Сломанный лёд - Мария Карташева

был интересен. Никогда. – Игорь вздохнул. – А теперь предыстория, чтобы я не был таким уж отрицательным героем. Родился я безмятежным карапузом, которого обожал только один-единственный человек, моя бабушка. Она была мне и матерью, и отцом, и другом. Когда старушка, по причине болезни, скончалась, мне было семь лет, и моя прекрасная мама посчитала, что она ещё слишком молода, чтобы тратить своё время на маленького человека. Она недолго думая сошлась на интимной почве с руководителем областного интерната и меня туда пристроили без особых хлопот. Её не лишили родительских прав, я просто там жил. Ровно до пятнадцати лет. Пока маму не сбила по пьянке машина, и она не смогла больше самостоятельно передвигаться. Тогда она, конечно, обо мне вспомнила, и я переехал к ней, чтобы выполнять всю работу по дому, а также зарабатывать деньги. В интернате меня быстро научили знать положенное мне место, и я до сих пор помню разбитое в кровь лицо. Это меня так об унитаз мутузили за то, что я вместе со всеми побежал брать конфеты, которые принесли какие-то доброхоты. Оказалось, что конфеты мне не положены! И с тех пор единственным моим развлечением было подбирать фантики, хранить их, рассматривать и вдыхать сладкий аромат. Все долгие восемь лет! И это лишь эпизод моего детства. Но ты о нём не знала. Почему? Потому что тебе было совсем неинтересно всё, что связано со мной. Только ты и твоя семья, только восхищённые рукоплескания, ах Ксюша, ах какая умничка. – Игорь пожал плечами. – А знаешь, меня, кроме бабушки, никто и никогда не любил. Ты, наверное, не догадываешься, что это такое, когда вокруг тебя вакуум, когда ты становишься просто фоном. А я ведь всё чувствую, я живой. Я хотел построить с тобой семью, но домой приходила только отстранённая женщина и то, если приходила. Причём ты сама задала такой ритм нашим отношениям. – он махнул рукой. – Ладно, это пройденный этап. Но тут новая незадача. Я повстречал Марину. И лавина её чувств ко мне буквально сбивает меня с ног. Я так не хотел привязываться к ней, я не хочу больше боли. – он усмехнулся. – Я ведь даже бросил её на отдыхе, а она топиться пошла, а я и в больнице её бросил. Но она всё равно осталась со мной. Марина живёт моей жизнью, она принимает всё, что я ей говорю. И на днях я вдруг понял, что я люблю её. – он так хлопнул по столу, что подскочили чашки. – А она возьми да уйди от меня. И вот что я тебе скажу. То, что я делаю сейчас, я делаю ради неё, но никак не ради тебя. Я соглашаюсь на ту цену, за которую быстро уйдёт квартира. Были бы у меня возможности, я бы гордо отказался от половины. Но извини, я не вернусь в эту топь безнадёжности. Раскручусь, отдам тебе деньги, прогорю, значит, не отдам. Назначай встречу с риелтором. – Игорь встал и двинулся к выходу, потом остановился, полез в карман и вернулся. – На, это ключи от твоей машины. Она же на тебя оформлена. – он бросил ключи на стол и вышел, больше не сказав ни слова.

***

Алиса проснулась в отвратительном настроении. Осадок тошнотворной горечи не давал пробиться ежедневной радости, которую она почувствовала с момента рождения дочери. Она понимала, что вряд ли Кира сможет лишить её родительских прав, но жизнь она ей попортит точно.

Со стороны входа послышался шум, на пороге появились Толик и Ксения. Они были увешаны какими-то пакетами и почему-то принесли её верхнюю одежду.

– Так, мать. – шёпотом произнёс Толик. – Хорош валяться. Доктора сказали, что тебя можно забирать. Пошли на выписку, а тётя Ксения посидит с принцессой.

– Толя, я не придумала ещё, куда мне ехать из больницы. – Мрачно сказала Алиса. – Так бы к Ксюхе напросилась, но с малышом к её отцу не вариант, а туда, где обитает монстр, я и сама не поеду.

– Всё не так страшно, как ты думаешь. Собирайся, собирайся. – скомандовала Ксения.

– Ладно, я сам пошёл за твоей выпиской. А жить ты будешь у меня. Это вопрос решённый. – Толя крутанулся на каблуках, треснулся головой о ребро открытой двери и тихо выругавшись вышел.

– Чего он такой заведённый и довольный? – спросила Алиса тихо сидя на кровати.

– Не знаю. – хитро улыбнулась Ксения.

Наскоро собравшись, они попрощались с медперсоналом, оставили сотню автографов и селфи со Слимовым и разместились в машине Анатолика.

– Толя, жизнь с младенцем не похожа на жизнь с тихой беременной женщиной. Зачем я буду злоупотреблять твоим гостеприимством? Я позвонила отчиму в Псков, пока что поживу у него. У нас с его новой женой отличные отношения. Они мне помогут на первых порах. – Алиса вздохнула. – Может, там и останусь.

Анатолий остановил машину и посмотрел назад.

– А как же работа? Не-е-е, дорогая, к тебе уже студии в очередь стоят. Тётя Ксения, поменяйся местами с молодой матерью. – сказал Анатолик Ксении.

Когда Алиса устроилась на сидении рядом с ним, Анатолик повернулся и взял молодую мать за руку.

– Алиска, так получилось, что на съёмочной площадке я с тобой целовался уже сотню раз и теперь, как честный человек обязан на тебе жениться. – он оттопырил ей палец, надел на него тонкую полоску кольца, инкрустированную небольшим изящным камнем.

– Толя, ты крышей поплыл? – Алиса вздохнула. – Ты вот другого времени для приколов не придумал?

– Ладно, объясняю для тупых! У Киры и правда очень серьёзные связи. Я всё пробил. Баба она мерзкая, склочная и всегда добивается своих целей. Я так полагаю, что сейчас лишить тебя ребёнка – это дело принципа! Месть за то, что Латанин был с тобой счастлив. Уехав в глушь, ты сыграешь ей на руку. Там она тебя в два счёта достанет. – он улыбнулся. – А так, мы с тобой поженимся, я запишу Варю на себя, и уже никто не будет мотать тебе нервы.

– Толя, ты понимаешь, что это бред какой-то? – Алиса застыла на месте.

– И, вообще, ты как честная женщина должна принять моё предложение. Ты так долго прожила в моём доме, что уже достаточно скомпрометировала меня в глазах общественности. Едем в загс, я обо всём договорился!

***

Марине было больно даже дышать. Третий день она лежала на кровати и сил хватало разве что дойти до туалета или попить воды. Она не ела, не спала, а просто лежала с открытыми глазами днём, а ночью забывалась в горячем бреду.

Как медик она понимала, что в какой-то момент сработает инстинкт самосохранения и поэтому поставила рядом на столик пузырёк