Без вести - Яна Юрьевна Егорова

– Логично, – прожевывая остатки бутерброда, кивнула в знак своего согласия. – Так что теперь? Мы его спугнули, выдали себя.

– Ну, для начала не факт, что он виноват. Мужик и в самом деле мог немного свихнуться.

– А моги и не мог…

– Мои и не мог. Мы этого не узнаем до тех пор, пока он не совершит новую вылазку.

– А он ее совершит?

– Обязательно. Зачем-то же он приезжал в поселок. Мы его спугнули, при этом, он не знает – кто его спугнул. Это явно была не полиция, никто не стрелял, арестом не угрожал. Игнатьев кричал уже тогда, когда Бриль был в машине – так что, он не мог этого слышать. Это были какие-то люди с собаками, вполне могли оказаться обычными перепуганными дачниками. Собаки, кстати, оказались очень к месту. Логично оправдывают ранний весенний приезд дачников – животных часто вывозят в сельскую местность для прогулок, тренировок и отдыха. Так что, сложилось для нас все вполне удачно. Пока. Терехову сообщать о наших с тобой ночных приключениях нельзя ни в коем случае – если он начнет задавать Брилю вопросы, а он начнет, мы его спугнем окончательно.

– Так, ты же говоришь, что у Бриля могло не быть особого мотива для приезда в поселок.

– Мотив был.

– Откуда ты знаешь?

– А заляпанные грязью номера? Данилова, просыпайся уже. Приехал ночью, номера заляпал. Вот ты пробовала когда-нибудь специально заляпать грязью номера так, чтобы ни цифры и буквы видно не было? С обеих сторон? А? То-то. Это достаточное основание продолжать наблюдать за ним, но не арестовывать или допрашивать.

– Я смотрю, у тебя богатый опыт, – даже несколько обиженно хмыкнула я.

– А книжки свои, ты думаешь, я с неба взял? Пристегивайся, едем в колледж!

Я невольно опустила взгляд туда, куда он так насмешливо посмотрел – в коробке было пусто, на моем свитере крошки. Я настолько заслушалась тем, что автор рассказывал, что слопала все, чуть не облизав миску!

Глава 25

Шагать рядом с Горовицем в общественном месте – то еще развлечение. Как он живет? На него постоянно оборачиваются! Показывают пальцем, шепчутся за спиной. Оказавшись в просторных коридорах элитного колледжа, я очень быстро почувствовала разницу между нами. Здесь писатель был в своей среде, а я, такое ощущение, как вылезла из своего болота, так даже умыться не успела.

С ним здоровались – он улыбался всем. Кому-то даже махал рукой. А кто-то подбегал обниматься. В основном симпатичные девушки. Парни, гордо выпрямив в спину, подходили пожать руку знаменитого автора.

– Куда мы идем? – огрызаться я начала против воли, просто весь этот цирк был слишком сладеньким, как будто мы сюда приехали по ковровой дорожке пройтись перед сотнями фотокамер. Они, кстати, тоже имели место быть. Камеры, в смысле. Нас фотографировали и снимали на видео со всех углов.

– Данилова, – Горовиц остановился и повернулся ко мне, – в кабинет ректора, разумеется. Куда же еще? А вот, – он показал пальцем куда-то за мою спину, – кстати и он!

Обошел меня, постучал костяшками пальцев в дверь и без разрешения переступил через порог. Я протиснулась в кабинет сразу за его внушительной фигурой. Разумеется, кабинет был под стать всему колледжу – величественное помещение от пола до потолка отделанное высококачественным деревом. Посреди комнаты – добротный стол, а за ним фигуристая блондинка в сексуальных очках. Управляющая балаганом в виде колледжа подняла голову, мгновение посмотрела на нас из-под выщипанных бровей и… расплылась в улыбке.

– Боже мой! Скажите мне, что я не сплю!

– Вы не спите, – Горовиц остановился в паре метров от ее стола, который она, вскочив, быстро обошла и почти подбежала к автору, протянула свою маленькую ладошку для рукопожатия. Горовиц не разочаровал фанатку, руку принял и поцеловал. Дамочка стала пунцовой. Приложив пальчики к щеке, поправила очки и изрекла:

– Гарри Горовиц! Собственной персоной! Но меня не предупреждали, что планируется встреча со знаменитостью, лекция… Я бы встретила вас лично!

– Никаких лекций! Тереза Юстусовна, мы к вам по личному делу.

Надо же, он даже успел прочитать ее имя на табличке в коридоре!

– Для вас – просто Тереза, – зарделась ректор.

– Тереза, мы к вам по личному делу. Это, – он наконец показал на меня, – представитель поисковой организации «БезВести». У вас недавно случилось трагическое событие, сначала пропала, а потом и была найдена убитой одна из преподавателей. Ольга Бриль.

– Ольга? Да, да, это очень печальное происшествие! Настоящая трагедия для нас. Студенты скорбят, ее фотография на преподавательской стене помечена черной лентой. Мы провели беседы со студентами. Вы были знакомы с ней?

– Лично не был. Мы ведем расследование ее гибели.

Женщина моментально изменилась в лице. От пунцовости не осталось и следа – тетка превратилась в жесткого управленца. Это же отразилось на ее интонации:

– Полиция занимается этим делом. Мы предоставили всю информацию об Ольге. И, насколько мне известно, убийство произошло на даче у Брилей. Где-то под Питером, в лесу. Почему же вы приехали к нам? И почему… а… я начинаю понимать! Вы ищете сюжет для своего нового романа?

– Можно и так сказать.

– Не забудьте указать в книге, что все, что касается нашего достойного учебного заведения, с вашей стороны является не более, чем фантазией вашего, бесспорно, гениального ума.

– Обязательно. Надеюсь, и вы пойдете мне навстречу, рассказав немного о вашей сотруднице.

– Об Ольге? Она была прекрасным преподавателем. Студенты ее очень любили. Ни с кем из коллег не конфликтовала. Можно сказать – идеальный сотрудник. Не было ни единого нарекания. Вы, пожалуйста, отметьте себе это – со стороны работы искать причины смерти бессмысленно. Я это и полиции сказала и вам повторю. У нас учатся дети уважаемых родителей. У каждого из студентов великое будущее, в стенах колледжа они занимаются исключительно учебой.

– А не в стенах? – вклинилась я.

– Не в стенах? – ее взгляд напомнил мне мое благополучно забытое общение с ректором университета, в котором училась сама. В далеком прошлом я была не лучшим студентом и нередко посещала ректорский кабинет. Все-таки, молодой ректор или старый – лица у них у всех одинаковые. И поведение. Ответы как под копирку.

– Чем студенты занимаются за пределами колледжа – преподавателей не касается. Мы отвечаем лишь за свою часть работы, за вложенные в их головы знания.

– Даже если то, чем они занимаются, касается ваших преподавателей? – поддел ее Горовиц.

– В