Белая лошадь, черные ночи - Иви Марсо

Бастен ясно дал понять, что сбежать от него не выйдет. Я отказываюсь повторять попытку и подвергать Мист или любое другое животное риску того, что случилось с дикой кошкой. И все же будь я проклята, если позволю этим людям управлять моим будущим. Я никогда не выйду замуж за человека, который заставил меня совершить эту непристойную поездку. Каким-то образом ― либо до того, как мы прибудем в Дюрен, либо после ― я сбегу от всех позолоченных уз, которыми они меня сковали.

Я должна послать сообщение Адану.

Раз уж я не могу встретиться с ним, как планировала, мне нужно отправить ему весточку, что я не отказалась от нас. Это меньшее, что я могу сделать после того, как позволила Бастену поцеловать меня.

Кажется, что отправить сообщение должно быть просто для поцелованной богом девушки, которая умеет разговаривать с животными, но это не так. Птицы способны за день добраться до любой точки Астаньона, но они не думают так, как люди. Даже если бы кто-то из них вызвался помочь, объяснить дорогу было бы невозможно. Они не понимают ни названий городов, ни названий дорог, ни даже имен людей. Максимум, на что они способны, ― это ориентироваться по природным ориентирам, но и это непросто, ведь Бастен завел нас в лес, где все выглядит одинаково.

Я обращаюсь к нему, осмеливаясь нарушить напряженную тишину, которая царила все утро.

― Ты сказал, что впереди перекресток, верно?

― Через несколько миль, да. Мы свернем на развилке на восток, держась леса.

Сестры бессмертной Айюры не потрудились обучить меня географии, поэтому мои знания о топографии Астаньона весьма туманны. Лучшее, на что я могу положиться, ― это несколько разговоров, которые я подслушала в поместье отца, когда он и Сури обсуждали, каким путем я поеду в Дюрен.

― Если мы поедем на перекрестке прямо, ― предлагаю я, ― это приведет нас на север, в Блэкуотер, верно? На реке Иннис?

Бастен отвечает угрюмо.

― Мы не поедем на север.

Я думаю, что если мне удастся добраться до города на реке Иннис, то я смогу найти птицу, которая согласится отнести послание Адану. Старая мельница Иннис расположена в глубине острова вдоль той же реки, и ее большое водяное колесо должно быть достаточно четким ориентиром, чтобы птица могла его узнать. Все, что ей нужно будет сделать, ― это лететь вдоль реки, пока она не заметит водяное колесо.

― Но ведь путь на север ― это почти прямой путь в Дюрен, ― нажимаю я. ― Иначе мы потеряем время, плутая по лесу.

― Блэкуотер ― не место для леди.

Бастен явно не настроен на разговор, но я останавливаю Мист и жду, положив руки на бедра.

Он оборачивается и хмурится, словно я заноза в его боку.

Я прочищаю горло.

― Я хочу пройти через Блэкуотер.

― То, что ты хочешь, меня не интересует, леди Сабина.

Я окидываю его хмурым взглядом. Сидя на спине Мист, я смотрю на него сверху вниз, и выпрямляюсь еще больше, чтобы усилить эффект. Театрально подняв прядь своих жирных волос, я говорю:

― Если бы ты мог учуять что-то помимо собственного зловония, ты бы понял, что мне крайне необходима ванна. Сомневаюсь, что твой хозяин обрадуется, если его невеста прибудет в город, похожая на кошку, которая извалялась в грязи. Мне нужно остановиться в трактире, чтобы принять ванну до прибытия в Дюрен.

Он крепко сжимает руки.

― Я уже сказал тебе, что мы не поедем на север.

Я поднимаю бровь.

― Есть ли трактиры на лесной дороге?

― Нет.

― Тогда мы поедем на север. — Угрожающе наклонившись вперед, я впиваюсь в него горячим взглядом. ― Лорд Райан приказал мне совершить эту непристойную поездку обнаженной, ― шиплю я. ― Но тебе решать, приеду я грязной или нет, Бастен. Оставь мне хоть что-то от моего достоинства. Ты в долгу передо мной.

Его жесткое выражение лица смягчается. В его глазах снова мелькает чувство вины, когда я напоминаю о поцелуе. Он с трудом сглатывает.

― Блэкуотер — суровый город, ― говорит он. ― Речной порт, куда стекается всякая шваль со всех приграничных территорий. В нем много людей, ищущих неприятности.

Я не отступаю.

― Я уверена, что стражник с твоими способностями сможет защитить меня от пары карманников.

Он сжимает переносицу, ругаясь под нос. Я знаю, что не прошу невозможного ― если бы мы шли по первоначальному маршруту через Миддлфорд, мы бы все равно проехали через Блэкуотер. Так что вряд ли все будет так плохо, как он утверждает.

― Отлично, ― говорит он натянуто. ― Один постоялый двор. Одна ночь. Одна ванна.

Я приторно-сладко улыбаюсь ему.

― Тебе бы самому не помешало немного мыла.

До Блэкуотера осталось три дня, и у меня есть время продумать, как именно я смогу отправить сообщение Адану. Сердце греет мысль о том, что он получит мое письмо и будет знать, что я не предала его. Конечно, это не то же самое, что быть вместе, но меня уничтожает мысль о том, что он может решить, будто я отказалась от наших планов в пользу брака с лордом Райаном.

Я рассеянно потираю пальцы, вспоминая прикосновения Адана. Как жаль, что мой первый поцелуй был с Бастеном, а не с Аданом. Лучшее, что нам с Аданом удалось под неусыпным оком сестер, ― это держаться за руки в сарае для скота. Я сидела на соломе с козой на коленях, и рука Адана коснулась моей,