Алхимия наших душ - Рацлава Зарецкая

— В одно время и в одном месте изменились сразу четыре судьбы, — произнес Страх. — Как все же интересно наблюдать за людьми…

Восьмерка Жезлов

Когда старинные настенные часы с маятником пробили восемь утра, Стефан вскочил с дивана.

— Ты что? — спросила Эмили, лениво глядя на юношу из-под полуприкрытых век.

— Мне надо на работу и…

— Твоя работа этажом ниже. И сегодня воскресенье.

— Ох, точно…

Стефан растрепал волосы пятерней и неловко закусил губу. Это показалось Эмили настолько милым, что она преодолела свою лень, встала с дивана и, шагнув к юноше, обвила его талию руками.

— У нас есть еще целый день, — прошептала она, прижавшись к груди Стефана.

Щеки юноши слегка порозовели, а на губах заиграла улыбка.

Они просидели на диване в гостиной рука об руку всю ночь, рассказывая друг другу о своих жизнях. Дольше всех говорила Эмили. Обычно она не была столь болтлива, но почему-то ей хотелось рассказать Стефану обо всем.

Кроме, конечно же, алхимического ритуала, который связал их души и стал одной из причин проклятия.

Эта тайна тяготила Эмили, и она дала себе обещание, что если Стефан каким-то образом переживет отмеренный ему судьбой срок, то она обязательно все ему расскажет.

— И чем же мы займемся сегодня? — промурлыкал Стефан, глядя на Эмили со жгучим желанием в зеленых глазах.

— Вариантов масса. Мы можем…

Договорить Эмили не дал короткий стук в дверь, а затем стремительно влетевшие в гостиную Тэ и Джен.

— Простите нас, но вы должны это видеть, — произнес Тэ, хватая пульт и включая телевизор.

Лица девушки и парня были обеспокоенными.

— Что случилось? — Эмили выпустила Стефана из объятий и хмуро уставилась на своих помощников.

— Сегодня утром была найдена еще одна жертва Сказителя, — вещала диктор новостей.

Эмили перевела удивленный взгляд на экран телевизора. Стефан замер на месте и даже приоткрыл рот.

— На этот раз убийца обратился к сказке «Рапунцель», — продолжила вещать диктор. — На жертве был длинноволосый парик, а указательный палец правой руки оказался проколот. Полиция предполагает, что девушка была отравлена через укол на пальце. Жертву звали Элеонора Пури. Ей было двадцать два года.

— Это же… — пробормотал Стефан, часто моргая. — Это же подруга моего брата. Мы только вчера с ней виделись…

— То есть, ты был последним, кто ее видел? — удивился Тэ.

— Не знаю. Не уверен. Я вскоре ушел, а она осталась с моим другом Эриком и своей подругой.

— Думаю, полиция все равно с тобой свяжется, — сказала Джен, не отводя взгляда от телевизора.

Стефан принялся нервно надламывать пальцы, которые при этом издавали неприятный хруст. Эмили взяла его руки в свои и, заглянув ему в глаза, ласково произнесла:

— Не бойся, у тебя есть алиби. Я подтвержу. После встречи ты сразу пошел домой?

Кивок.

— А потом ко мне?

Снова кивок.

— Ну вот, тебе нечего бояться.

— Я не боюсь, просто… — Стефан высвободился из рук Эмили, тяжело опустился на диван и обхватил голову руками. — Мне кажется, что я что-то упускаю. Как будто мне что-то должно быть известно, но я это забыл…

— Ты про убийства? — Эмили села рядом с юношей. — Хочешь сказать, что ты что-то узнал и забыл?

— Или я видел что-то относящееся к делу, но не придал этому значения…

— Может, мне следует устроиться работать в полицию и делиться с вами ходом расследования этого дела? — вдруг предложил Тэ.

— А что, идея неплохая, — одобрительно кивнула Эмили.

— Да, но думаю, что уже поздно это делать, — осторожно сказала Джен, недвусмысленно глядя на Тэ.

— Почему? — не преминула поинтересоваться Эмили.

Джен закусила губу, продолжая переглядываться с Тэ. Вздохнув, парень произнес:

— Мы вспомнили свои прошлые жизни.

— Оу, — выдохнула Эмили.

Это объявление было для нее как удар под дых. Да, она знала, что это когда-нибудь случится, но всегда надеялась, что скорее поздно, чем рано. Вот только как бы нескоро должно было что-то произойти, оно все же произойдет. И как раз в тот момент, когда ты меньше всего будешь этого ждать.

— Оказалось, что наши жизни были прочно связаны. — Тэ подошел к Джен и приобнял ее за плечи. Девушка не оттолкнула его, но и не выразила удовольствия. На ее лице застыла грусть. — И мы повели себя… недостойно. Увы, любовь не всегда делает людей лучше.

Стефан удивленно глядел на Тэ и Джен.

— Почему вы не помнили о своей жизни? — спросил он.

— Потому что так и должно быть, — пояснила ему Эмили. — Жнецами становятся только те, кто согрешил.

— Но ведь ты помнишь.

— Я — особый случай. На мне слишком много грехов, и именно от их степени зависит и наказание. Жнец не помнит своей прошлой жизни и работает на Смерть до того момента, пока ему не начнут приходить видения, которые оказываются воспоминаниями о его прошлой жизни. Когда жнец вспоминает о своем грехе, его наказание заканчивается, и он получает шанс на перерождение. — Эмили посмотрела на Тэ и Джен, тихо вздохнула и продолжила: — Иногда те жнецы, чьи прошлые жизни были связаны, встречаются. И если жнец коснется губами губ другого жнеца, то увидит его прошлую жизнь. Думаю, так получилось и у вас. — Эмили слабо улыбнулась.

Тэ и Джен кивнули.

— В прошлой жизни мы были возлюбленными, — тихо сказала девушка. — И из-за нашей любви пострадало несколько человек. — Джен взглянула на Тэ глазами, в которых застыли слезы. — Я до сих пор люблю тебя, но, пожалуйста, давай не будем больше рождаться в одно время. Я больше не вынесу такого исхода…

Тэ погладил девушку по спине. В его карих глазах застыла боль.

Эмили было тяжело и дальше обсуждать эту тему. От мысли, что Тэ и Джен вскоре покинут её, женщине стало дурно.

— Думаю, нам троим сегодня надо совершить пару рейдов и постараться найти души бедных девушек, — сказал Тэ, резко меняя тему разговора, будто понял, как тяжело Эмили обсуждать их скорый уход.

— Думаешь, от других будет толк? — спросила Джен. — От Золушки мы ничего не узнали.

— Возможно, последние жертвы заметили больше, — с надеждой произнес Стефан.

— Ты все ещё хочешь продолжать это, несмотря на отсутствие зацепок? — спросила у него Эмили.

— Я обещал.

— Призраку.

— И что? Если у нее нет тела, значит, она не человек?

— Ты прав, — вздохнула Эмили.

— Тем более, она спасла мне жизнь, — напомнил Стефан. — Я должен вернуть Золушке долг.

— Золушка, Белоснежка, Русалочка, а теперь и Рапунцель, — задумчиво перечислил Тэ. — Убийца — фанат Диснея?

— Или просто сказок, — предположила Джен.

— Или принцесс. — Тэ усмехнулся. — Наверняка стены его комнаты оклеены плакатами с их