Захваченная грешником - Мишель Хёрд

Значит, нас двое, kardiá mou14.

Осознав, что я только что назвал ее своим сердцем, я отстраняюсь и вздыхаю с облегчением, когда папа и Хелена подходят к нам.

Танцуя со своей свекровью, между нами напряженная атмосфера.

— Я позабочусь о ней, – говорю я, чтобы успокоить Хелену.

— Я знаю.

Блять, неужели эта свадьба уже закончилась?

Глава 24

ТЕСС

Сегодняшний день нельзя назвать странным. От безумной свадьбы до того, что Николас выглядит счастливым – все это безумие.

Пытаясь опередить эту волну, я сажусь рядом с Николасом на заднее сиденье внедорожника. К счастью, медового месяца не будет, и, насколько мне известно, я могу продолжить учебу.

Мой распорядок дня не должен сильно измениться. Надеюсь.

Когда мы не едем в направлении особняка Статулис или моей квартиры, я бросаю взгляд на здания, проносящиеся мимо нас, спрашивая:

— Куда мы едем?

— Домой.

Вздыхая, я закатываю глаза, прежде чем посмотреть на Николаса.

— Чей дом? Где?

— Мой, и ты скоро узнаешь. – Он не отрывает глаз от своего телефона, набирая одно сообщение за другим.

Я почти использую один момент из книги Афины и вырываю устройство у него из рук, говоря, что в нашу брачную ночь телефоны запрещены, но я подавляю желание и перевожу свое внимание на окно.

Брачная ночь.

Николаса ждет чертовски приятный сюрприз, если он думает, что я просто стану послушной женой, которая согреет его постель и приготовит еду.

Внедорожник сворачивает на подземную парковку, и когда он останавливается, Николас распахивает дверь и выходит. Он не ждет меня и направляется к лифтам.

Лукас, водитель, открывает мне дверь. Я выхожу и благодарю его, затем иду туда, где ждет Джеймс. Благодаря его знакомому лицу здесь все кажется не таким чужим.

Когда мы начинаем идти, он бормочет:

— Я перенес всю твою одежду в пентхаус. Дай мне знать, если тебе понадобится что-нибудь еще, и я распоряжусь, чтобы это принесли.

Мне не нравится идея, что мужчина будет упаковывать мою одежду, но, благодарная за то, что у меня будут мои личные вещи, я говорю:

— Спасибо, Джеймс.

Он останавливается и указывает на лифт, где Николас уже внутри, прислонившись спиной к панели, все еще разговаривает по телефону.

Сделав глубокий вдох, я вхожу внутрь. Никто из охранников к нам не присоединяется. Николас нажимает на кнопку, и дверь закрывается передо мной.

Мы поднимаемся по этажам в абсолютной тишине, и когда лифт открывается, меня встречает элегантный и современный вестибюль. Все из стекла, хрома и темно-серой мебели.

Выйдя из лифта и войдя в пентхаус, я оглядываюсь по сторонам, пораженная огромными размерами этого места и всей этой роскошью.

— Это твой дом? – Я прохожу вглубь гостиной, восхищаясь темно-серыми кожаными диванами и массивной развлекательной системой, дополненной стеклянной скульптурой Аида и его трехглавой гончей.

Бог подземного мира. Я не удивлена, что Николас нашел с ним сходство.

— Это наш дом. – Без каких-либо дальнейших объяснений Николас направляется наверх по закрученной хромированной и стеклянной лестнице.

Уступая ему дорогу, я говорю:

— Я думала, ты живешь в особняке Статулис.

— Я не планирую трахать тебя, когда наши родители в пределах слышимости, – следует его сухое замечание.

— Хa! – Я хмуро смотрю ему в спину и проклинаю, что смокинг этого мужчины сидит на нем идеально. – Тебе так повезет.

Мы идем по коридору, с обеих сторон закрытые двери. Я исследую их позже. Прямо сейчас нам с Николасом нужно закончить разговор.

Я следую за ним в главную спальню и останавливаюсь посреди комнаты. Справа от меня кровать королевских размеров, застеленная темно-серым шелковым постельным бельем. Затемненные окна занимают всю стену.

Слева от меня ванная комната, а передо мной гардеробная размером со всю спальню в моей квартире.

Николас сбрасывает пиджак, затем срывает бабочку с шеи. Он расстегивает манжеты своей накрахмаленной белой рубашки, прежде чем приступить к пуговицам, спускающимся по груди.

Моя бровь приподнимается.

— Ты сказал, что мы закончим разговор сегодня вечером.

Вздыхая, он даже не смотрит в мою сторону.

— Я устал, Тереза.

— Мне все равно, – выпаливаю я. – Что, черт возьми, сегодня произошло? На прошлой неделе ты трахнул меня только для того, чтобы выбросить как мусор, а сегодня ты женился на мне? Ты что, с ума сошел?

— Что-то вроде этого, – бормочет он, снимая брюки своего костюма.

Другая моя бровь тоже приподнимается, когда Николас снимает свои боксеры.

Я впервые вижу его обнаженным, и это заставляет меня моргать, как будто в моем мозгу происходит короткое замыкание.

Золотистая кожа покрывает чертовски крепкое тело. Я вижу его силу, пульсирующую в каждом мускуле, когда он поворачивается и идет ко мне. Этот мужчина совершенно не стесняется себя, от него исходит уверенность.

Мои глаза опускаются ниже, и я наклоняю голову.

Вау, неудивительно, что это было больно.

— Радуйся, что я не отослал тебя, Тереза. Я ожидаю, что ты выполнишь все свои обязанности как моя жена.

— Просвети меня, – бормочу я, поднимая глаза на его пресс и рельефную грудь. – Какие же?

— Ты будешь сопровождать меня на мероприятия и раздвигать ноги всякий раз, когда я прикажу.

Я издаю смешок, мой пристальный взгляд наконец встречается с его.

— Значит, ничего не меняется. – Я не позволяла себе смотреть на кольцо у себя на пальце. До сих пор. Подняв руку, мой взгляд падает на массивный бриллиант, сверкающий в электрическом свете. – Ну, по крайней мере, я получаю бриллиант за все эти неприятности.

— Это кольцо моей матери. Прояви немного уважения, – отчитывает он меня.

Кольцо его матери?

Я снова смотрю на него и вижу замысловатый узор из листьев, вплетенный в кольцо. Оставаясь при своем мнении, я бросаю на Николаса равнодушный взгляд.

— Я проявлю некоторое уважение в тот день, когда ты будешь относиться ко мне не просто как к куску задницы.

Проталкиваясь мимо этого засранца, я подхожу к шкафу. Моя одежда висит с левой стороны, не заполняя даже четверти огромного пространства.

Я слышу, как льется вода в душе, но затем Николас говорит:

— Я ожидал больше одежды.

Я не утруждаю себя ответом, пока пытаюсь дотянуться до молнии, чтобы избавиться от этого проклятого свадебного платья. Руки Николаса отталкивают мои и расстегивают молнию. Его теплое дыхание овевает мою шею.

— Что ты сделала