Посмотри на меня - Амврелий

— Он не хочет отходить от вашего сына. Если вам неудобно видеть, как я буду говорить с пустотой — можете нас оставить. Не волнуйтесь, этот разговор никак не повлияет на состояние вашего ребёнка, — добавила на всякий случай, а то, вдруг, он думает, что я ведьма какая-нибудь.

— Нет, — категорично ответил Антропов, — если это может помочь — общайтесь, прошу, — махнул в воздухе рукой, — но только при мне. И я хочу понимать, как будет проходить разговор.

Его супруга молчала, полагаясь на мужа. Поэтому понимание, насколько подобное требование может затруднить предстоящую беседу, искать у неё не приходится.

— Предлагаете мне для вас транслировать?

Меня разозлило его отношение. Могу понять, что сын находится в очень тяжёлом состоянии, что он не может разобраться, как это вышло, что хочет отомстить виновным, но я-то здесь при чём?

Скиф успокаивающе сжал мой локоть и еле заметно покачал головой, прося спустить этот момент на тормозах. Ладно, раз начальство просит, я это проглочу, но не значит, что забуду.

— Хорошо, — не глядя на бизнесмена, дала своё согласие. — Может, и вы знали этого парня.

Присесть мне никто не предлагал, поэтому я самовольно опустила своё тело на единственный стул, что стоял по другую сторону кровати. Рядом с моим будущим собеседником.

А парень действительно похож на того, кого я видела в новостях: высокий рост, широкие плечи и узкие бёдра, длинные пряди пшеничного цвета лежат в беспорядке, обрамляя лицо, а серо-зелёные глаза смотрят с вызовом. Схожесть черт присутствует, но вблизи их не перепутаешь. К тому же, этот человек умер в более раннем возрасте, полагаю, лет в девятнадцать.

— Кто ты? И почему находишься рядом с Матвеем? — не стала вести пространные речи и сразу перешла к делу.

Паренёк приподнял бровь в молчании, что я для себя расшифровала: «Ты кто такая, чтобы я перед тобой отчитывался?». М-да, весело, однако, мне будет.

— Родственник? Друг? Знакомый? — перебирала варианты вслух, следя за мимикой. — Хм, враг? — на этом слове его лицо возмущённо вытянулось, словно я не имела права такое говорить.

Признаться, у меня не очень развита фантазия, наверное, потому что я с детства сталкивалась с тем, что для остальных является лишь выдумкой. Поэтому над тем, кем ещё может оказаться этот призрак для пострадавшего, пришлось задуматься.

— Ладно, может вы были одноклассниками? Нет? — Видя, что отклика не последовало, я сказала то, что меня саму повергло в ступор: — Любовники?

Вот это я выдала! Похоже, я себя немного недооценила — выдумщица ещё та. И моя рука уже потянулась вверх, чтобы хлопнуть себя по губам, как я иногда делаю, желая забрать назад то, что только что сказала, но на лице призрака я увидела яркую эмоцию: он смешался и опустил глаза.

Не может быть…

— Не верю, — поражённо уставилась на него, открыв рот.

Судя по информации в СМИ, Антропов-младший был тем ещё бабником. Какая нетрадиционная ориентация?

— Всё не так, — впервые услышала мелодичный голос. — Это я любил Матвея, он не знал.

Такого поворота я точно не ожидала. На этом моменте отец парня решил поинтересоваться, о чём это мы там разговариваем. И что мне ответить?

— Эм, да уж, не знаю, как сказать… — прикусила губу в нерешительности. — Этот парень, призрак которого находится рядом с вашим сыном, был при жизни в него влюблён, — думаю, такая формулировка отразит смысл в полной мере.

В первые секунды Антропов растерялся, а потом начал багроветь. Тираду, которую он выдал, когда открыл рот, не часто можно услышать от человека такого уровня.

— Давайте о том, можно ли избавить вашего сына от этого призрака, мы поговорим позже, — переведя для себя смысл сказанного нелитературным языком, остудила его запал. — Сейчас, я считаю, намного важнее узнать, что и почему случилось с Матвеем. Или вы так не считаете?

И не нужно на меня так смотреть, словно я на его глазах сейчас котёнка насмерть замучила. Разве я не права?

— Ладно, продолжайте, — Юрий Михайлович усмирил свою нетерпимость. — Но мы к этому ещё вернёмся.

Кто бы сомневался. Вот только я в этом вопросе помогать не собираюсь. Пусть Скиф танцует вокруг этого бизнесмена, а мне он не нравится.

— Ты… — снова вернула своё внимание к призраку, — скажи, для начала, как тебя зовут?

— Витя, — увидев, как я отреагировала на его признание, парень уже не был настроен столь враждебно.

Скорее всего, его жизнь не была похожа на лёгкое порхание — с такими личными предпочтениями в нашей стране жить очень тяжело. Поэтому меня не удивляет его первоначальная агрессия в мою сторону. Защитный механизм.

— Хорошо, Витя, если ты захочешь поговорить со мной о себе — я тебя выслушаю, но сейчас мне крайне важно узнать: ты знаешь, что произошло сутки назад с Матвеем? Ты был рядом в тот момент?

— Я, — сначала он хотел что-то сказать, но передумал, — да, был.

— Тогда расскажи, что ты видел, пожалуйста, — попросила его.

Он опустился на пол там же, где стоял, откинувшись головой на край кровати. И это действие показало его таким потерянным и беззащитным, что мне стало очень жаль его. Ещё не зная истории этого парня, я уже чувствовала, как слёзы подступают к глазам — думаю, что она очень грустная.

— Я почти всегда рядом, — начал рассказывать, — и мне так часто хотелось, чтобы он меня услышал. Чтобы перестал так жить.

— Так — это как?

— Прожигать свои дни, сливая их в канализацию. Когда-то я думал, что Матвей может стать большим человеком, ведь он далеко не дурак, деньги и возможности есть, но прошло столько лет, а он опускался всё ниже. Спросите его отца о зависимости Матвея, — призрак посмотрел на Юрия Михайловича, таким образом, через меня, вовлекая его в наш разговор.

— Зависимость? — я сразу подумала о наркотиках. — Какая ещё зависимость?

Мой вопрос был обращён к Антропову, который буквально застыл от него, и отвечать не спешил. Тогда впервые напрямую со мной заговорила его супруга:

— Матвей — очень хороший мальчик, — конечно, мать будет защищать сына до последнего. — Просто, он немного потерялся, — ещё бы, столько денег иметь, при этом ничего не делая. — Мы пытались его вылечить, но не уследили — он снова сорвался. И как только находит эти казино.

Игромания? Можно предположить, что, когда есть такие огромные денежные ресурсы, намного сложнее остановиться и понять, что не можешь жить без ставок и азарта. Даже потеря денег приносит своеобразный кайф.

— И как его зависимость может