Танцующий ангел - Элизабет Кейли

В ее голосе звучали слезы. Антонио поднял голову.

— Ты плачешь, мой Ангел?

Джаннет улыбнулась ему.

— Да, но только потому, что я очень счастлива сейчас.

— Ты все же выйдешь за меня замуж в июне, как мы договаривались?

— Да, милый. И поеду с тобой в Италию.

— Я покажу тебе Рим, он прекрасен летом.

— Мне он нравится уже потому, что ты, мой дорогой, любишь этот город. Поцелуй меня, — попросила Джаннет.

Антонио аккуратно взял ее на руки и крепко прижался к теплым и зовущим губам своей возлюбленной. Джаннет была счастлива вновь оказаться в его объятиях.

Идиллия была прервана резким звуком открывающейся двери.

— Боже, какая прелесть! — воскликнула Мадлена. — Я прямо-таки хочу влюбиться в кого-нибудь!

— Здравствуй, Мадлена, — сдерживая гнев, произнес Антонио.

— Здравствуй, милый. Неужели ты решил вернуться к этой дурочке? — спросила она, с нескрываемым высокомерием поглядывая на Джаннет.

— Представь себе.

— Ах, зачем ты это делаешь! — воскликнула она в притворном ужасе. — Я же тебя предупреждала, милый.

— О чем же? Не сочти за труд напомнить.

— О том, что больше ты сына не увидишь, если не вернешься ко мне, — резко ответила Мадлена.

— Ты так в этом уверена?

— Конечно, один раз суд уже признал, что ты не лучший отец для мальчика. Я думаю, в свете последних событий ты будешь вообще лишен родительских прав.

— Это какие же новые обстоятельства вдруг появились? — с плохо сдерживаемой яростью спросил Антонио.

— А те, что ты женишься на женщине, готовой оболгать честного человека, лишь бы отомстить ему.

— Ах ты!.. — Джаннет задохнулась от возмущения.

Она попыталась встать, но гипс не позволял ей двигаться достаточно быстро — Мадлена успела отойти на другой конец комнаты.

— А ты сиди тихо и не вмешивайся, когда взрослые решают свои проблемы. Или тебя учили только обращаться к старшим на «вы»? — зло спросила Мадлена.

— Мадлена, даже не смей ее трогать, иначе я за себя не ручаюсь, — предупредил Антонио. — Моя Джаннет и так слишком многое пережила. И я так думаю, что здесь не обошлось без твоего участия.

— Интересно, в чем это я участвовала? Уверяю тебя, я вполне могу понять, когда мужчина действительно меня хочет.

— Я, собственно, не об этом, а о попытке изнасилования.

— В этом-то я уж точно не могла участвовать! — Мадлена рассмеялась, правда, слегка натянуто.

— Я слишком хорошо тебя знаю, Мадлена. Жаль, что так хорошо. А насчет сына мы еще посмотрим.

В комнате надолго воцарилось молчание. Оно было прервано появлением Фредерика и капитана Гроувера.

— А Эмм и мистер Александер еще не приезжали?

— Нет, — ответила Джаннет.

— А они должны были приехать? — насторожено спросила Мадлена, посматривая то на капитана Гроувера, то на Антонио.

— Да, мы сегодня собрали здесь всех, кто имеет какое-либо отношение к этому делу, — ответил ей капитан Гроувер.

— Зачем же, я могу поинтересоваться? — Мадлена очаровательно улыбнулась.

— Когда они подойдут, вы все узнаете, — ответил капитан Гроувер, возвращая ей улыбку.

Фредерик сердито посмотрел на Мадлену, потом на своего друга. Он прекрасно понимал, что из-за дьявольской красоты этой женщины даже такой собранный и преданный делу человек, как Рон Гроувер, может потерять голову. Поэтому громко выразил свое недовольство молодыми женщинами, которые не могут держать в узде свое любопытство. Мадлена безошибочно почуяла опасность и решила испробовать свои чары на Фредерике.

— О, мистер Степленд, я, кстати, хотела проконсультироваться у вас по одному делу. Я слышала, что вы — лучший адвокат во всей Калифорнии.

— Простите, мадам, но я не буду вас консультировать.

— О, почему же! — воскликнула Мадлена, выразительно округлив глаза и театрально заломив руки.

— Дорогая моя, — усмехнулся Антонио, — по-моему, ты несколько переигрываешь.

Мадлена метнула на него полный ненависти взгляд, но ответила на выпад тоном, полным ангельской кротости:

— Мой Антонио такой шутник! Знаете, в юности я играла в экспериментальном театре. Он до сих пор не забыл и постоянно надо мной подшучивает! Ах, милый, давно бы пора перестать!

— Жаль, что до женитьбы я не знал об этом театре. — Последнее слово Антонио выделил.

— Весь мир — театр, и люди в нем — актеры, так ведь, кажется? — процитировал Шекспира Фредерик.

— Кстати, а где еще один наш свидетель? Он что-то тоже долго задерживается, — сказал капитан Гроувер.

— Еще кого-то ждете? — насторожилась Мадлена.

— Да, мистера Спанрида. Он позвонил мне вчера и сказал, что у него есть важные свидетельские показания по этому делу.

— Хм, мистер Спанрид? Он присутствовал на вашей помолвке, Антонио? — спросила Мадлена.

— Да, но он совершенно не в твоем вкусе. У него нет миллиона долларов, так что вполне понятно, почему ты его не заметила, — резко ответил Антонио.

Дверь комнаты вновь открылась, и на пороге появился мистер Спанрид. Он слегка растерялся, когда увидел всю многочисленную компанию.

— Добрый день, — поздоровался он. — Хотя я не уверен, что день действительно добрый.

— Что же вас так задержало?! — воскликнул Фредерик.

— О, понимаете, у моей машины спустило колесо. Запасное я не смог найти в гараже. Такси ехало слишком долго, а на дороге куча пробок. Вот поэтому день и не такой уж добрый, — объяснил мистер Спанрид свое опоздание. — Я надеюсь, вы извините меня?

— Конечно-конечно, — успокоил его капитан Гроувер. — Тем более что вы опаздываете не один. Мистера Александера и Эмм тоже еще нет.

— А они должны приехать вместе? — спросил недоуменно мистер Спанрид.

— Да, — коротко ответила Джаннет, давая понять, что разговор на эту тему нежелателен.

— Шеф, — в комнату заглянул полицейский, — у нас возникли неожиданные осложнения.

— Прошу меня простить, я покину вас на минуту, — извинился капитан Гроувер.

Когда он вышел, в комнате на несколько секунд воцарилось напряженное молчание. Наконец, чтобы разрядить обстановку, мистер Спанрид обратился к Джаннет с вопросом о ее здоровье.

— Спасибо, все нормально, — коротко ответила она.

Напряжение все еще не покидало Джаннет. Она чувствовала: что-то должно произойти. Она боялась даже предположить, что же такое придумали ее дядя Фредерик и капитан Гроувер.