Второе первое впечатление - Салли Торн

– Легко, – говорит Тедди, подбирая обломки, а потом поднимает глаза.

– Ну как, тебе уже лучше? – Единственное, что могу произнести я.

На самом деле нет. Мое преображение вводит Тедди в ступор. Его глаза устремлены на треугольник кожи в вырезе рубашки, выставленный напоказ солнечному богу возмездия Ренате. Руки, талия, волосы… Тедди устремляет немигающий взгляд на оголенные части моего тела. Его грудь тяжело вздымается и опадает.

И на какую-то долю секунды я чувствую себя особенной.

Глава 13

– Я торчу здесь весь день, до пяти вечера и только сейчас получаю приглашение к тебе домой. Хватит прохлаждаться. Пора браться за дело, – заявляет Мелани, когда я запираю за нами дверь офиса.

– У меня дома нет ничего интересного, – говорю я, но Мелани явно безразличны мои длинные предупреждения и извинения.

– Эй, я по-прежнему живу в комнате дальше по коридору от родительской спальни. А ты взрослая дама с собственным домом. И мне. Действительно. Интересно. – Мелани вбегает во двор, смотрит на черепах в их загоне, после чего стучится в дверь Тедди.

– Его сейчас нет. – Я отпираю дверь в свою половину коттеджа. – И если помнишь, его, вообще-то, не приглашали.

Мелани поворачивает ручку двери Тедди и заглядывает внутрь. Здорово! Мало мне своих проблем! Теперь придется беспокоиться о недостаточной безопасности жилища Тедди.

– Алло? Тедди, ты в приличном виде?! – кричит Мелани, но в ответ лишь тишина.

Тедди начал… обустраиваться? Он обзавелся потрепанным кожаным креслом, на которое наброшено вязаное шерстяное одеяло. А еще в комнате появился кофейный столик, наверняка подобранный на обочине дороги. Я вижу на столике мой журнал «Женское здоровье» и простую белую плошку с конфетами. Тедди что, слизал все с меня, обставив комнату точь-в-точь как это сделала я? На покоробленной пластиковой стене маркером нарисован огромный плоский экран телевизора с логотипом бренда: «ТЕДДИВИЖН».

– Ему повезло, что его папочка – здешний землевладелец, – замечает Мелани. – Ну и дыра!

– Хочешь верь, хочешь нет, но раньше здесь было еще хуже. – Я вижу аккуратно сложенное маленькое одеяло, и у меня как-то странно замирает сердце.

Мелани вытягивает шею из-за моей спины:

– Ой, погляди-ка! Кювета для черепахи. Когда он забирал у меня Ти-Эм, то жутко переживал, что сыночек может заработать во дворе пневмонию.

Мелани ведет себя так, будто она больше меня знает о Тедди, что ужасно действует на нервы. Хотя кювету я собственноручно отрыла для Тедди в кладовке.

– Ну да, я в курсе.

– Как славно, что он так скучает по своему мальчику. Боже мой! – Мелани, похоже, нашла нечто действительно неприличное, но она сразу же уточняет: – Тедди взял в библиотеке «Рептилии и амфибии для чайников». Когда-нибудь он станет славным папочкой. Как думаешь?

Тедди наверняка будет демонстрировать своего младенца как собственный идеальный трофей.

– Может быть. В отдаленном будущем, если сам повзрослеет. – Я тяну Мелани на улицу. – Пошли отсюда. Не будем нарушать его личное пространство.

Когда мы оказываемся на моей половине коттеджа, Мелани говорит:

– Все именно так, как он и описывал. Он сказал, что твое жилье напоминает домик Винни-Пуха на дереве. Неудивительно, что Тедди так хочется сюда внедриться. – Мелани стучит по стене между нашими половинами дома. – С тобой рядом живет сексуальный парень. Легкомысленный, странный, но определенно жутко сексуальный. Ну и как тебе такое соседство?

– В основном действует на нервы, хотя и в хорошем смысле.

– Что ты имеешь в виду? – Мелани неприкрыто заинтригована.

– Типа когда срабатывает таймер духовки, он говорит мне через стенку, что ему приснилось, будто я приготовила ему вкусный обед.

– Он мечтает о твоем коттедже. – Голос Мелани звучит вкрадчиво. У меня на кофейном столике плошка с конфетами, которая стоит на том же самом месте, что и у Тедди, и Мелани берет конфетку. – Впрочем, мечтать не вредно. Особенно о том, что касается тебя.

– Пойду принесу что-нибудь перекусить. – Я допоздна готовила тарелку с закусками, то и дело предупреждая себя, что Мелани может все отменить. Ведь, как-никак, она молодая и веселая. А я суечусь, точно классическая американская домохозяйка пятидесятых годов. – Может, посидим во дворе?

– Ладно. Но сперва я хочу осмотреться.

Мелани явно примеряет на себя костюм криминалиста. Впрочем, я не сильно волнуюсь. Ничего порочащего меня она здесь не найдет.

Я выношу сырную тарелку и крекеры во двор и ставлю их на столик, который теперь всегда ассоциируется с Тедди. На очереди лимонад и стаканы. Пятница, вечер. И я теперь тоже общаюсь с друзьями, принимая у себя свою ровесницу.

– Ты такая аккуратная! – доносится из глубины дома голос Мелани.

– Полагаю, что так, – отвечаю я, и в этот самый момент во двор запрыгивает Тедди с уоки-токи, словно у заправского телохранителя, в руках.

Бросив взгляд на еду на столе, Тедди кричит:

– Да-а-а-а!

(Открою секрет: я приготовила сырную тарелку больше, чем нужно было для двоих.)

(Еще более страшный секрет: мое сердце запрыгивает куда-то под ребра на задниках его кроссовок.)

– Я буквально… – начинает Тедди, но его прерывает треск уоки-токи. – Умираю с голоду.

– Ты оставил свою дверь незапертой, – упрекаю я Тедди. – Мелани только что к тебе вломилась. Что ты здесь делаешь? У нас частная вечеринка.

– Там нечего брать, – пожимает плечами Тедди, и я уже собираюсь ему возразить, но не успеваю.

– Сообщи, где находишься, Панда. – Из уоки-токи раздается пронзительный голос Ренаты. Не получив ответа, она делает вторую попытку. – Я говорила ему, что это не сработает. Прием, Панда. Уточни свое местоположение. Конец связи.

Через пару секунд над нами пролетает стая птиц.

Тедди испускает тяжелый вздох и нажимает на кнопку сбоку:

– Утвердительно, Жертва Моды. Вас понял. Я могу немного задержаться. Малышка Рут выставила огромную тарелку сыра и винограда, а еще крекеры. Есть даже третий стакан. Как раз для меня. Конец связи.

Я слышу ответ Ренаты:

– Сырная вечеринка в пятницу вечером. А вино есть? Опиши, какие сорта сыра. Конец связи.

Я поспешно ухожу внутрь, когда Тедди начинает описывать Ренате сыр: твердый, желтый, похож на дверной стопор; липкая белая хоккейная шайба; зернистый, с загадочными вкраплениями… – и обнаруживаю Мелани, перебирающую вещи на комоде в моей спальне.

– Тедди здесь.

– Хорошо-хорошо, – рассеянно отвечает Мелани. – И это вся твоя косметика?

Она открывает ногтем коробочку с тенями, словно пытается снять крышку с чашки Петри.

– Не знаю. Может, в ванной еще что-то есть, – не слишком убедительно вру я.

– Я там уже смотрела. О’кей, бо́льшая часть твоей косметики уже такая старая, что ей прямая дорога в мусорное ведро. – (Она не ошибается.