговыми движениями.

— Я поговорю со своим отцом и потребую от него ответы на вопросы.

— Наивная.

— Он не станет лгать мне…

— Вдвойне наивная, — улыбнулся он. — Полина, будь я на его месте, то не сказал бы своей дочери о подобных делах.

Она замолчала на минутку, и, нахмурив брови, думала над тем, что он ответил.

— Ты прав, — произнесла она слабо. — Он мне ничего не скажет.

— Я сам во всем разберусь. Не напрягай себя этим.

Тимур вытащил из кармана телефон и посмотрел на время.

— Почти два часа ночи. Я остаюсь у тебя.

— Мне надо стекла убрать, — сказала она, поднимаясь.

— Стекла потом. Тебе нужен отдых. Я сейчас вернусь.

Тимур поднялся с кровати, вышел из спальни, закрыл входную дверь на замок, вымыл лицо и руки, выключил везде свет и вернулся обратно. Он скинул кроссовки, снял с себя одежду и заметил в темноте ее округлившиеся глаза.

— Ты бы видела сейчас свое лицо, — мягко засмеялся он. — Я не собираюсь набрасываться на тебя. Прими это к сведению и выдохни, — добавил он и занял место рядом с ней.

Полина напряглась, когда он подвинулся к ней и снова прижал ее спиной к своей груди.

— Как я понял, ты халат не снимешь?

— Ты все правильно понял, Тимур. Надо попытаться заснуть, а завтра подумать над проблемой.

— Считай, что твою проблему с окнами я решил, — сказал Тимур.

— Я сама…

— Нет, ты не сама, Полина!!! — не выдержал он.

Она напряглась. Он прикрыл глаза и произнес:

— Прости. Мы оба сейчас на взводе и должны успокоиться.

— Я успокоилась, — прошептала она в темноте. — Я не люблю, когда на меня кричат, — произнесла она строгим тоном.

— Так никто не любит. Дам тебе совет, Полина: учись принимать помощь, особенно когда тебе хотят помочь и делают это от всего сердца. Особенно от меня.

Она вдумывалась в его слова и ответила через минуту:

— До встречи с тобой я просто жила тихо и знала, что будет завтра. За три дня столько всего навалилось и это немного расшатало мои нервы.

— Сейчас модно говорить «Вышла из зоны комфорта», — улыбнулся Тимур и поцеловал ее в голову.

— Можно и так сказать, — согласилась она. — Я не помню, чтобы в моей жизни происходили такие события.

Полина не ответила и прикрыла глаза, стараясь ни о чем не думать и заглушить отклик предательского тела на него. Ягодицы были прижаты к его паху. Она спиной ощущала его твердое и сильное тело. Ей показалось, что в нее упирается что-то. Или не показалось? Будь она смелее, то обязательно повернулась бы к нему лицом, чтобы прижаться и вдохнуть его запах, который так ей нравился. Она хорошо помнила его поцелуи, которые зарождали в ней приятные ощущения и заставляли сердце биться чаще.

Он теснее прижал ее к себе и уткнулся носом в волосы. Одну руку он перекинул через ее талию, на другую, согнув в локте, положил свою голову. Свет от уличного фонаря немного освещал спальню. Он видел очертания ее уха, носа, губ и подбородка, переходящего в изящную шею. Кого он собирался обманывать, думая, что сможет заснуть рядом с ней? Тимур снова напрягся, когда вспомнил ее ладонь вокруг его плоти. Он заерзал на месте. Все его тело, прижимающееся к женщине, пришло в боевую готовность и не думало о сне. Он точно знал, что за такое короткое время она не успела бы заснуть. Интересно, чувствует ли она к нему то же самое? Зная о ее остром язычке, спрашивать он не станет. Полина не ответит правду из-за простого упрямства.

Тимур снова вдохнул ее запах и снова заерзал. Кровь прилила к паху и заглушила разум. Полина ощутила его напряжение и открыла глаза. Тимур накрыл ее руку ладонью и сжал. Следом он нежно-нежно поцеловал ее за ухом, хотя хотелось поцеловать ее по-другому.

— Тимур, тебе лучше уехать домой, — прошептала Полина и прикрыла глаза, когда он коснулся губами ее щеки.

Он провел рукой вверх, накрыл грудь и слегка сжал. Она резко убрала его ладонь. Тимур мягко засмеялся и сказал:

— Лучше я останусь здесь, с тобой, и буду мучиться, чем уеду к себе и буду слушать ворчание брата.

Полина не ответила. Он повернул ее на спину и оказался сверху. Она открыла глаза и увидела, что он наблюдает за ней. В темноте его взгляд казался ей проникновенным, завораживающим и обещающим. Тимур коснулся поцелуем щеки, кончика носа, края губ и спустился ниже. Полина с готовностью подставила ему шею. Он, вдыхая ее запах, целовал кожу, под которой учащенно бился пульс и спустился к впадинке на шее. Тимур, упираясь на локоть, немного раскрыл полы халата и обрадовался, когда не заметил ее сопротивления.

Льющийся с окна свет осветил ее полную грудь, прикрытую черным бюстгальтером. Он сглотнул и поднял глаза. Она наблюдала за ним в ожидании. Он неосознанно сделал движение, имитирующее половой акт и снова сглотнул, когда Полина коснулась ладонью его локтя и провела вверх к выпуклым мышцам плеча. Тимур снова сделал инстинктивное движение у нее между ног и припал к ее губам влажным, жадным поцелуем, требуя, чтобы она раскрылась ему. Полина сама углубила поцелуй и погрузила руку в его волосы. Они исследовали друга, сталкиваясь языками. Не прерывая поцелуя, он окончательно развязал пояс и раскрыл полы халата, обнажая ее тело. Тимур оторвался от губ, чуть приподнялся и посмотрел на открывшуюся перед ним картину. Как он и представлял себе уже десятки раз, у нее было прекрасное тело, созданное для того, чтобы сводить с ума: полная грудь, упругий и плоский живот, переходящий в изящные бедра со стройными ногами. Тимур провел рукой по животу и ощутил ее дрожь, когда он дотронулся до края трусиков и затем сжал талию.

Полина, наблюдала за его реакцией. Она вцепилась одной рукой за его плечо, другой — за простыню и шумно задышала. Полина сглотнула и облизнула губы, когда он дотронулся до ее шрама на боку, которой остался после небольшой операции.

— Ты прекрасна, — прошептал он, когда дотронулся до бюстгальтера и сдвинул чашечку вниз, оголив одну грудь.

Она с трепетом ждала его дальнейших действий. Он большим пальцем дотронулся до напрягшего розового соска и чуть сжал его. Тимур услышал вырвавшийся из нее глухой стон. Его дыхание участилось, и он потерся об ее ключицу губами, щекой, отросшей щетиной, слегка царапая кожу. Тимур последовал вниз и поцеловал оголенную грудь, втянул губами сосок и почувствовал, как она со стоном заерзала под ним и выгнула спину. Не отрываясь от груди, он опустил вторую чашечку бюстгальтера и пятерней обхватил то, что под пим скрывалось. С трудом оторвавшись от нее, он последовал вниз и влажными губами касался живота. Тимур рукой провел по ее внутренней стороне бедра и осторожно дотронулся до влажной ткани трусиков.