Беременна от его отца - Дина Исаева

– Привет, – она улыбнулась одними губами, но получилось у нее плохо. Я знал, что она волнуется за нашего сына и, судя по запавшим глазам, совсем мало спит.

Я положил цветы на подоконник, сделав пометку сказать медсестре, чтобы принесла вазу, и сел рядом с Яной.

– Как ты?

– Нормально… – она пыталась говорить твердо, но не справилась, и ее лицо жалобно скривилось. – Ты говорил с врачами? Они ничего мне толком не объясняют… Говорят, что с нашим сыном все будет в порядке, но я…

Из ее глаз покатились слезы.

– Он такой маленький… И я так хочу о нем заботиться.

Я нашел ее руку и сжал.

– Врачи ничего от тебя не скрывают, Яна. С нашим ребенком все будет в порядке. «Аист» – это лучшая клиника в столице. И я только что говорил с доктором. Если ты не веришь ему – поверь мне. Я тебя когда-нибудь обманывал?

Яна вытерла слезы и, шмыгнув носом, помотала головой. В этот момент все наши былые разногласия вдруг потеряли значение. Я понял, что сейчас больше всего хочу лишь одного: чтобы с сыном все было в порядке, а ещё, чтоб она улыбнулась.

– С ним все будет хорошо. Просто нужно быть сильной и немного подождать.

Яна сжала губы и кивнула.

– А глаза у него твои, ты видела?

– Цвет еще изменится, – в ее голосе прорезались теплые нотки. – Мне кажется, что он вылитый ты. Волосы темные и брови такие же.

– Да нет. Очень похож на тебя, к счастью. Было бы непростительно, если бы наш сын не унаследовал красоту своей мамы.

Яна замерла, распахнула глаза. Удивилась? Я ничего такого не сказал. Мама у нашего сына и впрямь красавица.

– Спасибо, – еле слышно прошелестела она, опуская взгляд. – Как тебе, кстати, имя Гриша?

Гриша? Григорий. Мне нравится.

– Ему подходит. Стоцкий Григорий Кириллович?

Яна улыбнулась, на этот раз широко и искренне.

– Звучит внушительно. Ему идет твоя фамилия.

Я тоже так думал и в очередной раз удивился, как резко поменялась моя жизнь. У меня родился сын. Впору дедом становиться – а тут стал отцом. Пеленки, первый зуб, ветрянка, первый день в школе. Сейчас все это уже не представлялось таким ужасным, как раньше.

– Ты питаешься хорошо, Яна?

Она покраснела.

– Не было аппетита… из-за волнения.

– Тебе нужно есть, – я понизил голос до строгого. – Восстанавливаться после родов и готовиться кормить нашего ребенка. Ты ведь хочешь, чтобы Гриша был здоровым?

Я достал из пиджака телефон.

– Давай закажу тебе что-нибудь из ресторана. Что хочешь? Мясо, рыбу, овощи?

– Мне многое нельзя, поэтому не надо, – Яна накрыла мою руку своей узкой ладошкой и отвела мобильный в сторону. От соприкосновения с ее теплой кожей кровь забурлила сильнее. – Ничего не нужно. Здесь отлично кормят. Я съем и суп, и второе, обещаю.

Телефон ожил в руке, завибрировал. Звонила моя помощница, значит, дело срочное. Укол сожаления все же пронзил грудь, уходить так рано не хотелось. Мне нравилось сидеть рядом с ней и разговаривать о маленьком человеке, который нас объединяет.

Приложил трубку к уху:

– Я сейчас перезвоню.

– Дела ждут, да? – Яна понимающе улыбнулась.

Я кивнул и поднялся.

– Я тебе позвоню, как освобожусь. И ты звони в любое время.

46

Яна

– У кого такие красивые глазки? У Гриши? У кого такой красивый носик? У моего сынули, да?

Сын улыбнулся мне беззубым ртом и поморщился, и в этот момент я полюбила его еще сильнее, если такое вообще было возможно.

Я понятия не имела, откуда появился этот странный мурлыкающий тон и почему из меня беспрестанно сыплются нежные, немного нелепые фразы. Знала только одно: остановиться я не могу. С тех пор, как Гришу привезли в палату, сказав, что его здоровью ничего не угрожает, мне открылся новый, более счастливый мир. Мир, в котором я почувствовала себя мамой самого прекрасного малыша на свете.

К счастью, Гриша быстро добирал нужный вес, и за несколько дней, проведенных рядом со мной, стал весить, как любой здоровый младенец. Глядя на него, я не могла поверить, что когда-то без него жила. Все разногласия с Кириллом, проблемы с Сашей и агрессия Инги стали казаться мне сном. Будто это случилось в прошлой жизни.

– Смотри, кто к нам пришел, – я развернула личико Гриши к двери, откуда на нас смотрел Кирилл. В руках он держал огромный букет цветов и улыбался.

Появление на свет нашего сына изменило наши отношения, и всякая напряженность между нами исчезла. Кирилл мог приехать в обед или после работы и подолгу сидел рядом с нами. Иногда брал Гришу на руки и осторожно гладил темные завитки волос у него на лбу. Весь медперсонал был уверен, что мы с Кириллом счастливая семья, а санитарка Люба всякий раз, когда уносила из палаты очередной букет, который он заменил новым, говорила, что завидует тому, как он на меня смотрит. Я только вздыхала. Люба думала, что Кирилл в меня влюблен, но это не так. Все это он делает лишь ради своего сына.

– Он сегодня в хорошем настроении, – заметил Кирилл, заглядывая в улыбающееся лицо Гриши.

– Он хорошо покушал.

– А ты? – Кирилл посмотрел на меня цепким взглядом, от которого я немедленно смутилась. Из-за беременности и наших проблем я стала забывать, как он умел на меня действовать.

– Я тоже. Я же тебе обещала.

Кирилл улыбнулся, и мое сердце затрепетало совсем как раньше.

– Умница.

– Хочешь его подержать?

Затаив дыхание, я смотрела, как он прижимал к себе Гришу и осторожно придерживал ладонью его голову. И почему я боялась, что Кирилл не примет своего сына? Как я могла такое подумать? Из него выйдет замечательный отец.

– Я говорил с врачом, – сказал Кирилл, отрывая взгляд от розового личика. – Он сказал, что никакой угрозы здоровью Гриши больше нет, и завтра вы можете вернуться домой.

Я застыла. К этому я не была готова. Здесь, в клинике, мне было комфортно, и я забыла о том, что ждет меня за ее дверями. У меня нет работы, нет жилья и нет ясности в отношениях с отцом моего ребенка.

– Ты почему побледнела? – спросил Кирилл, не сводя с меня глаз.

Я закусила губу.

– Просто поняла, что не успела подумать, как устроить свою жизнь за пределами клиники.

– Тебе не о чем волноваться, – спокойно произнес он. – Вы с моим