Греховный соблазн ночи - Люсинда Миллер

Романова оторвалась от творожных блинчиков со сгущенкой, взглянув исподлобья, проговорила:

— У меня видать на роду написано жить под чьей-то властью.

Тариев расценил ее слова как упрек за поведение накануне.

— Вчера впервые позволил себе ее. Но ты уже меня так довела, что наступил предел. Но и жалеть о поступке на заставишь. С твоим характером, дай волю, ты таких дел наворотишь, годами разгребай потом.

— Будешь меня до конца дней упрекать за ребенка? — колюче посмотрела на собеседника. — Дал бы мне сделать аборт и ноль ответственности! — резанула слух фразой.

Тариев от услышанного напрягся. Разозлившись, ударил ладонью о столешницу и, наклонившись к лицу Анны, по слогам сказал:

— Еще раз упомянешь про моего ребенка в таком контексте, и я его заберу у тебя. А ты можешь возвращаться в Россию. Раз тебе так неприятна сама идея его рождения.

— Что?!

— Что слышала! — и вернулся к завтраку, пытаясь утихомирить агрессию.

Джафар и не думал лишать дитя матери, даже если она и не хотела его. Он не верил, что Анна ребенка не любит, а лишь испытывает растерянность и жалость к себе, но признаться в том, что на самом деле чувствует: гордость не позволяет. И эти эмоциональные качали имеют фундамент из-за повышенных гормонов.

Анна резко потеряла аппетит из-за грубых, но правдивых слов Тариева. И уже пожалела, упомянув жестокую тему, к которой сама относилась с трепетом. Если в целом не умираешь от любви к детям, еще не означало их убийство в утробе. Сказала чтобы подразнить и узнать его истинное мнение. Узнала, что аж слезы навернулись. Пила чай, пряча единичные капли слезинок в кружке и сидела безмолвно. И что делать в его доме дальше не знала. Большая часть одежды осталась у Мансуровых и она после беседы резко пожелала вернуться обратно. Если он с ней будет вести себя как злобный тролль, терпеть не станет.

— Когда возвращается твоя мама? — тихо спросила.

— На неделю уехала. Может чуть задержится. А что? — попивал кофе и строго смотрел на Анну, все еще злясь.

— Можно я вернусь к Мансуровым? — кинула просящий взгляд через стол.

— Нет. Нельзя.

На что Анна раздула ноздри и выпучила глаза, готовая метать кинжалы в собеседника, будь они в рукавах. Но Тариева не проняла ее агрессия и он взвешенным тоном добавил:

— Я тебя привез в свой дом не для того, чтобы ты бегала по улицам с чемоданом в поиске более комфортного проживания. Я давал тебе время ко мне привыкнуть. Но и оно не помогло. Ты скоро станешь матерью, а ребенок не игрушка. Взял в прокат — неси обратно.

— Не надо меня учить! Сказала же, я не твоя студентка и получше тебя знаю, что такое дети. Но и жить с тираном не собираюсь.

— Я тебя понял, — откинулся на спинку стула мужчина. — Но с этого дня будет по-моему, пока он не родится.

— Что следующее на очереди? Запретишь мне работать и наденешь глухую накидку?

Джафар саркастично скривил рот, сверкнув зрачками.

— Нет. А надо бы.

И Анна поверила ему. Сейчас перед ней сидел не тихий и уважительный интеллигент, а басмач и колдун из театральных постановок. Второе его лицо. И если бы мужчина не обладал такой волей, то и играть не смог бы таких злостных персонажей.

— Тебе разве на работу не надо сегодня?

— Две последних пары. А тебя надо отвезти?

— Желательно. Элегия еще не окрепла, а вторая фармацевт первый день с отпуска и ей понадобится помощь.

— Хорошо. После завтрака отвезу. А после заедем за вещами к Мансуровым.

Джафар вышел из-за стола, отнес чашку к раковине, давая понять, что беседа завершена. Попытка Анны отвоевать себе кусочек прежней свободы пропала даром.

Глава 30. Конкурент

Так прошло два дня. Часть вещей, как и обещал Джафар они забрали, заехав после работы. Урсула и вернувшийся домой Али с улыбками на устах встречали и провожали пару, радуясь, что наконец-то молодые пришли к согласию. Анна старалась отвечать улыбкой тоже, изображая счастливую пару. Уговорив Джафара посетить торговый центр, вечером отправились за покупками.

— Что ты хочешь купить? Я не любитель шопиться, — без интереса посмотрел Джафар в сторону пассажирки.

— Мне одежда тесна в талии.

— А…, ну, конечно, нужно обновить гардероб. Карточку дать или наличные устроят?

— Я сама зарабатываю, — отказалась Анна горделиво.

Хоть в вопросе финансов могла лидировать и себя обеспечивать, пока работает. При мысли, что и тут ее независимость угаснет, опечалилась.

Джафар не стал спорить. Проще было уступить гордячке. Его время для заботы о ней и ребенке еще впереди, и он уже задумывался о дополнительном доходе.

Выпустив на стоянке девушку, остался ждать ее возвращения.

Анна ходила больше часа по отделам в поиске удобных вещей. Купила трикотажное теплое платье свободного кроя, брюки на широкой резинке и пару легких кофточек.

Находясь в отделе нижнего белья и выбирая бюстгальтер на размер больше прежнего, вновь расстроилась.

— К началу родов меня раздует, как мыльный пузырь. Так и до козьего вымени недалеко осталось, — оглядывала себя в новом лифчике, стоя перед зеркалом.

На что консультант отдела сдержанно улыбнулась и не удержалась от комплимента:

— Что вы говорите такое? У вас хороший размер, третий. Мужчинам нравится большие груди.

Анна обернулась к продавцу, сведя брови.

— Моему мужчине вообще без разницы какой размер сисек, как и я в целом. А рожу, так и пятый приплывет с молоком. Если не больше, — отвернулась и начала переодеваться.

— Простите, не хотела обидеть. Но Вы и правда красивая девушка, даже беременная. Расцвели. Тогда пожелаю, чтобы встретился мужчина, который оценит такую красоту, — искренне пожелала консультант.

— Благодарю Вас. Я возьму этот, — подняла на руке бюст цвета шампанского с тиснением в виде роз. — И белый топик из трикотажа.

Расплатившись за покупки, заглянула в отдел постельного белья. Греться под боком колдуна впредь не желала, выбрав стеганое одеяло из верблюжьей шерсти. Тонкое, теплое, с принтом барханов и верблюдов под звездным небом. Довольная купленным вышла из отдела. Два пакета в обеих руках и объемное одеяло, сумочка через плечо. Нагрузив себя как те самые верблюды на одеяле, шла по длинному коридору к эскалатору. Позвонить Джафару не решилась. Признаться, как нуждается в его силе и уступить: ни за что! Двигалась уверенной походкой к выходу, пока не услышала свое имя. Сначала решила, что ослышалась, оглянувшись по сторонам и не найдя хозяина голоса, двинулась в путь, но через минуту позади услышала быстрые шаги, обернулась. Мужчина приближался