Как в японской дораме - Вера Анмут

– Боже, что же она там с тобой сделала? – вырвался из меня стон.

– Сагиши30, – слабо произнёс Соби. – Она… нечестно… меня… что-то… поить…

– Чем-то тебя напоила?

– Хай…

– Наркотик?

– Ширимасэн31…

Теперь ясно, в чём дело. Мерзавка! Не зря у меня сегодня весь день сердце болело.

Наконец прибыл лифт. Я помогла Соби войти в него и нажала кнопку седьмого этажа. Парень стоял, прислонившись спиной к стене и опираясь одной рукой на моё плечо. Его голова была откинута назад, а прикрытые ресницами и чёлкой глаза, казалось, исподтишка наблюдали за мной. Я никак не могла поверить, что Анжела, хорошая, в общем-то, девчонка, романтичная, вся такая воздушная и весело порхающая могла сотворить такое с парнем. Да ещё с парнем, который ей понравился.

Вдруг Соби медленно протянул руку и бесцеремонно сжал в ладони мою грудь. Да-да, я уже и так поняла, зачем эта ненормальная атрофировала его разум.

– Придётся остыть, – рявкнула я, оттолкнув от себя мужскую руку.

– Боку-ва… мэмаи-га суру32… – что-то хрипло проблеял Соби, закрыв глаза.

– Я не понимаю.

Дверь лифта открылась, я почти вынесла всё более и более ослабевающего парня. Кожа его была горячей, на лбу выступил пот. Только бы с Соби не случилось ничего плохого.

– И правда, лучше бы ты слонялся по улице один, был бы в большей безопасности.

Мы вошли в квартиру. Сняв со своих плеч руку парня, я разогнула непривыкшую к тяжестям спину. Теперь нужно доволочь больного до кровати. Да, лучше уложить его на кровать, ибо на диване будет неудобно ни ему, ни мне.

Я снова подхватила парня под руку… Только вдруг, внезапно воскреснув, Соби с силой оттолкнул меня к стене и крепко прижался ко мне всем своим телом.

– Онна33… – обожгло моё лицо огненное дыхание мужчины.

Его широко распахнутые глаза с невероятно увеличенными зрачками с животной жадностью смотрели на меня сквозь чёлку. Дыхание отяжелело и с глухим рычанием выходило из груди, в которой сердце уже с цепи срывалось. Мужские пальцы до боли сжимали мои предплечья, а на своём бедре я явственно ощутила твёрдый воинственно настроенный мужской орган. Милый мальчик за секунду превратился в настоящего монстра.

Всё случилось слишком неожиданно, повергнув меня, несчастную в шок. Я не успела испугаться. Я даже подумать ничего не успела. Спустя всего несколько секунд лицо Соби густо побагровело, глаза угасли, закатились, и парень, обмякнув, без сознания упал у моих ног. Ещё какие-то мгновения шок не отпускал мой разум, но тут в нём красным фонарём высветилась мысль: «А вдруг он умер?» Вот теперь мои чувства ожили, и мне стало страшно. Так страшно, что я даже вскрикнула.

В ужасе я кинулась к Соби. Я хлопала его по щекам, звала, трясла, да только без толку. Тело парня горело, на лице и шее выступила испарина, дыхание участилось. Меня охватила паника, мысли метались в хаотичном беспорядке, из глаз потекли слёзы бессилия, обиды, злости. Необходимо что-то делать. Но я никак не могла сообразить, что!

Кинувшись к телефону, я набрала номер Анжелы.

– Алло… – томно пропела она в трубку.

– Мерзавка! – вскричала я. – Чем ты напоила Соби?!

– А что? Он к тебе пристаёт? – глупо хихикнула Анжела. – Советую не отказываться.

– Дура ты озабоченная! – орала я. – Он потерял сознание! У него сильный жар, сердцебиение бешеное, частое дыхание!.. Возможно, у него подскочило давление!

– Ты что, серьёзно?! – взволнованно ахнула виновница всей трагедии.

– А разве похоже, что шучу?!

– О Боже! Я сейчас приду!..

Я нервно отбросила телефон. Придёт она сейчас. Только толк-то какой? Соби лежал на полу в прихожей. Надо его перенести на кровать. Я подошла к парню, подхватила его под руки и попробовала потащить. Тяжело, конечно, но вполне возможно.

Раздался звонок в дверь. Оставив парня, я открыла. Анжела прибежала ко мне прямо в шёлковом пеньюаре. Увидев Соби на полу, она трагично вскрикнула.

– Видишь, чего ты натворила? – ругалась я.

– Я не знала, что так случится. Правда!

– Ладно. Хныкать потом будем. Зайди, помоги мне уложить его на кровать.

Вдвоём мы перетащили парня в спальню и подняли его на кровать, я сняла с него туфли. Соби дышал так часто, будто ему не хватало воздуха.

– Что ты ему дала? – строго спрашивала я.

– «Слёзы Камы», – виновато отвечала Анжела.

– Совсем спятила? Зачем молодому парню возбуждающее?

Я направилась в комнату, наклонилась к тумбочке, достала из аптечки градусник. Потом проследовала в кухню. Анжела семенила за мной попятам, слёзно рассказывая свою «жалостливую» историю:

– Соби пришёл ко мне и почти сразу категорично заявил, чтобы я ни на что не рассчитывала. Сказал, или мы идём на улицу вместе, или он уходит один. Ну что мне оставалось? Мне ведь от него вовсе не прогулка нужна была. Я предложила ему выпить чаю, пока буду собираться. Соби согласился. В чай я и добавила капли. Правда, немного больше, чем требовалось. Не пять капель, а восемь… или девять…

– Немного… Почти в два раза больше! Зачем?

Я достала из морозильника лёд, завернула его в полотенце и отправилась обратно в спальню.

– Он молодой крепкий… упрямый. Думала, вдруг станет сопротивляться действию зелья? А так уж наверняка…

– Дура. Твои мысли вообще могут работать в других направлениях?

– Рядом с Соби нет. Я его как увидела тогда в магазине, так…

– Всё, хватит! – нервно пресекла я.

У меня не было никакого желания выслушивать любовные вздохи этой ненормальной особы. Вернувшись к Соби, я положила ему на лоб полотенце со льдом. Это единственное, что пришло мне в голову, а как поступать дальше я совершенно не знала. Сунутый под мышку больного градусник почти моментально показал величину жара.

– Тридцать девять и семь, – взглянула я на шкалу. – Вот что теперь делать? Смотри, как кровь прилила к его голове! Из-за твоей животной похоти у него может случиться инсульт! Кровоизлияние! А если он умрёт?! – У меня аж дыхание перехватило от этой мысли. – Боже, что я скажу его брату?!

– Прекрати каркать…

– Из-за тебя всё! – Я уже снова была на гране нервного срыва.

– Да, виновата! И не отрицаю! – Анжела тоже нервничала. – Но я не хотела. Я даже не предполагала, что могут случиться такие последствия. Я думала, отоспится, и всё пройдёт, как это у других бывало.

– У меня даже нет никаких лекарств, – горевала я, сидя на кровати рядом с Соби. – Он такой красный и горячий…