Дуэт влюбленных - Долли Нейл

Где и сколько времени металась по городу, она не знала. Не замечала ни ливня, ни редких прохожих, спешащих по делам. В быстро наступившей ночной темноте, оглохшая от горя, Маджи чуть не угодила под колеса автомобиля. Это заставило ее опомниться.

Промокшая до нитки, заплутавшая в сети совершенно незнакомых улочек, она должна была немедленно что-то предпринять. Тут-то и вспомнила про визитку Бартона.

Будучи личным помощником мужа, он, конечно, мог знать об Элизабет, как, впрочем, и многие другие. Слезы застлали ей глаза: какой стыд и унижение! Маленькая женушка, спрятанная на острове и воображающая себя любимой. Что ж я за наивная, глупая дурочка! Но больше этого не будет, молча поклялась она.

Взяв себя в руки, Маджи еще раз взглянула на визитку. Обратиться сейчас к нему? Почему бы и нет? У Бартона, по крайней мере, можно привести себя в порядок, не ночевать же в подворотне, а завтра она уговорит его помочь ей вернуться в Англию.

— Маджи! — воскликнул Рой, сразу же обратив внимание на безумный вид женщины в дверях. — Заходите. Вы совсем промокли. Что случилось?

Маджи попыталась изобразить улыбку, но губы предательски дрожали.

— Ничего особенного, — печально сказала она. — Ничего такого, чего нельзя поправить билетом на первый же самолет в Англию. Надеюсь, Рой, вы сможете организовать это для меня? — Пройдя мимо него, она опустилась в гостиной на первый же стул.

Бартон, слава богу, не стал задавать никаких вопросов, а просто налил основательную дозу, бренди, проследил, чтобы выпила, потом направил в ванную комнату, предложив махровый халат и велев снять мокрую одежду. Маджи обрадовала его сдержанность. Она знала, стоит ему пуститься в расспросы — солгать не сможет, но и сказать правду тоже.

Я должна сосредоточиться, уговаривала себя Маджи, отогреваясь под теплыми струями воды. Самолет домой, работа — вот что нужно, остальное пусть провалится в тартарары! И повторяла это снова и снова. Опять наворачивались слезы, однако она упрямо сжимала зубы. Ошибалась не только ее подруга Шейла.

Маджи тоже в личном плане оказалась невезучей. Им обеим любовь не принесла счастья. Но Маджи теперь не отступит и воплотит в жизнь их мечту — начать собственное дело! Оно станет тем лекарством, которое навсегда освободит ее от Никоса Костаки.

Последние несколько месяцев представлялись ей кошмаром, а желания разыгравшейся плоти — постыдной пародией на любовь. В глубине души Маджи с самого начала знала: их отношения с Никосом обречены на неудачу — они слишком разные по характерам и воззрениям на жизнь. Он баловень судьбы, она рядовая женщина, которой предстоит самой пробивать себе дорогу. И отныне она никому и ничему не позволит ей помешать!

Маджи вышла из душа, взяла два полотенца — одно навернула на мокрые волосы, другим сильно растерлась, пока кожа не покраснела, потом надела халат Роя. Черный! Ей как раз подходит, с горечью подумала она. Смерть любви! Смерть глупых мечтаний!

У раковины Маджи заметила сушилку для волос, размотала с головы полотенце, нажала кнопку. На секунду зазвенело в ушах. Жужжание фена, как ни странно, успокоило. Покончив с непокорными локонами, она уставилась на свое отражение, уверенная в том, что сегодняшние происшествия наложили трагический отпечаток на лицо. Ничего подобного. Разве только вот глаза… Обычно светящиеся озорным блеском, пронзительно-зеленые, они вдруг погасли, будто кто-то щелкнул выключателем.

Она туго завязала пояс халата, закатала слишком длинные рукава до локтей, потом босиком прошла по коридору и открыла дверь гостиной.

Рой Бартон, сидевший в кресле, сразу повернул светловолосую голову и послал ей, как показалось Маджи, предостерегающий взгляд.

Она обернулась и увидела Никоса. Он был не похож на себя. В беспорядке спутанные мокрые волосы, прищуренные глаза, сжатые в тонкую линию губы, затвердевшие скулы. Все свидетельствовало о ярости. В напряженной тишине Маджи даже послышалось, как скрипят его зубы.

Никос оглядел ее с головы до ног, остановившись на свежевымытых волосах, низком вырезе мужского халата, едва прикрывавшего ей грудь, босых ногах. Потом взглянул прямо в глаза так, будто хотел испепелить презрением. Ее сердце упало, вся она заледенела. Не от испуга — от напряжения. Она же не намерена сдаться!

Никос молча поднялся с дивана, руки его были сжаты в кулаки, суставы побелели.

— Все понятно, Рой. Сказав мне, что у тебя нет времени обсуждать наш новый проект, ты спокойно развлекал мою жену.

— Нет. Ты ошибаешься. Маджи обратилась ко мне за помощью, только и всего.

— Вижу, какого рода услуги ты ей оказал. Эта сучка совершенно голая в твоем халате! — Он угрожающе двинулся к Бартону. — Встань, подонок! — дико прорычал он.

— Нет! — вскинулась Маджи.

Не обращая на нее внимания, Никос схватил Бартона за рубашку, приподнял и сокрушительным ударом кулака пригвоздил к креслу.

— Стой! Стой! — Маджи бросилась к мужу, пытаясь остановить.

— Послушай свою жену, — проговорил Рой с чисто английской сдержанностью. — На один удар я согласен — столь двусмысленная ситуация могла быть тобой неправильно истолкована, это я допускаю, но на второй удар я отвечу, — довольно флегматично добавил он.

— Никос, пожалуйста, — умоляла Маджи, повиснув на его руке. — Оставь Роя в покое.

Он стряхнул ее словно муху, и она оказалась на полу. Халат распахнулся, обнажив чуть не до бедер ее ногу.

— Ты самая настоящая сучка, мне следовало бы убить тебя.

На секунду у нее перехватило дыхание. Угроза была не показной. Он весь кипел, глаза налились, судорожное клокотание вырывалось из горла. Наградив жену уничтожающим взглядом, Никос произнес:

— Ты не стоишь даже того, чтобы мужчина из-за тебя дрался. Что касается вас, Рой, можете считать себя уволенным. Я не желаю больше вас видеть. — Повернувшись опять к Маджи, он властно приказал: — Одевайся! Мы уходим.

Она не стала спорить, проскользнула мимо мужчин в ванную комнату, быстро натянула на себя мокрую одежду. С независимо поднятой головой вернулась в гостиную. Она готова к тому, что сейчас скажет мужу. Не постесняется даже постороннего человека. Пусть знает, каков на самом деле этот самовлюбленный и самоуверенный негодяй.

Запланированной речи не получилось. Муж сгреб Маджи в охапку, ногой распахнул дверь и, не давая ни малейшей возможности шевельнуться, вынес на улицу к машине.

— Отпусти меня! — кричала Маджи, в отчаянии колотя его кулаками.

— Заткнись, просто заткнись и все, — прорычал Никос, как куль бросив ее на переднее сиденье и захлопывая за ней дверцу. Через секунду он уселся за руль, не забыв, чтобы Маджи пристегнулась ремнем.

— Ты мерзавец и подонок. Самый настоящий подонок! Пусти, я выйду.

Никос на полном ходу ударил по тормозам, так что они завизжали, а Маджи с силой бросило вперед.