Секретарша для одноклассника 2 - Аврора Добрых

бояться, ведь уже все карты раскрыты. Если Лера в Москве, а она, Лика, работает в архиве, — вывод очевиден. Из чувства мести и, вероятно, уязвленного самолюбия, Ярослав во всех красках поведал Саттарову, как шикарно провел ночь Ликиной компании. Виктор решил особо не печалиться и тут же позвал Леру обратно в Москву, а бывшую, которой теперь была Лика, вычеркнул из жизни. Все просто как два и два.

Лика была в таком бешенстве, что, особо не мешкая, набрала номер Ярика. Она желала высказать ему все, что думает, не церемонясь и не подбирая слова. По сути, ей было плевать на него и его обиды, однако в тот момент важно было выговориться, избавиться от негатива, который уже лился через край. А кому, как не гадкому доносчику, хочется все высказать?

После долгих гудков трубку так никто и не взял, а следующий звонок и вовсе сразу же переключился на автоответчик.

«Дьявол бы тебя побрал, Белинский, чертов ты идиот!! — Лику аж трясло от злости. — Повел себя как обиженный подросток, которому отказала девчонка, а теперь боится взять трубку! Давай, ответь на вызов, прими с честью все, что я собираюсь тебе сказать, кусок тухлого козла!»

Лика звонила еще и еще, и каждый раз все заканчивалось на равнодушном автоответчике.

— Хорошо! Хочешь послушать голосовое сообщение, трусливый пес?? Без проблем, я могу это устроить!

Снова набрав Белинского, который теперь был записан как «Сучий потрох», и дождавшись сигнала автоответчика, Лика вздохнула полной грудью и с чувством начала свою речь:

— Ты, жалкий кусок свиного дерьма, послушай, что я сейчас тебе скажу. Да, я трахнулась с тобой только потому, что была бухая и мне хотелось забыться. Но ведь ты изначально это понимал, когда ехал ко мне! Я ничего не скрывала. Ты знал, что происходит, но после случившегося все равно разобиделся как лошара-микантара. Что, надеялся, что твой живительный хрен заставит меня забыть о Саттарове и полюбить тебя? Пересмотрел мелодрам или что? Совсем уже размок в своем Питере, обмудок! Ты не просто опустился на дно, ты, на хрен, его пробил! Ни один уважающий себя мужик не станет хвастаться, что с кем-то переспал. А ты именно похвастался. Ну и что, стало легче? Не думаю. Небось уже записался к мозгоправу, потому что больше не слышишь дивный металлический звон из штанов. Конечно, надо думать — яиц-то у тебя теперь нет. Точнее, может, и есть, но они уже не мужицкие, а мелкие как у раздавленного таракана. Бьюсь об заклад, ты еще и нехило приукрасил ту ночь. Описал все так триумфально, как будто я после пьяного перепихона с тобой потом билась в оргазмическом припадке в три струи до самого утра, а потом соседи вызвали водопроводчиков. Ха-ха, как бы не так. Впрочем, хрен с тобой, придурок. Помаши за меня своим тараканьим яйцам. До свиданья.

После бессвязного словесного потока Лика все же не сдержалась и распечатала бутылку вина.

— За тебя, мать! За твою природную дурость и неуравновешенный характер! — Она подняла бутылку, а после сделала большой глоток.

Больше пить не хотелось.

Приняв душ и переодевшись, девушка забралась в постель и укрылась с головой.

«И что, блин, теперь делать? Саттаров меня никогда не простит. Ведь, по факту, он не спал со Смагиной, и это я ему изменила. Возможно, узнав об этом, он таки оприходовал бывшую, но это уже не считается. Или считается? Господи, почему все так сложно… Почему он просто не мог дождаться, когда я вернусь из отпуска, чтобы нормально поговорить? Даже если я накосячила — а я, конечно, накосячила, — у меня явно были смягчающие обстоятельства! Я видела Смагину в нашей постели! Неужели это нельзя взять в расчет и дать мне шанс хотя бы высказать свою точку зрения? А, к черту…»

Лика проворочалась полночи в сомнениях, но наутро стало ясно как день: она должна поговорить с Саттаровым. Нельзя оставлять все так, как оно есть. Это преступление против любви.

Она приехала к зданию компании на час раньше, чтобы перехватить поговорить без лишних ушей. Не прошло и 15 минут ожидания, как его черный седан уже плавно въезжал на парковку. Сейчас он проедет вперед, а после свернет налево, к подземной стоянке. Там она его и перехватит.

Лика рванула к главному входу, затем — к лифтам, нажала «-1». Доехала и, стремительно лавируя между столбами с нумерацией, приняла выжидательную позицию у парковочного места Саттарова. Вскоре тот подъехал, припарковался и вышел из машины.

— Нам нужно поговорить! — решительно выкрикнула девушка, выскочив на него как черт и табакерки.

Казалось, Виктор был ошарашен, но лишь на секунду. Он, как никто, умел сохранять самообладание.

— Не о чем говорить, — бросил он и пиликнул сигналкой.

— А я говорю, что есть! Не знаю, что там тебе наговорил Белинский, но уверена — в его истории нет и 30 процентов правды! Да постой же ты!

Саттаров шел, не оборачиваясь, и явно не планировал останавливаться. Лика потянулась к его руке, чтобы остановить, но он вдруг обернулся и окинул ее таким взглядом, что по коже побежали мурашки. В глазах самого близкого человека на свете теперь плескалась лишь ненависть. Весь его вид выражал спокойное презрение. Именно спокойное — он совершенно точно уже все для себя решил.

От неожиданности девушка отшатнулась и замолчала. Она ожидала чего угодно, только не этого. Виктор уже уехал на лифте, а она так и осталась стоять на месте. Ее всю начало трясти от паники и осознания невозвратности момента.

В таком состоянии ее нашла Света. В себя Лика смогла прийти только после трех чашек кофе. Вкратце пересказав подругам последние события, она отправилась к себе на 14 этаж.

Ей так хотелось забыться, что весь рабочий день, без передышек и перерывов, она вбивала данные в базу. Одну папку за другой, как бездушная машина.

Глава 30

Когда неожиданно раздался звонок Белинского, Виктор сразу понял, что здесь что-то не так. Во-первых, у них всегда были чисто деловые отношения и они никогда не общались вне работы; во-вторых, Ярик, очевидно, не мог забыть, ради кого Лика от него отказалась.

«Ну что ж, посмотрим, что ты скажешь», — подумал Виктор и, заинтригованный, ответил на вызов.

— Рад тебя слышать! — начал питерец. — Слушай, я застрял тут у вас недели на две и уже устал вечерами шататься по улицам. Может, сходим попьем пивка? Видел на Кутузовском неплохой ирландский паб. Ты как? Я угощаю. Не хочется пить одному,