От босса беременна - Рин Скай

Звонок отвлекает меня от этого бесполезного действия. Номер неизвестен.

— Алло. — слегка с опаской снимаю я трубку.

— Кристина? — знакомый женский голос. — Это Ангелина Красавина. Узнала?

С сердца будто падает камень. Я очень рада слышать Ангелину, но она мне никогда до этого не звонила, и особыми подругами мы не были, так что я настораживаюсь вновь:

— Что-то случилось?

— Ты не приходишь за документами, Кристина, почему? — видно, что помощница Кирилла Захаровича звонит мне по своей инициативе. Не думаю, что Михаил стал бы ее подговаривать. Не похоже на него.

— Я… — запинаюсь, не знаю, что сказать. Со мной поступили плохо, а стыдно мне. — Меня уволили…

— Да уж, мы все в шоке, Кристин! — сочувственно признается Ангелина. — Сможешь подъехать в офис? Хотя бы поговорим с тобой. За одно документы свои заберешь?

— А… Михаил Захарович, — при его имени сглатываю горечь, — не хочу встречаться с ним.

— Вороновы все еще в Сочи, — успокаивает меня Ангелина, — Пузырев с ними, а нас с Таней отправили в Москву по… кхм… по личным обстоятельствам. Так что приезжай спокойно, Кристин. Попросим Таню сходить в отдел кадров и забрать твои документы, чтобы ты лишний раз с грымзами не встречалась.

— Ох… даже не знаю. — прижимаю я ледяные от волнения ладони к щекам.

— Когда-то же тебе надо будет забрать документы? — убеждает меня Ангелина, — сейчас идеальное время для этого. Приезжай, Кристин, поговорим. Не нравится мне твое скоропалительное увольнение, и очень не нравится, как тебя отправили в Москву посередине командировки.

Мое сердце начинает биться чаще. С одной стороны, мне до жути не хочется приезжать в компанию, с другой — Ангелина права. Мне надо поговорить хоть с кем-то! Надо обсудить все это безумие, нужен трезвый взгляд со стороны. С Надей и братом о таком не поболтаешь. Они и о моей беременности-то до сих пор не знают.

Ангелина — не сплетница, очень разумная, справедливая девушка. О Тане тоже могу сказать только хорошее.

— Хорошо, Ангелин, — соглашаюсь я. — Только, боюсь, услышанное тебе не понравится.

— В любом случае, надо разобраться во всем, Кристина. — ободряет меня Геля. — Сегодня вышвырнули тебя не понятно за что, а завтра меня с Таней. Нет, Крис, так дело не пойдет. Надо разбираться с нашими дорогими боссами. В общем, ждем тебя, до встречи!

— До встречи. — вешаю трубку и начинаю лихорадочно собираться в офис.

Надо вернуть ему все! Все до последней тряпки! Надо было это сделать прямо в Сочи, но тогда я была в таком ступоре, что ничего не соображала.

Беру пакеты, те самые, фирменные, хорошо, что их сохранила. Подлетаю к шкафу. Начинаю лихорадочно распихивать все его покупки вплоть до последних трусиков.

Украшения. Дотрагиваюсь до кольца. В горле ком, а в ушах его слова:

— «Не снимай! Я хочу, чтобы ты носилаЭТИукрашения постоянно!»

Нет, Михаил Захарович, больше я не подчиняюсь вашим приказам. Приказывайте кому другому!

Вынимаю из мочек ушей дорогие сережки. С замиранием сердца стягиваю ободочек колечка, будто тем самым окончательно разрываю нашу с ним связь.

— «Ничего не означает. Это просто кольцо. Не выдумывай, Овечкина! На таких как ты, люди моего круга не женятся! Не женятся, сказал!»

Ну раз не женятся, Михаил Захарович, то и нечего кольца просто так дарить!

Заботливо укладываю изумрудно-бриллиантовый комплект в коробочку. Он очень дорогой, но я уверенна в Ангелине. Она передаст ему все до последней нитки, чужого не возьмет.

* * *

— Кристина, заходи! — улыбается мне Ангелина. — Проходи, садись.

Неловко волоча за собой пакеты, я прохожу в приемную Красавиной, плюхаю их на пол. Сама сажусь в предложенное кресло.

Хотя Красавина предупредила меня об отсутствии начальства, но все равно с превеликой опаской кралась я по директорскому этажу. То и дело мерещился призрак Воронова, но все обошлось. Никто не накинулся на меня из-за угла.

— Привет, Кристина, — входит в приемную Гели Таня. — Честно говоря, мы все были в полнейшем шоке от решения Михаила Захаровича.

Вздрагиваю. Знала, что мне будет больно и обидно, но не знала, что настолько.

— Он не сказал вам, за что выгнал меня и отослал из Сочи? — часто моргаю глазами.

— Да он вообще с нами не разговаривает, Изверг! — Таня прижимает ладони к пылающим щечкам. — Меня так вообще за тупую тумбочку держит, за человека не считает. Только и может, что грубить и шпынять.

Смотрю на очаровательную блондинку со вьющимися волосами чуть ниже плеч. Таня — красивая, стройная, образованная. В синих сапфировых глазах утонуть можно. Обращаю внимание на ее грудь. Кажется, раньше она была меньше. Да и вообще, Таня расцвела после командировки, она и до нее была красавицей, но теперь хоть на обложку журнала выставляй! Влюбилась что ли в кого-то? По логике вещей Михаил Захарович не должен был ей проходу давать, а он ее за пробку от бутылки держит… Вот и кто потом поймет этих мужчин?

— Что случилось, Кристин? — возвращает меня к реальности Геля.

— Я не виновата, девочки! — тут же начинаю хлюпать носом.

Ангелина молча направляется к кофе-машине, но лишь затем, чтобы раздобыть мне кипятка и налить теплого чаю.

— Вот, выпей, Кристин, — протягивает мне чашку девушка, — мы знаем, что ты — честная ответственная девушка, и от того в еще большем недоумении.

Я смотрю на чашку, но отпивать не спешу.

— Мне нежелателен черный чай, — признаюсь.

Ангелина внимательно окидывает меня взглядом. В ее глазах читается понимание. Не может быть! Но как она догадалась? О моей беременности не знает никто кроме Михаила…

— Это фруктовый, Кристин. Я сама такой пью. Вреда он не принесет.

Девочки ждут, пока я отопью несколько глотков.

— Черная бухгалтерия. — выпаливаю я. — Меня подставляют с ней уже во второй раз!

Ангелина задумчиво вертит карандашом в воздухе. У Тани на лице испуг.

— Как именно тебя поставляют, Крис?

— Обвиняют в черных махинациях. Будто я суммы какие-то не провожу, а себе в карман складываю.

— Бред какой-то. — хмыкает Ангелина.

— Согласна, бред! Но! Видишь, что происходит из-за этого бреда? — снова давлюсь слезами.

— Так, Кристин, не нервничай. Тебе не желательно. — мудрая Ангелина второй раз подчеркивает, что догадалась обо всем.

— А почему Михаил тебя обвиняет, а не Пузырева? — а вот Таня, кажется, не догадывается о моей беременности от ее босса.

— Потому что это Пузырев подставляет меня!

— Сам небось замешен в этом по горло. — тихо предполагает Ангелина.