Призрачный обряд - Маша Моран

– Твоя наглость очаровательна!.. Так же, как и твой белокурый друг. Ему пригодились мои волосы? Вне колодца они выглядят несколько иначе.

– Да, спасибо. – Я старался сохранить небрежный тон, исподтишка оценивая силу призрака. Тело Баи становилось все тяжелее. Он уже почти висел на мне мешком. – Они очень помогли.

Широкая улыбка умертвия начала меркнуть, но он продолжал изображать вежливость:

– Я надеялся, что твой дружок присоединится ко мне. Вдвоем мы бы прекрасно провели время.

Неожиданно Баи брякнул в сторону:

– Может, и стоило сбросить его сюда.

Я подтянул целителя вверх, стараясь побольнее задеть его раны, и указал призраку на него.

– Могу оставить тебе этого.

– Что?! – Баи вцепился в мое плечо. – Вы серьезно так поступите?

– Ты жаждешь любви, а он – компании. – Я взглянул на призрака. – Как насчет сделки? Изголодавшийся по любви целитель в обмен на проход в крепость?

– Вы не сделаете этого!

Баи не хуже статуи вцепился в меня с такой силой, что заболело плечо.

Призрак склонил голову к плечу, словно раздумывая, а потом, растягивая слова, ответил:

– Я пропущу тебя и так… На тебе мое проклятье… Это достаточная плата. К тому же… очень уж любопытно поглядеть, как тебе понравятся забавы твоего дружка.

Я знал, что не следует спрашивать. Беседы с призраками не принесут ничего хорошего. Но его упоминание о Рэйдене… Лекарь был моей слабостью, и, конечно, я послушно заглотил крючок.

– О чем ты?

– О!.. – Призрак взмахнул черпаком. – До меня долетает множество любопытных разговоров… Нынче праздник Зимней Ночи, время пробуждения истинной мужской силы… Белокурый озорник со своей новой подружкой задумал любопытное развлечение…

Что еще за новая подружка?! Эйки и госпожи Лу ему мало?! Точно, появилась ведь еще та девица из деревни… Минэко, кажется. Пока меня не было, она успела покорить гордеца?

Призрак потер ладони.

– Я уже предвкушаю это сладкое веселье!.. Проходи… – Он отступил в сторону. – Тебя ждет нечто незабываемое!..

Демонов болтун!

Я потащил почти сползшего на землю Баи за собой, стремясь уйти, пока призрак не передумал. Что еще он там услышал? Урод!

Холодная вода тут же намочила ноги, легко преодолевая сопротивление ткани и хлипкой обуви.

Под насмешливым взглядом призрака я подволок Баи к каменной лестнице, нижние ступени которой омывались водой и терялись в мерцающем тумане.

Призрак насмешливо бросил мне в спину:

– Не сильно закрывай крышку – не хочу пропустить все веселье.

Я обернулся и случайно бросил взгляд на воду. В ней отражался скелет, кое-где прикрытый истлевающей плотью и нитями мышц. Сгнившая одежда, состоящая почти полностью из дыр, повторяла трепет ханьфу, в которое был облачен призрак.

Этот его жуткий облик был мне уже знаком. Такой же конец ждет и меня?

Баи тяжело задышал, издавая страшные хрипы.

Я взвалил его на плечо и почти взбежал по лестнице.

Туман вверху слегка рассеялся, и стала видна сколоченная из досок крышка, нависшая над головой. Я не знал, как далеко она простирается, но когда коснулся ладонями и сдвинул в сторону, она поддалась на удивление легко. За розовато-голубой дымкой виднелось серое небо, которое показалось знакомым и… родным. Потому что под этим небом ходил Рэйден.

Баи опять застонал.

– Продержись еще немного.

Я дошел до конца лестницы и уложил Баи на край колодца, выбираясь наружу.

Из глубины послышался мертвенно-жуткий смех.

– Будь нежен с маленьким затейником. От твоей ярости он может сломаться… – Его смех отразился от стен колодца, а затем до меня долетели сказанные загадочным шепотом слова: – Хотя… возможно, он желает быть сломанным…

Я спрыгнул на твердую промерзшую землю и со злости плотно надвинул крышку.

Ночной Цветок…

Даже воздух здесь был другой. Пропитанный морозом, снегом и терпкостью трав.

С темно-серого неба сыпались колючие мокрые снежинки. Пушистые, льдистые и большие.

Баи, уже не открывая глаз, что-то простонал. Кровь пропитала его белые одежды, а сам он сравнялся цветом лица с мертвецами.

Бросить бы его здесь и не мучиться… Должен ли я ненавидеть себя за эту мысль и за то, что всерьез над ней раздумываю? Но он спас мне жизнь и сам подвергся опасности.

Качая головой, я подхватил Баи на руки и двинулся в сторону башни Рэйдена.

Над Павильоном Семи Колодцев висела густая затаившаяся тишина.

Что там сказал призрак? Сегодня праздник Зимней Ночи… Выходит, я блуждал по подземельям почти неделю. Но не это главное.

Меня не было несколько месяцев, и если я сейчас появлюсь посреди крепости с раненым парнишкой на руках… это вызовет вопросы.

Я быстро снял с плеч дорожный мешок и вытащил оттуда красиво переливающуюся маску. Баи был прав: она пригодится.

Почему здесь вообще так тихо? Праздник Зимней Ночи отмечается всегда и всеми.

Завязав ленты маски, я снова поднял Баи и осторожно двинулся в сторону лазарета.

Но стоило сделать несколько шагов, как пришлось остановиться. Рядом слышались недовольные женские голоса, один из которых казался знакомым.

– Нужно было идти со всеми к господину Рэйдену и госпоже Минэко. Я слышала, они приготовили самое настоящее веселье.

Боги!.. Похоже, мои страхи оживали. Рэйден с этой подозрительной девкой, которая мне не понравилась еще в деревне. Она сторонилась всех, но к нему буквально прилипла с первой же секунды знакомства. А теперь у них… веселье?

Я поудобнее перехватил Баи. Потерпишь, целитель, пока я все не узнаю.

Еще один голос зло прошипел:

– Ты действительно такая дура? Хочешь поссориться с госпожой Айми? Забыла, как она поступает со всеми, кто ее прогневил? Генерал Фао сделает твою жизнь здесь невыносимой.

Этот голос… Я точно его слышал прежде.

– Господин Рэйден и господин Дайске нас защитят.

– Ты и в самом деле такая наивная?

– Господин алхимик не будет защищать никого, кроме господина Рэйдена и своей дорогой Сюли. А самому господину Рэйдену нет дела ни до кого, кроме этой шлюхи Минэко. Околдовала она его, что ли?.. Только с ней и проводит целые дни. Совсем с ума сошел от этой девицы.

По телу прошла дрожь, а затем выступил холодный пот. Он… с ней? Нет! Не может такого быть!..

– Конечно, она ведь такая красавица… И такая загадочная в своей маске…

Пока я пытался совладать с собой, второй голос издевательски рассмеялся:

– Красавица? Да она уродка! Ты хоть видела ее шрамы? А я – да. – Арым! Это была Арым – мать милой непоседливой Юнхуа. От ненависти в ее голосе веяло угрозой. – Демонова колдунья. Кто знает, чем она занималась все это время в деревне. Может,