Повелительница интерьеров и генералов - Сусанна Ткаченко

Его кулаки сжимались и разжимались, словно зудели. У них тут что, практикуют рукоприкладство по отношению к женщинам? Не позволю! Я сдвинула брови и посмотрела на Антонио так, что он отшатнулся.

— Убирайся вон с моей земли вместе с кузеном! — прошипела и надвинулась на достаточно крупного мужика без всякого страха.

Почему-то на угрозы я всегда реагировала не смирением, а ответной агрессией. В школе никто не рисковал меня задирать, а в девяностых братки, крышевавшие мой бизнес, уважали и звали к себе в бригаду. В шутку, конечно, но регулярно. До тех самых пор, пока их не разогнали: кого в тюрьму, кого в могилу, кого в депутаты. Возможно, что-то в моем виде или взгляде, а может, и в голосе, было особенное, потому что оно сработало и сейчас. Антонио Лианор побледнел, и у него дернулся глаз.

— Истеричка ненормальная, — просипел он, — я отберу у тебя детей как у невменяемой.

— Попробуй! Кастрирую тупым ножом, когда спать будешь, — пообещала, зло прищурившись.

Разумеется, это была пустая угроза — на подобное я не способна, но Антонио, к сожалению, мне поверил, и в глазах его мелькнуло нечто вроде понимания, ничего хорошего мне не предвещавшее. Будто он меня раскусил и знает, что делать дальше. А вот от этого по спине стекла капелька холодного пота. Да твою ж мать! Очень гладко прошёл наш разговор, ничего не скажешь. Потерпела бы, прикинулась овцой! Попила бы чаю с ними, выпроводила и дождалась генерала! Нет, надо было дать отпор! Я всерьёз раздумывала, не рассмеяться ли мне, похлопав братишку по плечу, и не сказать ли, что это была шутка такая, но тут дверь с грохотом отлетела, и на крыльцо вышел кузен Мохита.

— Ну вы чего так долго? Я выпить уже чего-нибудь хочу. Жена! Накрывай стол!

Ну и вот тут все мои миролюбивые намерения опять улетучились.

— Вы уже уходите, кузен, и больше сюда не приходите. Жену поищи в другом месте, — отчеканила я непослушными губами.

— А? — не въехал тугодум.

— Идём, Мохита, — процедил Антонио. — Встретимся на совете, сестрёнка, тогда и посмотрим кто кого.

Мужчины отправились к воротам, а я развернулась к двери. В проёме стояла Гресия, закусившая костяшки пальцев.

— Всё плохо, госпожа? — спросила она одними губами.

— Не знаю, Грес. Сколько там стоят фальшивые документы и четыре места у контрабандистов? — печально уточнила, заходя в дом.

— Двадцать тысяч на четверых. Огромная сумма.

— А про алмазы ты узнала?

— Да, можно сдать, но цену скажут, только когда увидят камни. От тысячи до сотен тысяч могут дать, госпожа.

— Что ж, тогда после завтрака идём искать алмазы. Боюсь, что мы должны сбежать еще до совета.

— А сколько у нас времени?

— Очень мало. Совет обещали собрать в конце месяца.

Грес запричитала, но, к счастью, только междометиями, без гнетущих пророчеств. А себе я приказала не раскисать. Прорвёмся!

Дети уже тоже проснулись и ждали завтрака. Мы наелись каши с вареньем, выпили чаю с булочками и маслом и отправились к камню искать клад.

— Мам, а во всех камнях есть клады? — спросил Марк, когда я объяснила, чем мы будем заниматься.

Я задумалась. Во-первых, а кто его знает? Может, и во всех. Никто же не проверял. А во-вторых, как объяснить ребёнку, с чего я взяла, что в нашем камне есть сокровища? М-да. Этот момент я как-то упустила. Пришлось выкручиваться.

— Я только предположила, что такое возможно, сынок. Попробую найти, если в камне что-то есть. Наверняка там будет плетение отличаться. А если в этом не найду, попробуем поискать в другом месте.

— Нам очень нужны деньги, да?

— Да, очень нужны. Возможно, нам придётся уехать, чтобы вас не забрали, — призналась тихо, чтобы Софи не расслышала.

Она совсем кроха и радуется каждому цветочку и жучку, не хотелось её расстраивать. А Марк мне казался взрослым и рассудительным не по годам, что он и подтвердил:

— У тебя очень красивое кольцо, а я могу рисовать живые цветы для кулонов. Благородные дамы любят украшения, мы можем их им продавать.

Я даже остановилась, чтобы чмокнуть его в макушку.

— Отличная идея, дорогой! — с воодушевлением одобрила.

А ведь и правда, если взяться за дело дружно — мы мастерить, Грес продавать, — то можно собрать немало денег. А если ещё наплевать на гордость и попросить у генерала помощи с побегом и денег за проект дома, вообще затея перестаёт казаться несбыточной.

Глава 19

Доминга вернулся из столицы на следующий день утром и сразу же пришёл к нам.

— Гааль, мне удалось уговорить Бартеломью перенести совет на более поздний срок, — сообщил он очень довольный, заставив меня повременить с просьбой продать алмазы.

А я ведь уже приготовила речь и держала мешочек с ними в кармане! Без зрения пряхи и магии, я бы, конечно, камешки в этом измерении не нашла, так как тут они оказались спрятаны глубже. Но я раздвинула нити, скомандовала Марку выгрести из графитового кармана всё, что там имелось, и задумалась: почему я в своей прошлой жизни не интересовалась геологией? Наверняка бы знала параметры, по которым можно определять и другие валуны, в которых спрятаны сокровища.

— И это дорогие камушки? — скептически хмыкнул вчера Марк, разглядывая добычу. — Какие-то они…

— Ой какие красивые стеклышки! — взвизгнула Софи, перебив брата. — Блестящие!

Разумеется, алмазы выглядели непривлекательно и не блестели. Но почему-то в детских воспоминаниях они у меня тоже выглядели красивыми и блестящими. Софи сейчас находилась примерно в том моем возрасте и видела мир так же. Я с умилением прижала малышку к своему боку.

— Их надо огранять, чтобы использовать в украшениях, — пояснила Марку, отводя Софи подальше от ручья, пока не плюхнулась в студёную воду. — Поищем, что у нас ещё может быть на участке интересного?

— Госпожа, я могу сходить в город показать камни ювелиру, — проявила инициативу Грес, но я отнеслась к ней скептически.

— А это не опасно?

Няня задумалась, но все же в её выражении лица появились сомнения.

— Да, пожалуй, лучше как-то подстраховаться. Может быть, попросить помощи у генерала? — озвучила она мою мысль.

Тогда я решила, что поделюсь с генералом своими