Останусь твоей - Алиса Ковалевская

Стэлла

Остановив машину неподалёку от набережной, я положила ладони на колени. Отстегнула ремень безопасности и протянула Алексу ключи. Он молча взял их и, убрав в карман, вышел на улицу.

Сквозь лобовое стекло я наблюдала за тем, как поодаль на каменную ограду опустилось несколько чаек, как Алекс огибает машину.

— Переберёшься? – спросил он, открыв дверцу с моей стороны.

Ничего не сказав ему, я тоже вышла из машины. Садиться за руль он не торопился. Пристально посмотрев на меня, убрал брелок в карман джинсов.

Около часа я провела в порту, издали наблюдая за царящей там неразберихой. Сама не знала, почему поехала именно туда. Взяв большой стакан кофе, стояла и смотрела на море. Холодное, совсем не такое, как то, что ласкало волнами берег на котором стоял мой окружённый оливковыми и персиковыми деревьями домик в Испании.

Слова Евы растеребили и без того до конца не затянувшиеся раны. Взбалмошная девчонка, считающая, что знает очень много. Да ничерта она не знает! Ни о жизни, ни о людях. Она и о самой себе-то ничерта не знает!

— Хочешь пройтись? – спросил Алекс, когда я, вместо того, чтобы занять соседнее с водительским кресло, пошла к ограждающему широкую тёмную реку камню.

— Да, — ответила, не оборачиваясь.

Всё ещё злая на него, я не хотела разговаривать. Всё, что было нужно, услышал он уже дома. Привыкший ставить всех на выбранные им места, в этот раз Александр Аверин превзошёл самого себя. Вернувшись минувшим вечером от Миланы, я и подумать не могла, что он…

— Мне нравится, когда ты злишься, — ладонь Алекса опустилась на моё бедро. – Глаза у тебя…

— Ты зашёл слишком далеко, — отрезала я, не собираясь поддаваться на эти его штучки. – Слишком.

Когда я спросила, где Ева, он ответил, что она уже ушла к себе. Вот только утром вниз она не спустилась. Не нашла я её ни возле фонтана, ни в вольере, ни наверху. Да и как я могла её найти, если всё то время, пока я в полном неведении была у подруги, моя младшая сестра находилась тут?! С мужчиной, которому я даже подходить к ней запретила! В городе, где я сама провела так много времени и откуда сбежала босая, растерзанная, пропитанная чужим запахом и разучившаяся чувствовать.

Грат… Город этот как будто притягивал к себе лишённых прошлого. Положив ладони на камень, я смотрела на беспокойную реку, щурясь от внезапно поднявшегося ветра. Что снова происходит в этом городе?!

— Какого чёрта, Алекс? – Только недавно мне казалось, что гнев отступил. Но нет, куда там! Убеждённый в своей правоте, Алекс и не думал менять своего мнения. – Какого чёрта ты отправил её сюда?! – голос мой глушил ветер. Как будто чувствующий моё настроение, он задул пуще прежнего, разметал волосы. – В этом городе всегда творится какая-то ерунда! А Руслан… Ты прекрасно знаешь, кто он! Он брат Рената, Алекс! Ты понимаешь?! Ты специально это всё затеял?! Решил поиграть у меня на нервах?! Вокруг Рената творится какая-то муть, а Руслан…

— Руслан сумеет позаботиться о твоей сестре, — теперь уже обе его руки лежали на моих бёдрах.

Слова мои унёс ветер. Помотав головой, я снова отступила. Как я и думала – в разговоре не было смысла. Сколько бы я ни кричала, как бы ни была зла, он не собирался отступать. Что толку было надрываться, говорить ему о том, что он сам знал куда лучше меня.

— Он даже о себе позаботиться не способен! – бросила я и пошла в противоположную от мужа сторону. Холодный ветер пробрался под пальто, оставил на губах пыль.

Застегнув пуговицы, я шла вдоль воды, пытаясь успокоиться. Чувствовала, что Алекс идёт сзади на расстоянии нескольких метров. Не видела – просто чувствовала. Я всегда чувствовала его, даже в те моменты, когда мне казалось, что я ненавижу его. Ненавижу…

Замедлив шаг, я прикрыла глаза. Остановилась совсем и тут же ощутила прикосновение к плечу. Разве могла я ненавидеть человека, за которого готова была отдать жизнь? Напоминанием тому были зарубцевавшиеся, но так и оставшиеся на спине шрамы – следы от пуль, предназначавшихся Алексу.

— Она должна сама решить, как ей жить, — негромко сказал он. – У неё должно быть право выбора.

— Право выбора? – я повернулась к нему лицом. – Это ты мне говоришь? Можно подумать, у меня было право выбора.

Взяв за руку, Алекс с нажимом провёл пальцем по моему обручальному кольцу. Уголок его рта дёрнулся.

— Разве ты жалеешь?

— Речь сейчас не обо мне, — сдавшись, я всё-таки сплела наши пальцы. Отпустила его руку.

Дальше мы пошли уже вдвоём, рядом. Приобняв, Алекс прижал меня к своему боку. Мужчина, снова научивший меня чувствовать, научивший дышать. Мужчина, вернувший меня, отогревший и, несмотря ни на что, готовый ради меня на всё. Жёсткий, бескомпромиссный, мой.

— Не сравнивай себя с сестрой.

— Я этого и не делаю.

— А что ты делаешь?

— Пытаюсь уберечь её, Алекс, — шумно выдохнула. Убрала со лба волосы, но ветер снова швырнул их мне на лицо. На набережной было холодно, пальцы замёрзли. Посмотрев вдаль, я заметила впереди вывеску кафе. Неброское, оно приютилось на противоположной стороне дороги в сотне метрах от нас. Как раз то, что нужно: чай с имбирём, что-нибудь горячее.