Не говори, что любишь – 1 - Диана Фад

— Ну что ты, маленькая? Ты что плачешь? — пугается он, пытаясь поднять своими руками мое лицо и целуя щеки, губы, лоб.

— Я… Мне настолько хорошо, точнее сладко, нет. Я не могу объяснить, — продолжаю всхлипывать. — Мне кажется, что я сейчас умру и именно этот раз, будет последним, настолько все сильно, ярко.

— Так бывает, — посмеивается Никита. Прижимая меня к себе и гладя по мокрым волосам.

— Так не должно быть, — немного успокаиваюсь. — Я люблю тебя, Никита.

— Любишь … — говорит он и немного погодя отстраняется, заглядывая мне в глаза. Ничего не говорит, отводит взгляд и выключает воду, выходя из кабинки. Я стою, прикрыв голую грудь, слышу в другом помещении какие-то голоса, но потом все стихает. Никита возвращается ко мне с полотенцем и начинает вытирать мне волосы, затем спускается, касаясь тканью чувствительных сосков, отчего я вздрагиваю, и осторожно вытирает меня внизу.

— Я могу и сама, — пытаюсь оттолкнуть я его руки, но он не отстает, просто ему нравится, да и мне тоже. — Я люблю тебя, — повторяю я, вцепившись в его руку и останавливая его. Жду ответ, ищу его в глазах, в губах. Ну, скажи, пожалуйста, прошу, что ты тоже любишь меня? Молю я молча.

— Я хочу тебя, — отвечает Никита и отстраняется от меня. — Этого пока достаточно, — добавляет он и выходит из душевой.

Глава 34. Никита

Утром еду в универ, оставляя мотоцикл в соседнем дворе, чтобы не рисковать. Вчера проводил Василину домой, долго целовались за углом ее дома, чуть снова не поехали на квартиру, но помня ее истерику в душе днем, решил дать девочке перерыв, хотя она и сопротивлялась. Я сам себе удивляюсь, а у меня все же опыта побольше, чем у нее, но каждый раз сносит так, что голова улетает куда-то. А яйца выжимает до боли. А через полчаса снова готов. Снова хочу ее, а не кого-то другого. В раздевалке после боя меня ждала рыжая, пришлось выставить ее за дверь. Слышала все, как мы там с Василиной в душе зажигали. Но не сказала ничего, медленно свой лифчик натянула и вышла, сверкая улыбкой.

Вернулся домой поздно, мать уже спала, но утром за завтраком учинила допрос — что за девочка, откуда.

— Такая красивая, милая, видно, что из хорошей семьи, приводи ее к нам чаще, — улыбалась мать, ставя передо мной пшенную кашу с курагой.

— Ма, таких знаешь, сколько еще будет, а ты будто сватаешь меня, — ответил ей, намазывая масло на большой кусок хлеба, есть хотелось невозможно.

— Что значит, сколько еще будет? — сердится мать, а я ухмыляюсь, поглядывая на нее. — Мне Василина понравилась, что у нас тут гарем, что ли, таскать всех подряд. Ты ее первую в дом привел, вот пусть и последняя будет.

— Да я ее привел, потому что сумку забрать надо было, не на улице ее оставлять.

— Знаешь, милый мой, с кем ты спишь, меня не волнует, но вот если в дом привел и с матерью познакомил, будь добр отвечать, — мать заскочила на своего учительского конька и теперь долго не слезет.

Давлюсь, доедая кашу, залпом выпиваю чай, чувствуя, что обжег язык. Сбегаю из-под родительской опеки.

— Мы с тобой еще вечером поговорим, — кричит мне в спину мать, и я выбегаю из подъезда на улицу, будто за мной стая волков гонится.

В универе высматриваю везде Василину, но замечаю только ее подругу, Вику. Стараюсь не попасть ей на глаза. Мне это удается каким-то чудом до обеда, потом все-таки сталкиваюсь с ней на крыльце. Возможности смыться уже нет.

— Никита, — тянет она, направляясь ко мне и виляя бедрами. — Ты где пропадал, почему не отвечаешь?

— Куда не отвечаю? — спрашиваю я не в тему, не совсем понимая, о чем она.

— Тогда на вечеринке в клубе, ушел на приват и все, — улыбается Вика, складывая домиком надутые губки. Тьфу, хорошо, что Василина так не делает.

— Где твоя подруга? — спрашиваю ее, стараясь увернуться от красных когтей. Так и норовит повиснуть на мне все время.

— Какая подруга? — удивляется Вика.

— Василина где?

— А она тебе зачем? Так ты с ней, что ли? — улыбается Вика. — Ну-ну, можешь забыть про нее.

— Это почему это?

— У нее и жених уже есть. Да и отец ей не даст встречаться с тобой. Или вы уже … — вдруг замолкает Вика. — Так ей же нельзя, Ник. Артур ее порвет, если узнает.

— О чем узнает? — делаю морду кирпичом.

— Что ты и Василина… А я думаю, что ее последнее время дома постоянно нет. Так вы с ней переспали что ли?

— Не твое дело, — огрызаюсь грубо. — Так, где она? — хватаю Вику за локоть.

— Руки-то убери, как клещами вцепился, — вырывается Вика. — Мать ее после первой пары забрала, уехали они.

— Куда?

— Во дворец!

— Какой еще дворец? — удивляюсь, не то слово.

— У Василины день рождения в субботу, поехали проверять, банкет там заказан, — наконец выдергивает свой локоть из моих рук Вика. — Теперь синяки будут, гамадрил хренов.

— Где этот дворец находится? — спрашиваю ее, пропуская мимо ушей, что обозвала меня, чувствуя себя виноватым. Ну не рассчитал, бывает.

— Замок Двин, погугли, пупсик, — огрызается Вика и отходит от меня, увидев каких-то знакомых девчонок.

Я чешу репу, достаю телефон. Где этот чертов замок? Смотрю маршрут и понимаю, что могу успеть туда и обратно до тренировки сгонять. Зачем мне это нужно, я не знаю, но мне надо и все тут. Увидеть Василину и умчаться обратно. Соскучился. Да нет, не может быть. Нет.

Сажусь на мотоцикл и включаю навигатор на телефоне. Через полчаса въезжаю на территорию Сочинского лесничества и останавливаю мотоцикл на стоянке. Сразу вижу крепостные башни фасада с каменными рыцарями по бокам. Осматриваюсь. Снимаю шлем и направляюсь к крыльцу, пытаясь зайти в замок. Меня останавливает охранник в голубой рубашке с коротким рукавом и бейджиком на груди.

— Нельзя. Закрыто, — преграждает он мне путь, не понимая, что я могу свалить его одним ударом.

— Меня там ждут, — начинаю я, но охранник мотает головой.

— Нет, закрытый осмотр, нельзя.

— Да что ты тупой какой, девушка меня там ждет! — начинаю злиться я, а тот стоит на своем.

— Никита? — раздается удивленный голос откуда-то сбоку, и я оборачиваюсь. Василина стоит рядом с красивой женщиной и удивленно смотрит на меня.